бы убить меня какой-нибудь магией на расстоянии. Но он решил оставить меня на потом, занявшись королём. Малгрен силён, но против гвардии короля ему требовалась подмога.
Через пять минут я окончательно сорвал горло от натужного крика. Тревожный колокол не мог сообщить, что на нас напали именно правновоины, а эта информация крайне важна. Думаю, к этому моменту все, кому надо, уже меня услышали. Да и битва внутри замка уже началась. Оставалось лишь надеяться, что цель лазутчиков не будет достигнута. А ещё Элизабет должна была получить сигнал через руну, что замок атаковали, а значит, она вернётся сюда на всех парах.
Я вдруг понял, что грудь охватывает мышечный спазм. Мне не хватало воздуха, я не мог вдохнуть полной грудью. Фиен вовсе не ошибся, не пытаясь меня добить. Его клинок был смазан ядом.
Я находился в двухстах метрах от земли. Спускаться вниз было опасно, но я понимал, что вскоре просто потеряю сознание и разобьюсь, поэтому мне стоило опуститься на землю. С каждой секундой моё состояние ухудшалось. Яд парализовал мышцы тела. Скорее всего, это что-то смертельное, так что выкарабкаться будет сложно…
А неплохие у меня тут были приключения. Я мог подохнуть ещё в первый день, около пещеры Виссары, но успел поучаствовать в большой войне и вернуть Аэльмарам власть над Адолией.
Я плавно опускался к деревьям внизу, но в нескольких метрах от земли у меня стало темнеть в глазах. Ударившись о ветки, я упал и погрузился в небытие.
* * *
— Он открыл глаза, — шепнул тихий женский голос.
— Воды, — попросил я, чувствуя сильную жажду.
К моим губам поднесли тёплую воду. Я чувствовал себя ужасно. В комнате вокруг была темнота, а может, эта темнота была прямо у меня в глазах.
— Что с королём? — спросил я.
— Король жив, — ответила всё та же девушка. — Не напрягайтесь, господин Арэн. Вам надо отдыхать.
Повинуясь этому голосу, я вновь погрузился в сон.
Несколько дней я находился на грани смерти. За мной заботились лучшие лекари Корсграда. Когда я более-менее пришёл в себя и смог поддерживать разговор, ко мне пришёл Кристофер. Как оказалось, к нашему счастью, король выжил при покушении.
Элизабет успела вернуться в замок, и Фиен с Малгреном были убиты. Мы потеряли восемьдесят два руновоина и десять йонг-воинов. Все они сражались доблестно, защищая короля, и их усилия ослабили двух тууронских лазутчиков, что помогло Элизабет с ними расправиться.
Баланс сил в войне немного изменился. Теперь у врага оставалось только три прановоина против одного нашего, но это была Элизабет Аэльмар. Кроме того, на нашей стороне сражалась виверна. Враг больше не имел тотального перевеса над нами. В открытом поле они бы нас разбили, однако на нашей стороне были стены Корсграда.
Я даже думал, что Туурон может отступить, но враг всё же подошёл к столице долины и стал прощупывать нашу оборону. Пушки с обеих сторон не замолкали. Я лежал на больничной койке, но прекрасно это слышал.
На третий день, поздно вечером пришёл гонец с мрачной новостью:
— Господин Арэн, Туурон начал штурм города, — доложил молодой парень, — Кристофер Гело попросил… если вы состоянии подняться, создать знамя с розой.
— С тем, чтобы подняться будут проблемы, — тихо произнёс. — Идти я могу, но только с чьей-то поддержкой.
— Я вам помогу, господин Арэн. Анд-лорд Гело считает, что без вашего участия Адолии не выстоять.
Хотелось ответить на этот счёт, что-нибудь остроумное, но голова очень плохо соображала. Большую часть суток я спал, а во время бодрствования мучился от боли во всех мышцах тела. Меня поили лечебным отваром, который снимал болевой спазм и приносил облегчение, но до выздоровления было ещё далеко.
Впрочем, спасибо лекарям, что я вообще выкарабкался с того света. Ехать к стене города у меня не было никакого желания и сил, но Кристофер полностью прав — моё участие в битве очень нужно Адолии.
До стены меня довезли в карете, прошлый раз используя знамя, я прятал лицо за шлемом, но в этот раз я бы не вытерпел доспех. Гонец помог мне доковылять к крепостной башне и прямо изнутри неё я активировал руну Кнута Государева.
Красная вспышка озарила темноту сверху башни. Как стратег я участвовать в битве не мог, но моё знамя с розой, усилит всех руновоинов и Аэльмаров. Часть из них недавно погибла, защищая короля, но почти сотня всё ещё в строю.
Несколько раз я терял сознание и кто-то рядом меня тряс, чтобы я снова создал знамя. В ушах стоял звон от пушечных залпов, я даже не слышал, что мне говорят. В какой-то момент в башню пробрались два тууронских руновоина с альбердами, но наши их перебили.
Мне казалось, мы не выстоим. Раз враг был на стене, то где-то произошёл прорыв, а может быть, даже в нескольких местах. На самом деле я даже не ожидал, что Туурон нападёт именно сегодня. Я думал, они пойдут на планомерную осаду, ведь время было на их стороне. Видимо, враг испугался продолжения вылазок Элизабет, а может, к ним пришла какая-то подмога.
Несколько раз за ночь меня поили лечебным, этого давало некоторое облегчение.
— Знамя, господин Арэн! — требовали от меня снова и снова, — создайте знамя! Оно даёт огромную силу нашим бойцам.
С рассветом солнца звуки сражения стали затихать. Я чувствовал, что знамя с Розой вновь погасло, но от меня больше не требовали его создать. По лестнице поднялся Кристофер, перемазанный кровью.
— Кто побеждает? — тихо спросил я.
— Мы отбились, — с тяжестью произнёс Гело. — Враг перешёл в бегство. Спасибо, Арэн. Твоё знамя с розой очень сильно помогло. Оно почему-то сильнее, чем у короля. Его Величество поступил очень мудро, доверив тебе силу Кнута Государева. Даже сам король не может так долго и эффективно поддерживать знамя.
— Мне это далось нелегко… — произнёс я и отключился.
Пришёл в себя я на больничной койке уже ближе к вечеру. Мне не удалось поговорить с Кристофером, но гонец доложил мне ситуацию — штурм Туурона захлебнулся. Они пытались взять нас яростным приступом, но столкнулись с магическим барьером руновоинов и
