рот.
Я пожал плечами, стараясь выглядеть как можно более естественно.
— Мне не давала покоя мысль, что все признаки указывали на то, что этого мужчину повесили уже после смерти. Я об этом писал в отчете. Все травмы на теле были получены уже после кончины. Я просто методично исключал все возможные варианты, и я не мог остановиться, пока не обнаружил причину. И, если честно, скорее по чистой случайности.
Евгений Степанович хмыкнул, надевая очки.
— Могу быть свободен?
— Свободен? Это вряд ли. — Хмыкнул он. — Рабочий день только начинается. Ступай.
Я вышел из помещения и направился в свой кабинет.
Вернувшись к себе, я провел обещанную планерку. Она прошла быстро и по-деловому. Каждый отчитался о вчерашних делах: два трупа бездомных списали на поножовщину, и с нашей стороны дело было закрыто.
По наркоманам версия Андрея была принята как основная. Лизавета доложила, что ждет результатов вскрытия по утопленнице, как и по делу из отеля.
Я проверил новые поступления. Пока что было пусто.
Распечатав копии вчерашних дел, которые вели мои ассистенты, я положил их перед Алисой и Лидией.
— Ознакомьтесь. Посмотрите оформление, порядок проведения работы.
Затем я сел за свой стол, чтобы более детально рассмотреть их отчеты, и тут же вспомнил.
— А Ефима Евдокимовича уведомили о том, что у него сегодня два вскрытия?
Игорь и Андрей переглянулись.
Я тяжело вздохнул.
— Я позвонила ему, — сказала Лизавета, не отрываясь от монитора. — Вроде был трезвый. Сказал, что будет.
— Спасибо, — сказал я девушке, кивнув. — Тогда, Андрей, собирайся. На всякий случай поедешь к нему контролировать процесс. Только руками ничего не трогай. Просто смотри и готовь отчет о вскрытии вместе с Ефимом Евдокимовичем.
— Хорошо, — сказал Андрей и тут же принялся наводить порядок на столе и готовиться к выезду.
Тот факт, что они перестали канючить и уже беспрекословно начинали выполнять указания, радовал.
День тянулся в рутине бумажной работы. Я разбирал старые отчеты, девушки изучали новые, Игорь что-то усердно искал в архиве. Около полудня мой телефон, лежавший на столе, тихо пискнул.
Это было не сообщение, а официальное уведомление из календаря с небольшим гербом.
«Вы приглашены на вечерний прием в резиденцию графа Муравьева. Сегодня, в 20:00. Подтвердить визит?»
Я смотрел на него несколько секунд. Затем мой взгляд скользнул по двум кнопкам под текстом: зеленой «Принять» и красной «Отклонить». Выбор как бы был, но, по сути, нет.
Палец опустился на кнопку «Принять».
Рабочий день подходил к концу. Мои ассистенты, уставшие, но довольные тем, что им не пришлось переделывать работу, начали собираться. Ровно в шесть они один за другим покинули кабинет, оставив нас троих в наступившей тишине. Мы тоже собрались и, закрыв офис, спустились к машине.
Массивный «Имперор» плавно катил по вечерним улицам, залитым золотым светом заходящего солнца.
— У вас есть праздничные платья? — спросил я, не отрывая взгляда от дороги.
Лидия и Алиса, сидевшие в тишине, переглянулись.
— Что за странный вопрос? — первой подала голос Лидия.
— Сегодня в восемь вечера мы идем на прием к Муравьевым.
— МЫ⁈ — в один голос воскликнули девушки.
— Вам не послышалось, — спокойно ответил я. — Сомневаюсь, что вам захочется несколько часов ходить вокруг его резиденции, пока я там присутствую.
— А ты не можешь… ну… просто отказаться? — уточнила Алиса. — Ты и так сидишь дома как барсук.
— Не в этот раз, — хмыкнул я. — Так что, я услышу ответ на свой вопрос?
— К твоему счастью, Громов, — сказала Лидия после небольшой паузы, — есть.
Я бросил взгляд в зеркало заднего вида на Алису, затем искоса посмотрел на Лидию.
— На что ты пялишься? — тут же возмутилась Алиса, заметив мой оценивающий взгляд.
Я проигнорировал ее выпад.
— А у тебя есть? — спросил я у рыжей.
— Я не люблю ходить на подобные мероприятия, — буркнула она.
Снова посмотрел на Лидию.
— У вас схожие комплекции. Найдется еще одно платье?
Она вздохнула так тяжело, словно ей предстояло не платье выбрать, а толкать камень в гору.
— Есть. Надо только посмотреть, как оно будет сидеть. И макияж нанести.
— Не надо ничего наносить!
— Алиса, я понимаю, что ты чудесно выглядишь и без макияжа, но на приемы ходят не просто так, — сказал я с важным тоном, хотя сам мало что знал даже из памяти Громова. Надо будет, пока девушки займутся подготовкой, а это явно не один час, попытаться покопаться в голове, чтобы хоть как-то восстановить информацию.
На крайний случай залезу в «имперопедию».
Алиса скрестила руки под грудью и отвернулась в окно.
Вскоре на горизонте показались очертания моего особняка. Я включил поворотник, плавно свернул с трассы на проселочную дорогу, ведущую к воротам, и заехал вглубь территории. Заглушив двигатель, я вышел из машины. Девушки последовали за мной, и мы молча зашли в дом.
Я направился к себе в спальню. Открыв массивный шкаф-купе, я перебрал висевшие в нем костюмы. Большинство из них были качественными, но слишком деловыми. В самом конце, в отдельном чехле, я нашел то, что нужно — идеально скроенный черный смокинг, белую рубашку и бабочку. Самый презентабельный и безошибочный вариант для такого мероприятия.
Захватив наряд, я прошел в свою ванную комнату. Горячая вода, пар, наполнивший помещение, помогли немного расслабиться. Я тщательно выбрился, затем, найдя в шкафчике какую-то банку с гелем для укладки, нанес его на влажные волосы и, насколько мог, аккуратно уложил их, зачесав назад и слегка набок. Из зеркала на меня смотрел чужой, но безупречно выглядящий аристократ, готовый к выходу в свет.
Переодевшись, я спустился вниз. В холле у камина Лидия уже разложила на диване содержимое своих чемоданов. Это был арсенал, способный экипировать небольшую светскую армию: платья из шелка, бархата и атласа, туфли на тонких каблуках, клатчи, расшитые бисером. Алиса стояла рядом, скрестив руки на груди, с таким видом, будто ее привели на эшафот.
Лидия, окинув Алису внимательным взглядом, выудила из вороха тканей длинное платье из темно-изумрудного шелка.
— Вот. Попробуй это.
Алиса с сомнением взяла платье, которое струилось в ее руках как вода, и отошла переодеться. Через минуту она вышла.
И это было кардинальное преображение. Изумрудный шелк обтекал ее фигуру, подчеркивая тонкую талию и округлость бедер. Но главным было декольте. Глубокий, почти до пупка, V-образный вырез открывал взгляду ее
