покрывать тело Аурой, так какая разница?
Нет, Ребис верно говорил: оружие даёт некоторые преимущества. Но вместе с тем и недостатки. Мечник вынужден держать определённую дистанцию со своим оппонентом. Позволил приблизиться? Беда. Меч в тесноте не помощник.
В моём прошлом мире проблема решалась тем, что безоружный не владел должным перечнем способов, как быстро прикончить своего противника, если столкнулся с ним в бою. Душить? Забивать кулаками? Вырывать гортань?
Всё это требовало времени и сил. Куда бóльших, чем просто ткнуть остро заточенным куском стали. Более того, активное использование кулаков могло вызвать травмы рук. А вот у меча подобных сложностей не имелось. В крайнем случае ничто не мешало заменить клинок на новый.
Но в этом мире… Человек, пробудивший Ауру, превращался в монстра. Он был способен разбивать камни и зубами перекусывать мечи. В бою же достаточно тычка пальцем, чтобы превратить оппонента в измочаленный труп. Такому уже не нужно оружие.
И я шёл именно по этому пути.
Избежав взмаха меча, я попытался приблизиться, навязав врагу бой на своих условиях. Африд отпрянул, сохраняя дистанцию и удерживая кончик пропитанного Аурой клинка прямо у меня перед носом.
Похоже не раз и не два сталкивался с подобным стилем боя.
Опытный, ублюдок!
Попытавшись продавить его Ауру, столкнулся с тем, что… слишком выложился. У меня просто не хватало энергии. Разве что идти ва-банк, но это грозило неиллюзорными трудностями при защите баррикады от фишисов!
— Неплохая Аура для обычного стражника, — заметил он, отбивая мою следующую атаку. Похоже оценил меня точно также, как я его. — Хотя погоди… ты ведь не просто забыл форму в казарме, так? Ты не стражник. Обычный воитель, решивший помочь городу в трудную минуту?
— Удивительно, что ты не решился на то же самое. Жадность перевесила?
Обрушив на африда серию быстрых ударов, я принялся прощупывать его защиту, блокируя контрудары меча. Сукин сын умело парировал, маневрировал, отступал и удерживал дистанцию, встречая мой напор с раздражающей лёгкостью. Так просто его не взять.
Сабля ублюдка мелькала, как мельница, с каждым движением ускоряясь, словно он закончил разминку и решил взяться за дело более явно.
Ну да, ну да, приятно быть свежим и полным сил, столкнувшись с тем, что уже пять часов отражал набеги клятых фишисов!
— Устал? — почти сочувственно спросил он, явно осознав моё положение.
Я не ответил. Сосредоточился на дыхании — через нос, медленно, выравнивая пульс. Пот стекал по вискам, заливал глаза, жёг кожу.
— Понимаю, — продолжил африд, опуская саблю чуть ниже. — Сегодня тяжёлый день для всех. Особенно для защитников Артахара…
Организм на пределе. Можно ускориться ещё раз, но если не сумею пробить его оборону… Останусь с голой жопой. Тогда либо бежать, либо помогать себе мухами. Спалиться. Признать, что всё это время в городе действовал «агент мятежников».
— Послушай, — всё говорил африд, давая так нужное время. — Мне не нужна твоя смерть. И не нужны смерти моих людей. Мы пришли за деньгами…
Тц… честно, уже хочется наплевать на возможные проблемы будущего и просто поднять рой, начиная пожирать фишисов со всех направлений.
Учитывая, что те не владели Аурой, я бы справился даже в одиночку. Часов за десять. Или ещё больше.
— Налоги за квартал — это чистая монета, — трепался африд, — которую мэр всё равно потратит на пьянки, шлюх и Чёрный Нектар. А мы…
И, конечно, нашлись бы выжившие. Разумеется вскоре слухи о моих «подвигах» разбежались бы по всему востоку — так, чтобы самый последний слепой нищий бродяга знал: именно западные мятежники ответственны за уничтожение Артахара!
— … у нас корабль затонул, — кивнул мужик на пристань. — Грёбаные фишисы разорвали его на части…
Нет, понятно, что Вермитракс может попытаться навешать лапши на уши и просто так, но выжившие из города пустят в народ совершенно иную версию, итог которой столкнётся с версией наместника… Учитывая, что Вермитракс не пользуется уважением людей, очевидно, какой будет результат. Ему не поверят. Более того, скорее всего наместника обвинят, — совершенно справедливо! — в нападении фишисов.
Идеал.
— Нужно взять компенсацию, да валить отсюда подальше, — почесал он затылок. — Прикупим новое судно в Палиде, да свалим с прокля́того острова.
Значит, сжать зубы и не показывать всей силы. Нельзя. Рано. Ты тренировался. Действуй, мать твою!
Звук Резонанса между тем стал громче — низкая вибрация, которая чувствовалась не ушами, а всем телом. Эльдон набирал силу. Сколько у нас времени? Минута? Две? Пять? Десять? Надо спешить на баррикаду, пока фишисы не прочухали и не попёрли напролом!
— В нехорошее же время вы решили взыскать компенсацию, — ответил я. — А как же законы? С учётом ситуации вам должны…
— Хером по лбу нам должны, — осклабился он. — Сам знаешь, парень, не изображай дурачка. В лучшем случае, процесс попытаются затянуть, в худшем — сразу в жопу пошлют. А мне команду содержать надо. Да и на корабле осталось много… памятных и ценных вещиц. Не думаю, что даже артахарские налоги за квартал компенсируют все убытки. Но я разумный человек, понимающий. Не стану требовать больше, чем здесь есть.
— Ты ведь понимаешь, что эти деньги пойдут на восстановление? — приподнял я бровь. — Не ты один лишился всего. У тысяч горожан…
— Да-да, — отмахнулся он. — А на западе Миизара люди умирают от жажды, но знаешь, всем как-то насрать. Я беспокоюсь о себе и своих ребятах. Об остальных пусть беспокоятся их капитаны или кто там у сухопутных крыс.
— Что же, логика прослеживается, — отступил я на шаг.
— О, — на миг удивился африд. — Приятно, что получилось донести свою точку зрения. Ты не безнадёжен, парень.
— Только вот есть парочка «но»…
— Дерьмо! Ты ведь знаешь, что всё, сказано до «но» не имеет смысла?
— Смысл как раз именно в этом. Разбивать ожидания, — оскалился я.
— Неужели не разойдёмся миром? — кончик его сабли прочертил линию от меня до груди африда. — Подумай. Стража занята. Городская верхушка сбежала — да, я знаю, не смотри так удивлённо. Мэр, советники, богатеи — все свалили за несколько часов до нападения фишисов. Целая колонна по центральной улице промчалась, чуть не передрались возле ворот! А что мы? Должны сдохнуть за их интересы? Ни за что? Просто используем момент. Никто не пострадает… если ты отступишь.
— А как же те пять… шесть,
