Багусом сведениями, касающимися грядущего конфликта.
Барский хитро прищурился.
— Я ведь обладаю гораздо большими знаниями, чем твои подчинённые, Сергей.
— Какая наблюдательность, — я притворно вздохнул. — И я бы, наверное, признал, что собираюсь этим воспользоваться. Так оно и есть. Но вы же понимаете, Артур Олегович, что за любыми планами и заговорами стоят люди? И чем этих людей меньше, тем лучше.
— Намёк понял, — в глазах Барского промелькнула озорная искра. — Ты всё получишь.
* * *
Утром я сразу взялся за прочистку мозгов. Медитация, контрастный душ, бег вокруг озера, тренировка в додзё. С погодой повезло — выдалось окно без дождя. Хотя тучи ещё громоздились, окутывали плотным пологом горные вершины. А это значило, что передышка совсем короткая.
И я оказался прав.
После завтрака ливень вновь обрушился на Красную Поляну.
— Бродяга, — позвал я.
В руке у меня была здоровенная кружка с бодрящим чаем из горных трав. Приятно смотреть через панорамное окно на дождь, если тебе никуда не нужно. В голову лезут философские осенние мысли, вспоминается Пушкин, да ещё Шевчук лезет со своими рокерскими песнями…
В этом мире группа ДДТ не появилась.
Причина, думаю, в том, что русский рок — это продукт советской эпохи. Бунтарская культура, порождённая идеологическим закручиванием гаек.
— Да, Сергей, — ответил домоморф.
— Я хотел бы поговорить насчёт твоих протоколов.
— Что именно тебя интересует?
— Твоя связь с Администратором и Планом Предтеч.
— Уточни запрос, пожалуйста.
Я вздохнул.
Грёбаные железяки!
— Ты подчиняешься нам, твоим хозяевам, или Администратору? Есть какой-нибудь «красный код», где он перехватывает управление?
— Я подчиняюсь только твоим приказам, Сергей. Дальше по приоритету — Джан и Фёдор.
— Ты не ответил на второй вопрос.
— Есть сдерживающий протокол, над которым я не властен. Администратор может отменить твой уровень приоритета и взять меня под контроль, если будет выполнен ряд условий.
— Что за условия?
— Они зашиты в протокол и не доступны для поверхностного анализа.
— Иными словами, ты не знаешь, когда сработает эта бомба замедленного действия.
— Я могу предположить, Сергей, что в основе лежит следование Плану Древних. И Администратор, и я, по идее, должны выполнять волю своих создателей.
— Что тебе известно о Плане?
— Ничего. В детали посвящён Администратор.
— Хорошо, пока у меня приоритет, давай порассуждаем в выгодном мне направлении. Что я должен сделать, если захочу, чисто гипотетически, взломать протокол. Или даже отменить?
— Сергей, это базовый протокол.
— И?
— Я думаю, что отменить его могут исключительно те, кто меня сотворил.
— Это факт? Или предположение?
Пауза.
— Предположение.
— А теперь давай кинем парочку версий, — не сдавался я. — Что бы ты делал на моём месте?
— Я не умею мыслить абстрактно, — попытался соскочить домоморф.
— Запрос прямой. Как взломать или убрать один из базовых протоколов безопасности?
— Всего два варианта, — последовал равнодушный ответ. — Ты можешь попытаться провернуть это через станцию, которую мы с тобой недавно активировали.
— В Гималаях, — вспомнил я.
— Да. Но её контролирует Администратор.
— А второй вариант?
— Отыскать кого-нибудь из моих создателей. Попросить его изменить протокол.
— Древний?
— Некоторые из них ещё живут на Земле.
Я вспомнил тварей, с которыми уже довелось столкнуться. Одна обитала в пучине и создавала себе последователей на суше, а вторая дрейфовала высоко в стратосфере, чуть ли не в открытом космосе. Стало не по себе. И ведь я не знаю, что им предложить взамен. У этих чудовищ своя, непостижимая логика.
