— Что ж, — сказал генеральный секретарь, — если никто не возражает, предлагаю выслушать позицию США по отношению к ставшим известными всем нам фактам.
По залу прокатилась волна шума, но против никто не выступил, и на трибуну вышел представитель Соединенных Штатов. В отличие от предыдущего оратора, он казался абсолютно спокойным и походил на примерного ученика, который, как всегда, должен был ответить только на «отлично». Это его работа. В конце концов, не зря же он помощник Президента США по национальной безопасности.
— От имени народа США, Президента и всего нашего правительства хочу сделать следующее заявление. Мы абсолютно не согласны с обвинениями, прозвучавшими в наш адрес. Прежде всего, операция «Объединяющий фактор» не имеет ничего общего с действиями официальной власти нашей страны. Она была задумана и осуществлена группой лиц, среди которых, не станем скрывать, были весьма высокопоставленные американские чиновники, военные, представители ВПК и бизнесмены. Но все эти лица задумали и осуществили свои действия абсолютно самостоятельно и без какого-либо их согласования с президентом США. И поэтому выступавший только что представитель Китая в любом случае исказил факты — намеренно либо вследствие использования неточной информации. Все, связанное с действиями этих, увы, иначе не скажешь, заговорщиков, явилось для американского народа и большинства официальных лиц США, не вовлеченных в этот план, такой же неожиданностью, как и для всех других народов и правительств других государств. Однако, предвидя возможные обвинения в адрес США относительно того, что мы проглядели у себя под носом подготовку столь глобального плана и поэтому все равно виновны, хочу рассмотреть не только поверхностный аспект всего случившегося, а и его глубинный, сущностный мотив.
И вот тут надо признать, что целью операции «Объединяющий фактор» было не что иное, как желание сделать мир лучше. Прежде чем винить инициаторов и исполнителей этого плана, а вместе с ними и всю нашу страну, гражданами которой являлось большинство из них, в неизбежных при реализации подобного сверхзамысла шероховатостях, прошу обратить внимание на то, что цель их была благородной — сплотить человечество перед лицом общего врага. При этом, замечу, враг был полностью контролируем и — полагаю, это признают все, — человеческие потери в ходе Нашествия были сведены к минимуму. За все время от его начала и до настоящего дня от действий псевдопришельцев погибло меньше людей, чем в любом из последних региональных вооруженных конфликтов, начиная от проведенных нашей страной в самом начале века второй иракской и афганской кампаний и кончая завершившимся всего несколько лет назад Большим спором за шельф между Россией, Китаем и Японией. Глядя на все эти идущие буквально один за другим конфликты, впору задуматься над тем, каковы же стали люди, если объединить их можно только перед лицом внешней угрозы. Неужели нам до сих пор нужен образ врага, чтобы понять глубину той ямы, которую человечество роет само себе? Мы привыкли к тому, что мир делится на победителей и побежденных, и это черно-белое видение распространяется на все. Мы упускаем из поля зрения множество нюансов и все больше склоняемся к тому, что на Земле существуют два лагеря: добро и зло, ум и глупость, богатство и бедность и так далее. Этот ограниченный взгляд на мир — слишком высокая цена, которую мы платим за желание стать победителем. Полагаю, что со мной согласятся немногие даже из моих соотечественников, но лично меня операция «Объединяющий фактор» навела на мысли о всеобщем сотрудничестве, хоть я и понимаю, что добиться этого будет весьма сложно. Хотелось бы думать, что такие мысли возникли не только у меня. Представитель КНР обвинил нашу страну в том, что мы хотели захватить власть над миром. Не поручусь, что некоторые политики — повторяю, данный эксперимент был проведен без санкции президента и правительства США — не вынашивали подобных замыслов, но следует признать, что идея проекта в целом несла в себе рациональное зерно. И так ли важно, под каким флагом будет проходить последующее оздоровление мира? Посудите сами, не лучше ли, вместо того чтобы вновь возвращаться к эпохе взаимных обвинений и раздоров, использовать произошедшее всем нам во благо?
И попытаться стать иным, чем до этого, человечеством — не разделенным и раздираемым противоречиями, а объединенным все-таки существующими, едиными для всех, воистину общечеловеческими ценностями. Они не придуманы и не навязаны американской или любой другой пропагандой, это — реальные ценности подавляющего большинства живущих на нашей планете людей! Именно такую, впервые открывшуюся всем нам не чисто умозрительно, а столь явно возможность нового будущего я и предлагаю обсудить на сегодняшнем совещании вместо того, чтобы оглядываться в прошлое. Ведь чем активнее и шире будет наше дальнейшее сотрудничество, тем больше возрастает вероятность того, что другие последуют нашему примеру, станут охотнее работать и общаться с нами. Я имею в виду те страны, которые все же готовы были принять ультиматум псевдопришельцев. Уверен в том, что некоторые пришли к подобному мнению не потому, что желали сотрудничать с захватчиками, а прежде всего чтобы досадить развитым странам. Это также наводит на мысль о том, что все без исключения должны ощущать собственную полезность и ценность, чтобы не получилось так, что, забывая о соседе, мы можем взрастить у себя под боком врага. Проанализировав сложившуюся ситуацию и сделав выводы, наш президент теперь уже официально заявляет, что США готовы к плодотворной совместной работе со всеми странами — с оговоркой, что эти страны не будут агрессивно настроены против нашей страны по причине операции «Объединяющий фактор». Но совместная работа — это нечто большее, чем просто способность действовать в группе. Для этого необходимо, чтобы имелась некая задача, результат которой зависит от совместных действий, и общая цель, при которой успех каждого члена группы напрямую зависит от успеха действий всей группы. Предлагаю обозначить эти задачи и цели на следующем заседании ООН. Соединенные Штаты готовы взять на себя основной груз проблем по воплощению в жизнь плана будущего мироустройства. Считаю, что это справедливо и будет расценено остальными странами как жест доброй воли и как извинение за причиненные им неудобства, возникшие в связи с экспериментом, проведенным некоторыми нашими гражданами, ответственность за действия которых тенью падает и на всю нашу страну. Я закончил.
По залу прокатилась новая волна шума, даже более сильная, чем после выступления китайского оратора. Многие не поверили в искренность американца и жаждали крови.
На этой волне всеобщего возбуждения и взял слово представлявший Россию на этом совещании вместо работающего в ООН на регулярной основе кадрового дипломата особо уполномоченный представитель все еще самой большой страны мира. Им был не кто иной, как Сергей Алексеевич Одинов, назначенный на эту должность ценой установления Братством Стоящих у Престола первого за всю его многотысячелетнюю историю контакта с официальной властью в лице Президента России. Правда, Братство все-таки подстраховалось и здесь, выставив для этого контакта вместо своих реальных структур некий специально созданный из своих низовых подразделений псевдоорден Гиперборейского Креста. И потому единственным из высших иерархов Братства, кому пришлось-таки «засветиться» перед Президентом, был как раз Одинов. Выйдя на трибуну, он ощутил, а кое-где по ряду признаков и прямо увидел, что, кроме него, в составе делегаций других стран присутствуют еще несколько Посвященных. Это говорило о том, что не только Братство, но и некоторые другие древние тайные общества вступили во взаимодействие с официальными властями стран, в которых располагались их основные центры силы.
Выступление Сергея Одинова вызвало удивление не меньшее, чем речь представителя КНР, потому что большинство ждало от России совсем иного, а ее представитель неожиданно поддержал американца. И сделал он это так, что сказанное им заставило всех серьезно задуматься.
