одной стороны. Я вновь застонала от боли и дернулась, пытаясь сместить цепь ниже, туда, где кожа еще не была обожжена.
– Не дергайся! – рявкнул он, сильнее вдавливая меня в землю и садясь сверху. Я закашлялась под тяжестью его тела.
Краем глаза я видела, как мечется взгляд Стива. Он держался за что-то в кармане толстовки, вероятно, готовясь атаковать. Мне было страшно. Не за себя, а за него. Он был всего лишь несчастным подростком, у которого, как и у Сэма, украли детство. Я видела в его глазах храбрость не юноши – мужчины, и понимала, что Сэм безумно гордился бы им сейчас. Райан встал и, разматывая цепь, поднял меня с земли. Я понимала: нужно быть наготове. Он стоял спиной к Стиву, и это был идеальный момент для нападения. Стивен, словно прочитав мои мысли, сделал уверенный шаг к Райану. Он достал из кармана толстовки клинок; я заметила, как дрожит его рука. Дальше все произошло молниеносно. Цепь слетела с моего тела. Замах Стива. Тщетно.
Райан оказался быстрее. Он с легкостью отразил удар, выбив клинок из руки Стива. Ярость, пылавшая в его глазах, не оставляла сомнений: он был готов убить его прямо здесь и сейчас.
– Беги! – крикнул Стив, ударив Райана ногой в живот.
Но я не могла его бросить. Не могла убежать, оставив ребенка, который пытался меня спасти, один на один с этим чудовищем. Попытавшись встать, я бессильно упала обратно на землю – ноги меня просто не держали. Боль пронзила лодыжки, напоминая о недавних пытках.
– Ах ты, выродок! – взревел Райан, распрямляясь. Он схватил Стива и со всей силы ударил его головой о столб, к которому меня до этого приковывала цепь. – Думал, я не замечу, что ты ей помогаешь, сука?!
– Не трогай его! – закричала я, но он продолжал.
Стив сопротивлялся, пытался вырваться из железной хватки, но силы были неравны. Райан повалил его на землю и принялся избивать, обрушивая удар за ударом. Я с криками поползла по земле, цепляясь за острые камни, и в отчаянии схватила Райана за руку, пытаясь остановить его безумие.
– Он не виноват! Это я! Слышишь, я! Это моя магия, я заставила его помочь мне. Он ничего не хотел делать! – кричала я, голос срывался на хрип.
Райан резко отдернул руку и с размаху ударил меня локтем в лицо. Я издала протяжный стон, рухнув на землю. Горячая кровь хлынула из носа, заливая лицо. Стив кричал, задыхаясь от ярости и беспомощности, но Райан, словно обезумев, продолжал избивать его. В этот момент вбежала охотница Энни.
– Ты с ума сошел?! – взвизгнула она. – Роджер тебя прикончит за сына!
– Роджер прикончит сына, когда узнает, что тот пытался освободить ведьму! – Райан поднялся со Стивом, грубо схватил его за шиворот и вышвырнул за пределы шатра.
– Что?! – Энни ошарашенно застыла на месте, не понимая, что происходит.
– Свяжи ведьму, дура! – огрызнулся Райан, прежде чем выйти следом за Стивом.
Энни подошла ко мне и накинула новые цепи, туго обматывая их вокруг моего измученного тела. Я безжизненно смотрела в пол, кровь из носа стекала по губам, капая мне на ноги. Металлический привкус во рту уже казался привычным. Чувство вины захлестнуло меня с головой – нужно было отговорить Стива от помощи, любой ценой. Страшно было даже представить, что эти изверги сделают с ним теперь. Оставалось лишь надеяться, что Роджер поверит в историю про чары, как в случае с Сэмом.
– Сейчас будет огненное шоу, красотка. – На лице Энни расплылась злорадная ухмылка. – Сначала побудешь зрителем, а потом и сама мастер-класс покажешь.
Дрожь пронзила тело от осознания того, что мне предстоит пережить.
– Я бы могла сказать, что все будет быстро, – Энни рассмеялась, – но врать так гадко. Гореть заживо – это не быстрая смерть. Ты чувствуешь жар, он пронзает твои нервные окончания, медленно превращая кожу в обугленную корку. Ты не сможешь думать ни о чем, кроме боли, которая будет только нарастать, поглощая тебя все сильнее и сильнее.
Она рассказывала об этом так подробно, будто сама пережила подобный кошмар. Но нет. Просто такие картины они видели слишком часто. Настолько часто, что успели выучить наизусть последовательность мучительных ощущений, которые испытывает человек в огне. Я же в это время думала о Сэме. О том, что он так и не появился, а значит, с ним могло случиться что-то ужасное. Что, если он уже… мертв?
Спустя минут тридцать моих тягостных раздумий в шатер вошла Изабелла. Окинув меня привычным хладнокровным взглядом, она подошла ближе и наклонилась, заглядывая, казалось, в самое нутро.
– Время пришло, ведьма, – бесстрастно произнесла она.
Они грубо схватили меня под руки и потащили к выходу. В ушах зазвенел истошный мужской крик, от которого все тело сжалось в комок. Резкий запах ударил в нос, выворачивая внутренности наизнанку. Это было нечто такое, чего я никогда раньше не чувствовала. Удушливая гарь, смешанная с тошнотворным запахом горящей плоти… Я инстинктивно зажмурилась, опуская голову как можно ниже.
Они выволокли меня на какую-то поляну, покрытую слоем пепла. Жар от костра стал настолько сильным, что кожа моментально начала краснеть. Мой взгляд был все так же направлен вниз, и я видела ноги охотников, стоявших рядом. Аргус больше не кричал, и это напугало меня еще больше. Я понимала, что он либо потерял сознание от боли, либо уже мертв. Меня трясло от животного ужаса.
– Ты должна это увидеть! – прошипела Изабелла, отдергивая мои волосы назад и заставляя поднять голову.
Я до последнего сопротивлялась, но хватка была слишком сильной – ощущение, что она вот-вот снимет с меня скальп. Мой взгляд уперся в костер. Пламя жадно пожирало человеческую фигуру, привязанную к столбу. Я потеряла дар речи, сквозь слезы наблюдая за этим кошмаром: его тело изогнулось в неестественной позе; кожа начала темнеть, в каких-то местах и вовсе лопалась. Прямо на моих глазах он переставал быть похожим на человека. Запах стал еще невыносимее. Изабелла продолжала держать меня за волосы, не позволяя отвернуться. Внутри все перевернулось.
– Нет… – прошептала я, чувствуя, как начинаю задыхаться от накатившего ужаса. – Нет, пожалуйста… – Я отчаянно забилась в ее руках. – Умоляю вас… – Из горла вырвался почти звериный вопль.
Я думала, что не унижусь перед ними. Думала, что смогу сохранить остатки достоинства. Но что-то внутри меня сломалось, безвозвратно разрушилось, когда я увидела, как жизнь покидает Аргуса, оставляя после себя обезображенное тело. Я не хотела того же и с безумием хваталась за жизнь, которую так жаждала сохранить. Повернувшись, я заметила отца Сэма,
