отмахнулся Мо Цинь. – Его просто нужно немного подпихнуть навстречу другим. И сейчас отличная возможность.
«Чэнь Хуан, там нет какого-нибудь задания: взять с собой главного героя?»
[Нет. После выполнения задания в Лихани строка заданий пуста.]
«Ну и что с ним делать?»
[Возьми с собой. Он же просится. Получишь несколько баллов расположения. К тому же он главный герой! Разве с ним что-нибудь может случиться?]
Цзэ Сюлань не мог не согласиться. Он уже и подзабыл, что Яо Вэньмин действительно является главным героем, а значит, мир будет всячески защищать его от любой смертельной опасности, ведь от сохранности главного героя зависит весь мир в целом.
– Ладно, уговорил. Пусть идет. В конце концов, должна же быть ему какая-то награда за то, что он тут столько помогал.
Мо Цинь с ним согласился, потому как в последнее время работы в лесу было очень много: к привычной заботе о зверях добавились еще построение клеток для духов, что будут участвовать в празднике Огня, пошив костюмов для смотрителей за животными, подготовка части банкета, платформы… Да и вообще много чего.
На самом деле Цзэ Сюлань не сильно понимал смысл всех этих мероприятий: ну неужели кому-то это все будет интересно смотреть? Но хозяин Туманного склона, кажется, просто-напросто перенасытился зрелищами в своем мире, и потому ничем подобным его было не удивить.
Когда угощения были более-менее съедены, а чай совсем остыл, Цзэ Сюлань и Мо Цинь отправились проверить подготовку учеников к ночному походу за разнообразными духами. Следовало убедиться, что все приманки на месте и готовы к использованию, а сигнальные печати исправны. День медленно приближался к завершению.
Глава 32
Неприятности следуют за этим мастером по пятам
Цзэ Сюлань не сказал бы, что ночная вылазка с учениками оправдала его ожидания. Он, конечно, знал, что никаких опасных демонических существ им не встретится – все-таки лес Гармонии был территорией ордена «Хранители равновесия» и тот же барьер, установленный Цзэ Сюланем, защищал эти территории от демонов и особо опасных духовных зверей, – но хозяин Туманного склона никак не думал, что они буквально будут прыгать с кочки на кочку, пытаясь поймать пушистый комок.
– Это цветочный дракончик, – объяснял Мо Цинь, наблюдая за тем, как особо проворные ученики пытались загонять бедное существо, чтобы затем схватить. Яо Вэньмин тоже прыгал вместе с остальными, но в то же время, как всегда, действовал сам по себе.
«И как научить этого ребенка работать сообща?»
[Он главный герой, – в голосе Чэнь Хуан чувствовалось некое сочувствие. – И он должен сам прогрызть себе путь к успеху.]
«Главное, чтобы этот путь не лежал через глотку этого мастер…»
– В некоторых легендах он вообще огромное ужасное чудище! – взволнованно продолжал свой рассказ хозяин леса, и Цзэ Сюлань осознал, что прослушал половину. – Но на самом деле это милые, пушистые и абсолютно безвредные существа. У них прыгучие лапки. А когда они чувствуют опасность – «распушают» мягкие рожки на голове для защиты. Ну и чтобы выглядеть более грозно. Эти рожки очень похожи на рога драконов. Вот откуда и название.
– А цветочные почему? – скорее по инерции, чем действительно интересуясь, спросил Цзэ Сюлань.
– Они пахнут цветами!
Мо Цинь с таким восторгом рассказывал обо всех этих существах, что слушатель автоматически заряжался его энтузиазмом.
– Ой, а можно мне немного света? – попросил заклинатель, доставая из рукава скрученный лист. Цзэ Сюлань послушно зажег на своей ладони сферу. Мягкий свет заклинательской ци разогнал ночные сумерки, и жухлая трава сверкнула сталью.
Если выдвигались они, когда еще солнце только начинало садиться, то сейчас охотиться на волшебных существ приходилось в полной темноте. Тучи все еще плотно сковывали небо, и луна никак не могла пробиться сквозь их заслон.
– Почему мы вообще выбрались сегодня? Можно же было пойти завтра, когда солнце высоко и все хорошо видно.
– Мастер Цзэ, ну смотрите, – начал Мо Цинь. Перед учениками он не хотел обращаться к хозяину Туманного склона без должного уважения, а то еще подаст дурной пример, сам того не желая. – Это вылазка не столько для поимки духовных зверей, сколько для тренировки учеников. Сейчас уже зима наступает. Зимой мы особо никуда не выходим, так что праздник Огня – последняя возможность этих детей потренировать свои способности. В темноте они почти ничего не видят, зато чувствуют. Это здорово развивает навыки ощущения чужой ци.
Цзэ Сюланю нечего было возразить. Все это звучало вполне разумно.
– Итак, если верить моему списку, нам осталось не так уж и много зверей, – проговорил Мо Цинь, вчитываясь в записи, что сам же и составил ранее. Его иероглифы были легкими и непринужденными, под стать характеру мастера Мо. Но вместе с тем каждый символ был выведен с таким старанием и настолько изящен, что Цзэ Сюлань решил больше никому и никогда не показывать свои каракули. А то ведь того и гляди руки пообрубают. Старейшина Лянь, что считал умение играть на цине и красиво мазюкать кистью главными навыками заклинателей, так точно.
– Список каждый год один и тот же? – поинтересовался Цзэ Сюлань, заглядывая в исписанный лист. Из нужных восьми животных им осталось найти и поймать еще троих. Не считая этого дракончика, конечно же.
– Нет, я его меняю. К сожалению, нельзя ловить каких-нибудь внушительных зверей. Так бы я всем показал императорского златокрыла!
– Императорский златокрыл? – Цзэ Сюлань уже успел за время своего пребывания здесь перечитать несколько бестиариев. Но то были книги с особо опасными существами демонической природы, вроде хули-цзинь. О вполне безобидных зверях ему читать не приходилось. А, видимо, стоило. Все же этот мир, придуманный Чэнь Хуан, слишком сильно отличался от его бывшей реальности.
[Если тебе станет легче, то я тоже понятия не имею, о каком таком императорском златокрыле говорит Мо Цинь.]
Цзэ Сюлань и бровью не повел:
«И почему же я совершенно не удивлен?»
– Императорский златокрыл – это удивительное животное. Тебе обязательно нужно будет как-нибудь на него посмотреть! – затараторил Мо Цинь. За ним не замечалось подобной несдержанности и склонности к быстрым разговорам, но, когда дело касалось зверей, мастер Мо терял самообладание. – Он похож на огромного грифа с женским лицом. Его крылья так сияют на солнце, словно покрыты золотом! Они весьма безобидны, если их не трогать. Питаются крупными животными. Но, если им угрожают, могут и человека убить. Когти у них острющие.
Цзэ Сюлань представил себе это зрелище и слегка
