на Чосон.
Но не всё было так гладко. Некоторые оставшиеся в подполье наши политические противники попытались вставлять нам палки в колёса. Пришлось создать службу безопасности отдельную от императорской.
Была выявлена сеть агентуры Свободного союза, тесно переплетённая с криминалом. Ха На и Дже Хва взялись за дело. Через год мафии в наших системах не стало, как класса. Но в борьбе с этим спрутом сложила голову наша техник – Дже Хва. Мы не успели ей помочь.
Ха На провела расследование и выявила связи убийц с бежавшими в Свободный союз боссами корейской мафии. Также была выяснена связь этих бандитов со многими депутатами парламента «свободных». Всего выявили сто сорок человек, прямо или косвенно причастных к гибели Дже Хва. В день годовщины смерти нашей фрейлины все преступники одновременно были уничтожены специальным отрядом имени Дже Хва. На убитых оставляли надпись:
«Собаке – собачья смерть».
Ха На постаралась, и ликвидировала всю родню мафиози и их истинных хозяев. Количество трупов перевалило за «три дня ужаса», как окрестили резню в столице «свободных» галактические средства массовой информации, за три тысячи.
Правительство Свободного союза решило объявить Корее войну, но неожиданное появление в их столичной системе трёх эскадр и дредноута Объединённого клана заставило «свободных» заткнуться. Я выступила по галактической сети и пригрозила всем, кто попытается ещё спланировать убийство какого-либо близкого к руководству клана вассала, то получит войну на уничтожение.
Дипломаты разных стран немного поворчали, но потом быстро успокоились. Ковон попросил нас помощи в наведении порядка на его планетах.
Наши антимафиозные отряды начали действовать и через полгода вырезали не только самих уголовников, но и их родных и близких. Люди вздохнули свободно. Никто никого не похищал с целью получения выкупа, не было грабителей, воров и других криминалов.
Ковон не поддерживал наших радикальных методов, хотя и признавал их действенность. После этого мы принялись искоренять контрабанду, которая финансировалась иностранными разведками. Год работы, и через наши пограничные объёмы не могло пройти ничего, даже нанороботы, без оплаты на таможне.
И Н Т Е Р Л Ю Д И Я
С Е Д Ь М А Я
Ковон удивлялся энергии и жёсткости принцесс. Только что они помогли избавиться ему от бандитов и мафии, смогли резко увеличить доходы от таможни. Но он не одобрял методов, которые применяли эти две девушки.
Да, действия принцесс были эффективны и укрепляли государство. Но вот, уже не только враги, но и союзники, устами своего посла, потребовали пресечь действия принцесс.
Ковон понимал, что контрабанда была выгодна Корпоративной республике и Австрало-Филиппинской конфедерации. Поэтому они и ратуют за уменьшение влияния принцесс в политической жизни страны. Но и Джин Хо и Мин Джи популярны в народе, да и власть отнять у них до самой их смерти не получится.
А если их просто убить, то произойдёт разрушение Кореи, уничтожение её, как государства.
Ен Чон говорил ему, что лучше порвать с корпорантами и другими «союзниками», чем лишаться поддержки принцесс. Тем более, что за последние три года Корейская империя избавилась от долгов, и влияние зарубежных сил на её внутренние дела практически сведено к нулю. И вот Ковон сидит и думает, что делать…
Да, тяжела ты, императорская доля!
- Маша, давай вставай! Дела ждать не будут! – Я пытаюсь разбудить принцессу Ким, которая вчера устроила банкет в честь окончания строительства Чосон Доума.
Вернее, это был не один, а три банкета. На первом присутствовали все правительственные чиновники Чосона, на втором были несколько тысяч людей из экипажа дредноута. А на третьем – тысяч двадцать фанатов группы «Принцессы». Все они пировали на поле только что отстроенного музыкального стадиона. Они славили принцесс, то есть нас, Объединённый клан, Чосон.
Маша выпила с ними изрядно – местный алкоголь довольно слаб, но в большом количестве потреблять его всё-таки не рекомендуется.
- Отстань, Джиха! – Мин Джи лягнула меня ногой. – Дай поспать, не видишь, я ещё пьяная.
- Сейчас отрезвим! – Приказываю андроиду набрать в какую-нибудь ёмкость воды и полить ею принцессу Ким. Он это выполняет, и мокрая с ног до головы, полуголая Машка теперь гонится за мной, изрыгая нецензурные выражения в мой адрес, и грозя кинуть в самый большой бассейн, который найдёт поблизости…
Почти километровый забег кончается тем, что мы сидим на скамейке одного из парков нашего дредноута и тяжело дышим. Тут нас и обнаружила графиня Ён Сыль, искавшая принцесс для того, чтобы они поставили под важным договором Большую печать.
Подскочившие к Маше фрейлины и андроиды мгновенно высушивают ей кожу и волосы специальным аэрозолем, наряжают в скафандр главы клана, принявший форму красивого платья. Андроид пихает мне в руку печать, и я ставлю её на голографический текст, зажжённый перед нами графиней.
Потом сидим с Машей и вспоминаем дни нашей жизни в той вселенной, где остались наши дочери. Интересно, как много лет прошло там с момента нашего исчезновения?
- Иногда так хочется туда вернуться, хоть плачь! – Жалуется Маша. – Всё время думаю, как там Аямэ, что с ней, всё ли так, как нам сказала во сне хальмони? По моему, только там мы и были счастливы, несмотря на все приключения и опасности.
- Я тоже так думаю. На первой Земле, хоть у нас там и остались родственники, но по моему, нас туда и не очень тянет. Да, иногда вспоминаем, но не так, как ту Землю, где у нас остались дочки.
- Это наверное потому, что там мы дожили почти до старости, а из параллельной вселенной нас Ворчун утащил молодыми. – Делает предположение Маша.
- Может ты и права. Но начало жизни в этом мире мне тоже вспоминается с ностальгией., когда мы ещё ничего не знали, и прилетели на «Пусан».
- Да! Было немного страшно, но и интересно одновременно. Помнишь, как все от нас шарахались, когда мы ходили в костюмах имперской стражи! - Смеётся Рыжик.
- Конечно,
