И тут, не получив даже мысленного отклика на вполне яркий призыв, я с ужасом осознал, что Ирины рядом нет. То есть, я ее чувствовал, она была где-то в метрах двадцати, даже не в этом зале. Шум толпы не давал нормально сконцентрировать, но отключившись на миг от окружения я всё же поймал ощущения… злобы, раздражения и страха! Она там с кем-то дерётся!?
Разом забыв, что боялся покалечить местную жертву моды, я буквально за шкварник оттащил ее от себя и кинулся в сторону Ирины, ориентируясь на связь. Толпа мешала, но люди, на удивление, быстро расчистили дорогу, откровенно шарахаясь в стороны. Кажется, ауру не удержал…
В коридор с местной уборной я ворвался на максимальной для обычного человека скорости, где-то на задворках сознания понимая, что палиться с ускорением не лучшая идея. Какой-то местный хмырь решил прижать Мастера к стенке, но и цвирчонок оказалась не промах, зарядив тому по голени носком тяжелого мужского ботинка. Ладно, не буду больше называть их «говнодавами», заслужили…
Мужик слегка согнулся, но разогнуться не успел. Мой кулак прилетел аборигену в челюсть и отправил его познакомить затылок с кафельной стенкой. А ведь я слегонца совсем приложил, практически нежно.
Так что хмырь даже сознания не потерял, зато вызверился на меня, как загнанный в угол вонючий сертак.
— Ты кто такой, б….?! Не лезь не в свое дело, утырок! Ты знаешь, кто я такой?! — взъерился этот образчик местной фауны.
— Ублюдок, который пристаёт к моей жене? — сам сказал и сам опешил, насколько правильно это прозвучало. Да… вот она, моя. Мастер ли, или жена — не важно. Прижалась ко мне со спины, выглядывает, кидает на хмыря полные презрения взгляды и при этом фонит благодарностью и моральным удовлетворением. Видимо, достал ее этот урод конкретно… они явно не только что познакомились.
— Отвали, Швецов, — довольно спокойно и холодно сказала тихо матерящемуся противнику Ирина. — Я тебе говорила, что замужем. И ты меня не интересуешь.
— Это мы еще посмотрим… — себе под нос злобно пробормотал ублюдок, вставая и с независимым видом протискиваясь мимо нас в зал. — В институте поговорим, Самгина.
— Идиот, — ругнулась девушка, и вдруг уткнулась мне лицом между лопаток, обхватив руками за талию. Эй, она там плачет что ли?! — Спасибо…
— Пока не за что… — буркнул я, скрывая собственное удовлетворение, но всё же развернулся и приобнял девушку, успокаивая, — Убивать нам запрещено, но морду набить никто точно не помешает. Сходить с тобой в этот… институт? Обещаю, от целителей минимум месяц не выпишут…
Иринка неожиданно еще отчетливее всхлипнула и замотала головой. Молча. Но от меня так и не оторвалась. Ее била довольно заметная дрожь.
— Так, понял. Добиваем сейчас, — я не знаю, что этот хрын должен был сделать, чтоб довести моего Мастера до такого состояния, и знать не хочу. Парой переломов этот дегенерат не отделается.
— Нет! — Ирина, наконец, оторвала заплаканное лицо от моей груди и торопливо вытерла слезы ладошками. — Ну его нахрен… не в нем дело. Просто напомнил, козел. И я испугалась…
Я покорно кивнул, но мысленно в списки инвалидов записал и ее бывшего мужа. Надо будет ночью как нибудь на «охоту» сходить, женщины уж слишком мягкие. Ну, во всяком случае, теперь есть хороший повод уйти с этого шабаша.
Сразу уйти нам не дали, снова налетела стайка знакомых раскрашенных девушек, среди которых мелькала Иринина… Барбара. Девушка постаралась повиснуть на моём левом плече (правое как раз занимала Ирина), а я был в таком хорошем настроении после хоть и маленькой, но победы, что даже улыбнулся этой детской непосредственности. Проснулось даже какое-то игривое настроение.
— Чёрный тебе идёт больше, — шепнул я на ухо покрасневшей пышке, демонстративно заглядывая в ее декольте, — И имя у тебя всё же красивое.
— Самоубийца, — пробормотала Ирина, дергая меня за рукав. — Выгонять ее из квартиры, если она сейчас в гости напросится, будешь сам!
Глава 13
— Ревнуешь, жена моя? — переключил я внимание на Ирину. Ух, самому странно, как легко выходит называть ее так.
