Всё же истерический смешок вырвался из моих плотно сжатых губ, и Беатрис встревожилась.
— Я хочу побыть одна! — резко воскликнула я и поспешила уйти, пока она вновь не начала меня уговаривать.
Эдрик покорно пошёл следом на шаг позади. Он внимательно смотрел по сторонам и вёл меня, я заметила, нарочно дальним, но наименее людным путём.
В храме я сперва была одна. Мгновенно накрыли воспоминания о той страшной ночи, когда умер герцог. Теперь я могла нервно смеяться, но тогда сама едва не умерла от страха и тревоги за Ричарда и себя.
Прошла, наверное, четверть часа, когда от стены отделился силуэт в капюшоне. В неровном свете единственного факела лицо Ричарда казалось ещё более изнурённым. Я дождалась, пока он подойдёт ко мне и возьмёт правую ладонь в свою. Руки у нас обоих были ледяными.
— Я придумал, как тебя обезопасить, — сказал он. — Мы поженимся ещё раз, на виду у всех.
Его слова настолько ошеломили меня, что несколько секунд я глупо моргала, пытаясь осмыслить.
— Без благословления короля? — уточнила, помня о клятве, которой он был верен.
— Он или помилует за всё сразу... или один брак уже ничего не решит, — Ричард скривил губы. — До того, как Блэкстон умер, король проигрывал войну, понимаешь? Он потерял уже почти треть страны, впереди суровая зима… Я думаю, он простит меня, если я подарю ему мир.
Не сдержавшись, я нервно хихикнула.
Подарит было совсем не то слово, которое я бы использовала. Пока этот призрачный мир давался нам ценой крови, боли и пота.
— А сторонники Блэкстона? — спросила я, чувствуя, как большой палец Ричарда глядят мою ладонь. — Что скажут они?
— Наверное, решат, что я посягаю на власть. Но так хорошо. Так даже лучше.
— Это будет являться очередным поводом для покушений на тебя.
Мужчина раздражённо выдохнул.
— Правильно говорят церковники: умная женщина — беспокойный муж, — пробормотал он беззлобно и привлёк меня ближе, сжав рукой талию.
Я закатила глаза.
— Умная женщина — живой муж, — сказала я и положила ладони ему на грудь, заглядывая в глаза, обведённые глубокими чёрными кругами усталости. — Почему ты думаешь, что так будет безопаснее для меня?
— Они будут знать, что я отомщу за свою жену.
— Кто «они»? — я нахмурилась.
— Равенхолл могут попытаться отбить у тебя. В подземелье по-прежнему заточен Роберт, и я не могу забрать его с собой. Отсылать его тоже опасно — власть после смерти герцога в шатком положении. Неизвестно, кто и когда решат тебя предать.
Вздрогнув, я прильнула к нему всем телом и услышала сдавленный вздох, но уже через мгновение ладони Ричарда накрыли мой затылок и поясницу.
— Я оставлю с тобой верных людей. Ты не будешь одна. Как моя жена, будешь в б о льшей сохранности. Никто не вздумает женить тебя на себе, ведь у Равенхолла… — и он запнулся.
— Ведь у Равенхолла уже будет хозяин? — подсказала я, отодвинувшись немного, чтобы заглянуть ему в глаза.
Ричард перехватил мой взгляд и прикрыл глаза.
— Да. У Равенхолла уже будет хозяин.
— Хорошо, — покладисто кивнула я и вновь прижалась щекой к его груди, жарко задышала носом в ключицу.
Он рисковал гораздо больше меня. Снова. Прикрыв глаза, я чувствовала мягкое поглаживание по волосам. Вот бы раствориться в этом моменте навечно.
Глава 66
Войско покидало Равенхолл, растянувшись в бесконечную цепь и уходя всё дальше за горизонт. Я стояла на стене, вцепившись ладонями в каменный зубец, и радовалась, что длинный, широкий плащ надёжно скрывал моё напряжение от любопытных взглядов. Ветер бил в лицо, трепал волосы, что так и норовили выбиться из-под платка. Белые хлопья падали на плечи и таяли, оставляя влажные пятна на тёмном сукне плаща. Снег всё гуще заволакивал землю, скрывал следы копыт и колёс, будто торопился стереть любую память об уходящем войске.
Ричард ехал впереди. Он не оглянулся ни разу. Может быть, боялся, что если повернёт голову, то не уедет вовсе. С каждой минутой он всё отдалялся от замка, растворялся в снежной пелене, и пустота внутри меня росла.
