собой хотя бы их, оставив всех остальных в школе. Вроде бы и звучит это со всех сторон разумно, но всё равно мерзко себя чувствую…
— Мне казалось, ты видишь свою цель в уничтожении тёмных волшебников? — поинтересовался маг не без иронии, но она вряд ли это заметила.
— Да, вижу. Но всё немного сложнее. Знаешь, вчера я впервые за год попыталась уснуть без зелий и медитации, просто так, — ведьма безрадостно усмехнулась, глядя куда-то мимо него. Но в голосе не было и намёка на веселье: — Забавно, я совсем забыла, что такое видеть сны. Мне снился наш район в пригороде: мой дом, моя школа, улицы, где я всегда гуляла, ближайшая библиотека, ты должен её помнить, соседний парк… Всё это — уничтожено, сожжено, превратилось в руины, в пустоши, в кладбище, а вокруг лишь дементоры, призраки и инферналы. Повсюду, где я пыталась увидеть знакомые места — только пепел, развалины и мертвецы.
— Ты знаешь, что в реальности Реддл не сможет этого сделать… — возразил Кайнетт.
— Со всей страной, со всем Лондоном — нет, его раздавят раньше, — перебила его Грейнджер. Продолжила резко, но не повышая голос: — С одним районом в несколько кварталов, если вдруг захочется? Легко. Власти потом всё скроют, спишут на большой пожар или какую-нибудь масштабную аварию. Как уже делали, — переведя дыхание, она продолжила уже спокойнее: — Может, в прошлый раз ты был прав, говоря обо мне? Может, я слегка эгоистична? Не знаю… Но после такого думать о том, что я буду использовать кого-то ради «моей цели», противно.
— Ты превращаешься в Поттера. Он тоже вечно всё примеряет на себя. У Лонгботтома и у Луны есть и свои мотивы, и свои причины. Они хотят там быть не ради тебя и не ради меня. К тому же, если всё сложится как надо, они так и останутся в задних рядах. Как резерв, — напомнил маг, но не похоже, чтобы её это убедило.
— План сражения обычно идёт как надо до первого выстрела или первого заклинания. Но я понимаю, сейчас переигрывать что-то уже поздно, — произнесла ведьма, посмотрев на чистокровного и полукровку, о которых шла речь. Луна и Невилл тоже наблюдали за неторопливым учебным поединком, на этот раз между Карин и Офелией.
— Оба ещё могут отказаться.
— Могут. Но я в это не верю, — Грейнджер отвернулась и вновь перевела взгляд на собеседника. Задумалась о чём-то, словно пытаясь сменить тему разговора. А когда пауза затянулась, всё-таки начала: — Кстати, Джеймс…
— Да?
— Знаю, довольно странный вопрос… Но у тебя всегда были голубые глаза?
— Нет, — маг слегка усмехнулся, встретив её взгляд. — Те чары, которые ты использовала на уроке ЗОТИ. Тоже захотелось их на себе попробовать.
— Зачем? И почему именно сейчас.
— Ради эксперимента. Затраты энергии небольшие, а с такой жизнью нельзя быть уверенным, в какой момент тебе понадобится сменить внешность «вручную».
***
Забавно, но чем старше становился курс, тем проще ночью было покинуть спальню и общежитие факультета. Точнее сказать, тем меньше это вызывало удивления у тех, кто мог бы случайно увидеть уходящего куда-то в явно неподходящее время ученика. Кайнетт не был уверен, что даже имея возможность с помощью магии видеть в темноте и передвигаться беззвучно, он сумел оставить все свои отлучки незаметными для соседей по комнате. Однако они молчали по утрам, не поднимая эту тему. Так же как никто не задавал вопросов Саймону, хотя в этом году он нередко отсутствовал на своём месте по ночам. Никто не спрашивал и Чарльза, когда он в прошлом месяце пару раз не возвращался ночевать. Старосты на Рейвенкло тоже не имели привычки устраивать внезапные переклички по утрам или силой загонять всех на собрания перед уроками, так что любой человек на этом факультете, который успеет появиться на своём месте до начала первого занятия, должен избежать проблем и лишнего интереса к своим личным делам.
Именно этим «пониманием» со стороны соседей по башне Кайнетт собирался воспользоваться в очередной раз, бесшумно закрывая за собой дверь и спускаясь в гостиную. Его прикрывали чары отвода внимания, но ради экономии сил и времени не такие уж и мощные, даже среди однокурсников найдутся те, кого таким способом уже не удастся обмануть. На первогодках сработает, более умелые же просто поймут намёк и проявят вежливость, тактично сделав вид, что они сегодня тоже никого не видели.
Камин в общей комнате уже едва тлел, но это не мешало магу оглядеться по сторонам. Гостиная оказалась почти пуста, лишь несколько человек спали, обложившись книгами и свитками: за столом, на диване, один волшебник и вовсе нашелся на ковре в углу у стены. В основном пятый и седьмой курс, до экзаменов у них времени оставалось всё меньше и меньше. В кресле у окна уснула Лавгуд, накрывшись школьной мантией, рядом неустойчиво накренилась целая стопка из учебников в три фута высотой. Луна подтягивала теорию по разным предметам, пока выдалась такая возможность. Вчера в первый учебный день она всё-таки потеряла сознание прямо на уроке, оказалась в больничном крыле, после чего Помфри на три дня освободила ведьму от посещения всех занятий из-за слабости и переутомления.
На самом деле Кайнетт даже поддержал это решение — последняя их тренировка перед возвращением в школу хотя и дала стабильные результаты, но Лавгуд далась с большим трудом, поскольку стоила почти всего магического резерва. Так что ей лучше несколько дней провести за книгами, восстанавливая силы и не прибегая к магии без крайней необходимости. Опасения мага, что тяжелое состояние ведьмы быстро вызовет подозрения в его адрес и в адрес клуба, пока не оправдались. Он не принял во внимание недавний инцидент и то, как серьёзно к нему отнеслись все остальные. Не считая повышенной нагрузки и стресса от подготовки к министерским экзаменам, Луна ещё и оказалась в заложниках у Пожирателя смерти, была серьёзно ранена и потеряла много крови. Потому никто не видел чего-то странного в том, что она в последние пару месяцев испытывала трудности на уроках, быстро теряла силы и постоянно выглядела болезненной и усталой. Последствия нападения, не каждый день ученице угрожает известный террорист… Самое ироничное, что в некотором роде её состояние действительно было следствием сражения с Яксли и его подручными. Но совсем не так, как это предполагали учителя и старосты факультета.
Не обнаружив никаких угроз или просто бодрствующих наблюдателей, Кайнетт покинул территорию факультета через бесшумно открывшуюся перед ним дверь. Потребовалось пройти ещё пару дюжин шагов, затем маг свернул за угол и коротко сказал:
— Идём.
Аманда покинула скрытую в тени