— Охренеть, как ревную, — с обезоруживающей прямотой согласилась девушка, показывая кокетливо хихикающей подружке кулак. Смех смехом, а слишком навязчиво висеть на мне та перестала. И остальные девушки вроде и посмеялись, но явно приняли к сведению. Побаиваются они ее, что ли? А ведь и не скажешь, что опасна, от стула пару локтей.
И хрыну тому хорошенько ведь врезала. Надо будет на учебном полигоне проверить, что-то мне подсказывает, что Мастер не такой уж слепой цвирчонок в боевых искусствах.
— Ириска, ну что ты скучная такая! С чего домой, только пришли! — между тем возмущалась Барбара. — Даже не потанцевали! Руками трогать не даешь, дай хоть полюбоваться!
— Баська, а сейчас ты на нем чем висишь, ногами? — хмыкнула Ирина и вздохнула. А по мысленному каналу от нее пришло ощущение… легкой досады и такого странного нетерпения… она… хочет потанцевать? Со мной? Эм, я конечно, не против, но боюсь не смогу имитировать здешние ритуальные пляски правильно, разве что грибы… то есть вон того зеленого, бокала три залпом.
— «Не вздумай, заржавеешь сразу!» — всполошилась Ирина. — «Этой хренью только ваших зеленых крыс травить! Пойдем… медленный танец потанцуем. А потом домой».
Музыка, действительно, сменила ритм на более плавный, появилась мелодия. Местные сразу либо разбились на парочки, либо ушли к диванам и барным стойком, а некоторые явно и прицельно искали себе партнера. Это было уже намного привычней и даже чем то напоминало обстановку на приёмах. Разве что, вместо достаточно сложных па, люди просто… стояли обнявшись и покачиваясь. Чем-то напоминало совместный транс, но в отличие от предыдущих кривляний и дёрганий — отвращения не вызывало.
Барбару с моего плеча почти сразу снял какой-то рослый детина, откровенно крестьянской наружности. Но взгляд его мне понравился, он одновременно и извинялся за свою партнершу и предупреждал — мол, тронешь — пришибу. В ответ я лишь пожал плечами и одобрительно кивнул, со спокойной душой притягивая к себе Ирину.
— Уф, Мишка пришел, — почему-то обрадовалась Мастер, закидывая руки мне на плечи и прижимаясь в танце. — Все, Баська под прикрытием, потанцуем и можно идти домой. А то я со своим дурацким чувством долга и трусостью вечно потом сижу как дура и караулю эту гуляку, чтобы в такси усадить… она может накоктейлиться и тогда тушите свет, любой козел ее на что угодно уговорит.
Похоже у Ирины пошел эмоциональный откат, она говорила быстро, много и нервно. Стараясь успокоить своего Мастера я по связи послал ей волну безопасности и тепла, а затем склонился и подул ей на макушку. Ритмичные покачивания успокаивали и Ирина в кольце моих рук постепенно расслаблялась. В какой то момент я даже решил, что вот-вот уснёт… но ошибся.
Она вскинула голову и взглянула на меня затянутыми поволокой возбуждения глазами. По телу сразу прошлась волна, а в голове замелькали картинки предыдущих… контактов. Не стесняясь ни толпы вокруг, ни всё еще кидающих на нас взгляды подруг, она требовательно потянулась к моим губам. Хорошо, хорошо, Мастер, сейчас наклонюсь, не пыхти так недовольно и не тяни меня за шею. Не знаю, что такое каланча, но надеюсь, это лучше, чем дрын.
Поцелуй вышел недолгим, но приятным. Нас прервала изменившаяся Музыка и совсем потерявшие стыд руки Ирины, которые я вытащил из под рубашки. Нет, я всё понимаю, но боюсь ты и сама потом будешь недовольна. И… уф… вообще:
— Никакого секса, пока уроки не выучишь, — пересиливая себя и собственные желания, всё же сказал я ей шёпотом. Вот понимаю, что сам себе яму рою, но если уж пошел на принцип… мужик я или нет?
— Чего-о?! — Ирина так удивилась, что временно перестала меня тискать.
— Пока не прочтёшь и не осознаешь основные законы призмы — секса не будет, — ммм, прям самому жалко, но на какие жертвы не пойдёшь ради общего дела. Как вернёмся, сразу закажу свод законов…сокращённый…детскую версию. Так, Мастер, вытащи руки из моих штанов!