Я стиснула зубы и крепче сжала пальцами камень. Я не могла позволить себе слёз, только не на виду у рыцарей и стражи. Но душа тянулась за Ричардом, как птица, бьющаяся о решётку.
С Ричардом мы простились накануне... Я до сих пор не могу поверить, что мы решились на подобное безрассудство, но скорая разлука сделала нас слишком смелыми. Или неосторожными и глупыми.
— Элеонор... — Беатрис тихо позвала меня, и я обернулась.
Провожать войско на стене собрались многие, но ещё больше людей поджидали рыцарей во дворе и выстроились вдоль дороги по обе стороны. Те, кто сопровождал меня, изрядно замёрзли, продуваемые всеми ветрами и осыпаемые снегом. Я же не чувствовали ни холода, ни усталости. Ничто не могло сравниться с тем ледяным страхом, что поселился в моей груди в тот миг, когда Ричард вскочил на коня и направил его прочь из Равенхолла. Он не только увёл за собой войско герцога Блэкстона. Он увёз моё сердце.
— Ступайте в тепло, — через силу проговорила я и спрятала покрасневшие ладони под подолом плаща. — Я скоро приду. Ступайте, — повторила с нажимом, встретив недоверчивый взгляд кастеляна Ретфорда.
Наверное, виконт будет смотреть на меня так до конца жизни. Как и многие в замке, ведь брачная церемония, которую мы провели с Ричардом — руководил ею всё тот же служитель Мэтью — ошарашила почти каждого. Она прошла невероятно скромно, не было ни пира, ни особого празднества. При желании можно было ужаться в продуктах ещё сильнее и накрыть хотя бы небольшой пир, но я не хотела.
Бодрясь, пообещала себе отпраздновать первую годовщину нашего брака. Надеялась, что за год всё наладится, и мы будем вдвоём где-нибудь в безопасности.
Нехотя почти все, кто сопровождал меня, разошлись. Беатрис долго колебалась и смотрела на меня, безмолвно умоляя пойти с ней, но я хотела остаться одна, так что в конце и она смирилась и вернулась в замок без меня. На стене рядом со мной были лишь стражники, отобранные лично Ричардом.
И его оруженосец Эдрик. Вот уж кто тосковал по своему сюзерену не меньше, чем я по мужу. Он переминался с ноги на ногу и тоже смотрел вдаль, туда, где растворилась фигура Ричарда.
Я могла только догадываться, как задело его то, что барон Стэнли не взял его с собой. Для мальчишки, мечтавшего о ратных подвигах и гордившегося каждым шагом рядом с господином, остаться здесь, в стороне, было сродни унижению. Но Ричард приказал ему быть рядом со мной, и Эдрик принял это так, как умел: беспрекословно, стиснув зубы и склонив голову.
Когда силуэт Ричарда совсем перестал быть виден, я развернулась и вошла под защиту стен Равенхолла. Внутри, по крайней мере, не задувал ветер, но было холодно и сыро. Средневековый замок зимой — это то ещё удовольствие. В коридорах и просторных залах было непривычно тихо и пусто. Ричард забрал с собой почти всех, кто пришёл вместе с Блэкстоном. Он не увёл всех, потому что не мог оставить Равенхолл без защиты и вызвать тем самым подозрение, так что небольшой гарнизон остался в замке.
И его нужно было кормить.
Я сразу же спустилась на кухню, чтобы поговорить с Мартой. Здесь уже давно не стояли вдоль стен высокие, туго набитые мешки с зерном, бочки с рыбой, а с деревянных балок не свисали вязанки чеснока. Да и сама кухарка исхудала.
— А, м’леди, — завидев меня, она неловко присела и опустила голову. — Порубили последнюю зеленушку в похлёбку, — тут же доложила. — Больше не осталось.
Тот «ведьмин островок» в глуби сада, что примыкал к Равенхоллу, снабжал нас щавелем и зелёным луком, а я, помня про цингу, приказала добавлять их в каждое блюдо.
— Мои девки бегали туда, смотрели. Ничего не выросло... пока... — с тенью озабоченности прибавила Марта.
При всей своей необычности та поляна всё же не была волшебным горшочком, который мог выдавать разные блюда, стоило только попросить. Растениям нужно время, что вырасти, а в последние дни погода была отвратительной, Ричарду даже пришлось отложить на неделю отъезд и переждать снегопад.
