колени и попытался удобнее устроиться на узкой, словно не предназначенной для людей скамье тележки. Это означало, что стоит придерживаться основного плана — дерзкого налёта с ходу у них не получится. Они рассматривали и такой вариант, на этот случай у Кайнетта даже было с собой всё, что он считал необходимым. Благо даже если гоблины смогли заранее позаботиться о нейтрализации иллюзий и невидимости, то отменить чары незримого расширения они не решились, даже если и были на это в принципе способны. Всё-таки каждый второй приходил в банк с сумкой или хотя бы кошельком, использующим эту мистерию — слишком уж много весят золото и серебро в монетах без номинала.
Но хотя в чемодане уже лежало всё, что может понадобиться для взлома, оставалось слишком много неизвестных факторов. Они не знали, где именно находится сейф семейства Лестрейдж и то, не оформляла ли Беллатрикс для себя отдельное хранилище, либо не воспользовалась ли шестнадцать лет назад чужим. Знал ли это сопровождающий их гоблин? Уверенности нет, как и в том, сумеет ли в принципе он сейчас открыть нужные двери. К тому же нет гарантий, что на существо магической расы подействует с должной эффективностью ментальная магия, чтобы подчинить и после стереть память о произошедшем. Из того, что известно о гоблинах и о работниках Гринготтса в частности, подкупить или запугать его легко не удастся, а на пытки нет времени, да и Грейнджер на это не согласится даже «ради высшей цели». А потому придётся всё-таки придерживаться основного плана, который потребует куда более длительной подготовки.
Пока они двигались наверх, ведьма неплохо изображала «маггловское» любопытство, засыпая гоблина десятками вопросов о работе банка и о его надёжности, не хуже чем на младших курсах — своих профессоров. Кайнетт же молчал, лишь крутя головой по сторонам. Усилив с помощью магии ночное зрение, он запоминал маршрут и расположение протянувшихся через темную пещеру рельсовых путей, на первый взгляд довольно хаотичных. Строители этого хранилища учли многое, но потому и следовало сосредоточиться на том, чего они ожидать не могли.
***
Уже ставшее привычным усилие для двойной аппарации, и почти мгновенно сырой лес с кучами талого снега сменяется на тесную лестничную клетку с грязными, едва пропускающими свет окнами под потолком. В полумраке с трудом можно различить заколоченную дверь на улицу, пустую развороченную лифтовую шахту и выцветшие граффити, плотно покрывающие не слишком чистые стены. Крайне малоподходящее место для романтического свидания, однако это была версия лишь для посторонних.
Кайнетт отпустил руку Эмбер, осмотрелся, прислушиваясь к ощущениям. Убедившись, что все сторожевые барьеры на своих местах, он кивнул себе и направился по лестнице вверх, ведьма молча последовала за ним.
Первый человек встретился им только на пятом этаже. Крауч при звуке шагов потянулась к стоящему у стены посоху, но, узнав визитёров, только кивнула и продолжила прерванную работу. Она с сосредоточенным видом выжигала на закопченном потолке магический круг движениями руки. Работа шла медленно и, судя по каплям пота и застывшему взгляду, требовала немалых усилий, однако здесь, почти в центре Глазго, пользоваться обычными мистическими знаками им было нельзя. Маг прошел дальше по коридору в сторону, где слышались голоса. В большом захламлённом помещении без внутренних стен, некогда бывшим недешевой квартирой-студией, нашлись и остальные школьники. Поттер, Лонгботтом и Грейнджер, а также Тейлор рядом с ней. Не хватало только Лавгуд, но из комнаты напротив доносился отчётливый скрежет чего-то острого по бетону, так что она наверняка в одиночестве работала там.
— …я справлюсь не хуже остальных, правда! — что-то доказывал остальным Лонгботтом.
— Невилл, никто не считает тебя «хуже», правда, — заверил его Поттер. — Ты наш друг. Но сейчас ты пытаешься взять слишком большой вес. Или выиграть гонку, не научившись даже переключать передачи. Как ещё лучше сказать?
— У нас есть график, — спокойно напомнила Грейнджер. — Всё нужно закончить до апреля. Если ты сейчас возьмешься за беспалочковую магию, то к сроку, может, и научишься ей пользоваться, но вот сделать свою часть работы — точно не успеешь. А успех зависит от вклада каждого, от твоего — в том числе.
— Какой с меня тогда прок, если я ещё полгода не смогу тут колдовать?
— Но руки у тебя ещё есть, — произнёс Кайнетт, поняв суть спора. — А мела и краски на всех хватит.
Надев перчатки, маг взял из коробки на полу сероватый мел, заранее обработанный несколькими зельями, а потом направился к участку стены между двумя выбитыми окнами. Работы их ожидало ещё очень много.
Когда для успешного выполнения плана понадобилось организовать подходящее убежище в «маггловском мире», но где-то не слишком далеко от школы, Альберт предложил на выбор несколько вариантов. Заброшенные дома и постройки, где и уличные банды или бездомные редко появляются, даже в Эдинбурге не были такой уж большой редкостью, не говоря уже о Глазго.
Вариантом, который больше всего понравился Кайнетту, был старинный госпиталь, окончательно брошенный год или полтора назад. Но пришлось отказаться. Викторианская постройка, готическая архитектура — в случае проблем чистокровные волшебники чувствовали бы себя внутри как дома, словно ещё в одном особняке. Но облегчать возможному противнику жизнь в задачи не входило, потому после всех размышлений была выбрана аварийная девятиэтажка на границе делового района и жилого сектора. Жильцов давно выселили, здание должны были снести ещё в январе, но из-за проблем ответственной за весь процесс компании дело сильно затянулось. МакДугалл гарантировал, что до лета рабочие поблизости не появятся и здание внезапно не взлетит на воздух.
Тот факт, что дом всё равно определён под снос, позволял ничем себя не ограничивать, вырезая руны, магические печати и направляющие прямо на полу и стенах, размещая не самые безобидные ловушки с большим радиусом поражения и встраивая охранные барьеры прямо в бетон и арматуру ветшающего здания. От случайных любителей искать себе приключения территорию уже прикрывали магглоотталкивающие и рассеивающие постороннее внимание чары, а вот над защитой от волшебников ещё требовалось поработать.
— Удалось чего-то добиться по аппарации? — не отвлекаясь от работы, спросил маг у Грейнджер, когда спор сам собой затих и все продолжили прерванную работу. Лонгботтом всё-таки послушно взял кисть и краску, намечая на стенах направляющие линии, которые свяжут печати вместе.
— Да, мы уже договорились, — ответила та, одновременно с помощью своей палочки вырезая на полу сложную фигуру из нескольких соединённых магических кругов. — На следующих выходных прибудет специалист, он установит на этой территории антиаппарационные чары. Как ни странно, вопросов там никто не задавал, но мы и выбрали контору не с самой вершины списка.
— «Мы»?
— Невиллу семнадцать будет только в
