Электрик. Том 1 - Иннокентий Белов

С такой мыслью я наконец уснул.

Проснулись все рано, развязали руки бедолаге, который так хотел освободиться от веревок, что почти приговорил свои конечности к ампутации в скором времени.

Как он кричал, когда начало восстанавливаться кровообращение в кистях рук, это нужно было слышать.

Ладно, теперь не самая его большая проблема, зато поесть он смог нормально.

Мужик из прислуги, вызывающий у меня подозрения своими явными намерениями сбежать, пока с нами и это тоже понятно. Уходить в полной темноте по абсолютно незнакомой местности — самоубийство чистой воды для него.

Просто в тот раз, когда сбежал первый мужик, он в своем сознании выразил хорошо видное мне понятное сожаление, что товарищ не позвал его с собой. Поэтому я не удивлюсь, если и он попробует убежать вскоре. Только такой свидетель наших деяний, свободно гуляющий по здешней местности, нам совсем не нужен. И одного беглеца хватит пока.

Придется и его привязывать на ночь уже сегодня вечером, когда Товера больше не будет с нами.

Тут так дело обстоит — взялся с наемниками идти, иди до конца, а то бритвой по горлу и в колодец!'

Покалеченный сбежать и не мог, мужик тоже не рискнул, поэтому мы запрягли лошадей в телеги, так же посадили Товера на лошадь и выехали на проселочную дорогу через два часа блуждания по непонятным просекам и кустам. Сначала пробирались по начинающему окружать нас лесу, сейчас уже очень рады комарам и слепням после болотного гнуса.

Там же выяснилось, что эти земли дальше болота Товер никогда не посещал, не сможет ничем нам помочь. Даже про встретившееся по дороге небольшое село ничего точно не знал, пока оно не появилось внезапно за поворотом.

Село проехали с ходу, поражая местных жителей своим внезапным появлением откуда-то со стороны болота.

— Все, он уже не нужен, теперь только мешает, — подошел ко мне Терек, и я согласился с ним.

— Помочь? — коротко спросил наемник, намекая на проводника.

— Сам справлюсь, — ответил я.

Поэтому, миновав село, мы встали на обед в симпатичной рощице, после которого я отвез Товера на лошади подальше от места бивака. Разрезал на нем веревки на ногах, стащил с лошади и тут же пробил ему горло, вообще не глядя в побледневшее и искривившееся жалко лицо мужика.

Да он уже и сам все понял, принял смерть вполне достойно, зная наверняка — прощения не будет, нет никакого смысла выпрашивать жизнь.

Ведь, где его не оставь, он точно молчать не станет, сразу же пустит врагов по нашему следу.

А тащить с собой — да ну его на хрен, у нас тут не передвижной медпункт, поэтому назревший вопрос решается именно так, как принято в здешние суровые времена.

Постоял прямо над его вытянувшимся в последний раз телом, прочитал молитву за упокой и закрыл широко раскрытые глаза. Потом повернул на бок и столкнул покатившееся тело в овраг, копать могилу у меня ни времени, ни желания не имеется.

Да, вот так наша поездка производит расходящиеся воображаемые круги на воде, многих коснутся их последствия, когда они отразятся еще не раз.

Даже, когда мы уже будем далеко.

Ничего он мне ответить перед смертью не смог на мои вопросы один на один, даже не понял, о чем его спрашивают, по-моему.

— Откуда у тебя такая устойчивость к чужому воздействию?

Ну, неграмотный мужик слово «воздействие», да еще «ментальное», просто не понял по сути.

Так что есть мне над чем поломать голову и подумать, откуда вообще такие люди здесь могут взяться?

Чтобы оказались такие устойчивые и сами об этом вообще ничего не знали?

Дальше я прилег передохнуть на телегу к Фиале и уснул после обеда с чистой почти совестью.

Сначала зашел в меню, где с удивлением увидел, что ЭНЕРГИЯ у меня не только не мигает, а уже поднялась на двенадцатый уровень! И ПОЗНАНИЕ подросло, да еще все остальные значения выросли.

ПОЗНАНИЕ, наверно, из-за проявленной мной бдительности и понимания чужих намерений, того же Товера.

МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА — 1/216

уровень 125/216

ВНУШЕНИЕ — 1/216

уровень 22/216

ЭНЕРГИЯ — 1/216

уровень 12/216

ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА — 1/216

уровень 16/216

РЕГЕНЕРАЦИЯ — 1 /216

уровень 14/216

ПОЗНАНИЕ — 1/216

уровень 12/216

Да, теперь ЭНЕРГИЯ двенадцать двести шестнадцатых! Обалдеть! Как это произошло? Из-за чего?

Да не одно только такое умение выросло, как я не сразу заметил, еще и ПОЗНАНИЕ поднялось, да сразу на восемь уровней, теперь оно двенадцать двести шестнадцатых!

Оно то с чего так прыгнуло? Не понимаю!

И тут я скользнул взглядом по объявлению внизу МЕНТАЛЬНОЙ СИЛЫ и не поверил своему внутреннему зрению.

Оно уже не сто в числителе, а сто двадцать пять!

Я не понял, получается, что за этого Товера, самого обычного мужика, мне Система выдала двадцать шесть единиц?

«Так нужно вернуться в его деревню и там еще на ком-то проверить такие возможные цифры? Пусть попробуют напасть на меня, долго ждать не придется ведь».

Обычный мужик — это да, только полностью недосягаемый для моего ВНУШЕНИЯ и МЕНТАЛЬНОЙ СИЛЫ!

Значит, совсем не обычный! Придется мне теперь вспомнить свой каждый шаг с тех пор, как я встретил его.

Чтобы понять, откуда пришло такое внезапное усиление моих умений.

Глава 22

После обеда я разлегся на телеге позади Фиалы, как самой симпатичной в нашем караване, прошелся ей немного по сознанию, чтобы аккуратнее меня везла и лучше заботилась о моем теле. Сладко приспал три часа, покачиваясь на ухабах и колдоебинах обычной проселочной дороги.

Слышал сквозь сон, как проезжали мост, где с нас потребовали плату.

Как Шнолль, понятное дело, хотел послать на хрен сборщика, тогда Терек разумно прикрикнул на него и отсыпал серебра за весь караван.

Хорошо, что не пришлось просыпаться, хоть один человек тут есть, на которого можно в пути как-то серьезно положиться.

«На хрен вот нам воевать за половину талера еще и с местной дружиной насмерть?» — возникает понятный вопрос.

Когда прежняя погоня на хвосте висит, да и от Жофера с графом можно ждать серьезных проблем.

Но такая уж задира наш Шнолль, не может не поерепениться в любом случае.

Пока задумался почему-то подробно о своих спутниках, ладно, про спутниц думать приятнее, но они еще реально ничего в нашей компании не решают.

Шнолль — совсем не сведенный молодой парень, в каждой бочке затычка, совсем не исправимый драчун и бретер.

Грипзих смотрит ему в рот и, хотя сам