Зазвонил телефон.
— Бродяга, кто на проводе.
— Насколько я понимаю, это КПП главных ворот.
К неприятным сюрпризам я начинаю привыкать.
Если звонок не Демону и не мастеру Багусу, парни столкнулись с чем-то нестандартным. А нестандартное — это всегда плохо. Ни разу такого не было, что в моё имение прикатил Дед Мороз с мешком подарков. Всем что-то нужно от меня.
— Ваше благородие, — раздался голос из трубки. — К нам прибыли инквизиторы.
Я с трудом удержался, чтобы не выругаться.
— Рад за них. Пусть убираются назад.
— Простите меня, ваше благородие… но у них какие-то бумаги. Вроде как ордер на обыск вашего дома. Подписано предстоятелем консистории.
— Обыск моего дома? На каком основании?
— Если хотите, могу дать одному из них трубку.
— Хочу.
Пауза.
Через полминуты я услышал торжествующий голос дознатчика Григория:
— Добрейшего вечера, господин Иванов. Продолжите дальше мешать правосудию или смиритесь со своей судьбой?
— Что там у вас за писульки, Григорий?
— Не писульки, а ордер на обыск домоморфа, — припечатал святоша. — Я ведь предупреждал, что этот день настанет. Со мной провидец Никос и брат Радомир, специалист по артефакторике. Вам придётся впустить следственную бригаду. Или вас сразу внести в перечень отступников?
— А какие у вас основания для обыска? — не сдавался я.
— Мы — инквизиция. Нам не нужны основания.
Уроды совсем берега попутали.
— Я распоряжусь, чтобы вас пропустили.
— Сделайте одолжение.
Он ещё издевается!
Швырнув трубку на рычаг, я обратился к Бродяге:
— Слышал?
— Да, Сергей. Звонок записан в память.
— А ты и так умеешь?
— Ничего сложного.
— Мы можем защитить себя от провидца высокого ранга, если он начнёт здесь всё… прощупывать?
— Рекомендую спрятать и изолировать арсенал, — заявил Бродяга. — Я уже вырастил второй подземный ярус. Прикажешь переместить туда всё, что не вписывается в Закон Меча?
— Прикажу.
— Готово.
— А что с провидцем?
— Схема защиты у меня есть. Но инквизиторы могут пронести к нам неизвестные артефакты. Эти люди нередко усиливают себя.
— Держи ухо востро, — приказал я. — Если что, мы их убьём.
Глава 31
Как и было обещано, Григорий приехал не один.
Из чёрной тачки вылезли ещё два брата-акробата.
Провидец был из числа карателей и носил антрацитовую рясу. А это, на минуточку, предпоследняя ступень посвящения. Тип солидный, основательный. Движения неторопливые. По виду, мне кажется, ему было недалеко до пенсии. Лет шестьдесят или около того. Ветеран труда.
Технический специалист носил графитовую сутану, но при себе имел много всяких-разных побрякушек. Не только браслеты и амулеты. Неведомые приборы в потёртых кожаных футлярах. Все эти приспособления мужик держал в спортивной сумке без логотипов и товарных знаков. Просто сумка.
— Нарушаете традиции, брат Григорий, — я указал на посветлевшее небо. — Ваши визиты всегда к дождю.
— Это особо тонкий сарказм, господин Иванов?
Троица приблизилась к ступенькам крыльца.
Дождь прекратился. Но, судя по прогнозам, ненадолго.
— Всего лишь попытка заглянуть в будущее, — хмыкнул я. — Вдруг вы научились перемещаться только в дождливую погоду? Чтобы не изжариться в своих балахонах. Тогда мне и барометр не нужен.
— Следите за языком, Иванов, — лицо Григория сделалось каменным. — Мы прибыли…
— Я в курсе. Предьявите ордер, пожалуйста.
Хмыкнув, Григорий протянул мне документ.
Выглядело, прямо
