Арфа Королей - Вячеслав Бакулин

Часть третья, или «Мы еще повоюем!»,

в которой все что-то ищут

Айвен приходит в себя в пещере или хижине, избитый, с рассеченной и небрежно забинтованной головой, без оружия и доспехов, но – живой. Рядышком дремлет длиннобородый, вполне безобидного вида старикан, причем дремлет так крепко, что голодному и измученному жаждой Герою приходится произносить «Кхе-кхе!» минут пять, прежде чем на него обратят внимание. Наконец дедушка возвращается из грез обратно на землю, и Айвена начинают кормить, лечить и пичкать полезной (с точки зрения дедушки) информацией. Принц, в частности, узнает о том, что:

– этот мир был создан так давно, что и не упомнишь, двумя братьями и сестрой;

– братья испокон века развлекаются тем, что стравливают между собой людей и нелюдей, а сестра спорит сама с собой, чей ставленник победит на этот раз;

– последние двадцать семь раз побеждал Белобрюх, и теперь Чернодыр серьезно собирается отыграться;

– Чудо-Юдо – оборотень, колдун, некромант и оппортунист, – разумеется, ставленник Чернодыра, черпающий энергию из его Черной Мощи;

– сейчас Чудо-Юдо силен как никогда и реально приблизился к тому, чтобы завоевать весь мир, если не разрушить его до основанья, а уж затем…

Айвен чувствует, что от всего этого у него голова идет кругом, и тут старец предлагает ему самому вывести самый важный факт. С содроганием в голосе Айвен предполагает, что именно он является последней надеждой мира. Старик хмыкает и качает головой. Слегка разойдясь, Айвен интересуется, какого же черта он тут делает, и получает ответ: один он никогда не одолеет Чуда-Юда, пока не найдет средство, вещь и свою половину. А самый важный факт заключается в том, что его собеседник – великий маг Мик Маусс Разноцветный, известный также на северо-западе как Уолт и на юго-востоке – как Дисней. С тихим стоном Айвен теряет сознание и погружается на несколько суток в исцеляющий волшебный сон.

Внимание!

Айвен, конечно, не Спящая Красавица, но хотя бы пару дней ему поспать просто необходимо. За это время он не только подлечится, но и может научиться чему-нибудь полезному – например, иноземным языкам, необходимым для последующих поисков. А поскольку сон – магический, то вряд ли у кого возникнут сомнения в том, что Герой уж слишком быстро оправился от травм.

Вновь пришедший в себя Айвен и Мик отправляются в дорогу. Заметьте, здесь вновь расхождение со сказочным шаблоном. Какой-нибудь «старичок-лесовичок, похожий на пень или сморчок» в лучшем случае подарил бы Герою полезную в обиходе вещицу вроде транскосмического сверхдеструктора и отправил подобру-поздорову на смертный бой. В худшем же Айвен лишь узнал бы, где может храниться оный деструктор или хотя бы захудалая коняжка, на которой можно продолжать поиски. И уж конечно, спасать и лечить бессознательного Героя лесовичок бы не стал, а уж тем более – сопровождать его в последующих поисках.

Мик, разумеется, тоже прекрасно знает, где и чего им нужно искать, но молчит как рыба, упорно не желая облегчать и без того непростую Геройскую работу. Самое большее, чего от него можно добиться, – мах рукой в сторону вроде бы неприступных гор Ганса-Христиана. И понимай, как хочешь. За время путешествия маг учит Айвена разным премудростям, нещадно эксплуатирует на почве готовки и систематически шлепает по рукам, когда тот их тянет к Миковскому мечу. Герой, дескать, должен себе сам добыть меч, да не простой, а единственный и неповторимый, который один во всем свете и может пробить жидкокристаллическую шкуру Чуда-Юда в его драконьем обличии. А меч Мика совершенно для этого не подходит, поскольку, во-первых, пенсионерский, во-вторых, именной, в третьих, дорог как память и, в четвертых, бутафорский (т. е. жутко заколдованный). Айвен всякий раз завистливо вздыхает, но ручонки убирает.

Подробно описывать последующие поиски нет необходимости. В результате двух месяцев изнурительных походов по горам, лесам, морям, городам и весям Айвен приобретает немного мудрости, оружие, доспехи, коня, пятнадцать новых шрамов и значительно расширяет свой лексикон на предмет ругательств; а Мик – коня, мешок артефактов, которые «в бою с Юдом тебе все равно не помогут, а мне, глядишь, на что и сгодятся», и пару миллионов золотом «на домики для бездомных поросят». А уж если вам сильно хочется подчеркнуть, какие эти месяцы были нелегкие (будто и так не ясно), то позже можете упомянуть, что самый маленький из новых шрамов Героя – подарок от чудища, против которого те, описанные перед боем в ущелье Попранных Клятв, все равно что Виллабаджо против «Фэйри». Самое же главное – то, что коня Айвена зовут Снусмумрик Быстроногий, внук Слейпнира, а меч называется Кровавый Мясоруб.

Внимание!

Вот их приобретение описать необходимо весьма подробно, поскольку всем ясно, что такое на базаре не купишь, если это не Базар-на-Деве. Впрочем, можно не заморачиваться насчет этого, а выкрутиться просто и в то же время изящно. Дело в том, что и коня, и меч Мик пару веков прятал в пещере, соседней с той, в которой очнулся Айвен. А мотал он бедного юношу по свету только для того, чтобы твердо убедиться в его пригодности для грядущего великого испытания. Кроме того, не знаю, как насчет коня, но древнее ковыряло уж точно необходимо расписать во всех красках, а заодно дать краткий экскурс в историю наиболее прославленных из его бывших владельцев.

Теперь оставим на некоторое время Айвена и посмотрим, что поделывает наш старый знакомый сэр Подлетс. Надо сказать сразу, что помимо трона Приозерья у него во всей этой истории есть еще одна цель. Женщина. Которая, само собой, молода, прекрасна и Подлетса терпеть не может. А кроме того, она принцесса соседнего с Приозерьем Шыр-Пыр-Залесья и прозывается, что бы Вы ни думали, вовсе не Марьюшкой или Аленушкой, а Мари или Элен. В худшем случае – Юджинией.

Итак, явившись в Черный Оплот (вы не ослышались. Колдун наш весьма приветствует комфорт, да и слуг где-то нужно держать. Посему у него имеется весьма недурной замок, о котором – см. ниже). Чуда-Юда, потрясая шлемом Айвена, как Чингачгук снятым скальпом, сэр Подлетс заявляет, что принц устранен, и требует награды. Ликующее Юдо устраивает банкет, после которого, изрядно упившись «Кровавой Мэри», на всякий случай заглядывает в Шар Всевидения. И видит в нем, как живой, здоровый и даже весьма окрепший Айвен гоняется за Миком по пещере, размахивая Мясорубом и изрыгая непечатные словеса. И волшебника, и меч при этом Чудо давно считал достоянием истории. Кое-как справившись с