поступил. Нет. Не сходится ничего. А правду лишь одним способом выяснить можно.
– А когда ты проклятие своё получил? – отвлекла его Мила вопросом.
– Проклятие? – опешил Вадим. – Ах, проклятие… Ну, знаешь ли… Тебе это знание в жизни ничем не поможет.
– Не честно так! – насупилась девушка. – Я на твои вопросы ответила!
– И что? – он хмыкнул. – Я тебя не заставлял. Сама языком чесать стала.
– А тебе как ответы на вопросы про меня в жизни помогут?! – возмутилась Мила.
– Как-нибудь да помогут, – он лишь плечами пожал. – Кто же нас, колдунов да ведьм, поймёт-то. Может, заколдовать тебя просто пытаюсь? Или зубы заговорить, чтобы ты ошибку какую совершила.
– Или ты просто очень хочешь меня получше узнать, чтобы подружиться, – Мила ухмыльнулась.
– Может, и так, – пожал плечами Вадим, не видя смысла спорить.
Мила улыбнулась и поспешила вернуться к сбору ягод. Вадим же принялся её историю в голове прокручивать, пытаясь понять, как же так получилось в итоге? Надо будет из Бажена правду вытянуть, а то он честным всегда прикидывается да добрым. Отличный шанс, чтобы уличить его во лжи. Всё же не существует на свете честных людей.
– Ну ответь на вопрос, тебе же не сложно, – снова заканючила Мила.
Она сейчас на девочку маленькую походила больше, нежели на девицу взрослую. Сестра у Вадима тоже очень любопытной была, пока любопытство своё против него не направила.
– Три года, – коротко ответил он. – Помогло чем-то?
Мила прекратила собирать землянику и уставилась на него внимательно. Рассмотреть что-то в нём пыталась.
– Каким же ты тогда добрым был три года назад? – в итоге задумчиво спросила она. – Хотелось бы с тем Вадимом познакомиться.
Она мило улыбнулась, не подозревая, как больно её слова резанули по душе Вадима. Он поджал губы. Шутка как-то не в то русло зашла. Не был он никогда добрым. И не будет. Зря он про проклятие ляпнул.
– А если снять проклятие, то всё вернется, как было? – продолжила девушка любопытничать.
– Кто ж его знает, – Вадим пожал плечами и отвернулся.
Не думал он, что глупость и наивность девчонки этой его самого задеть сможет как-то. Он невольно протянул руку и сжал то место, на котором метка лешего была. Жаль ему стало, что она совсем не то, что он сказал, означает. Вадим поспешил отогнать от себя эти мысли – был бы он добрячком, Тихомира бы его и не заметила тогда! Нет уж! Он такой, какой есть. Если другим это не нравится – не его проблема! Он вновь повернулся к Миле, успев заметить, как она голову резко опустила. Смотрела на него всё это время да о чем-то своём думала. Вадим даже мысли её читать не стал – не хотелось.
– Помочь землянику собрать? – спросил он, просто чтобы скрасить неловкую паузу и увести тему в другое русло.
– Нет, спасибо, я сама, – заверила его Мила вежливо.
Вадим лишь вздохнул. Теперь Мила сидела и думала о том, что доброта в нём осталась ещё, а значит не всё потеряно. Вадим прекратил её мысли слушать. Пускай думает что угодно. Тем сильнее будет разочарование, тем больше будет ей боли. Сама виновата.
Корзинка наполнилась земляникой, когда день уже к вечеру клониться стал. Солнце было всё ещё в небе, но уже приближалось к горизонту. Вадим повёл Милу назад, и теперь она шла с ним рядом, совсем не боясь, часто поглядывая на него и покусывая нижнюю губу от задумчивости. Вадиму плевать было на то, о чём она думала. Когда они вошли, Тихомира замешивала тесто, что Вадима немного разочаровало – он-то ожидал услышать запах трав, понять, что ведьма отвар какой-то особый варила, но пахло только мукой.
– Вовремя вы, – улыбнулась она. – И тесто как раз подошло. Садитесь, поможете мне пироги лепить.
Мила с радостью присоединилась, отставив корзинку с ягодами на лавку, а вот Вадим не торопился ничего делать. Сейчас Тихомира была похожа на добрую бабушку, которая внуков своих угостить собиралась, но он сам хорошо помнил, какими она его пирожками три года назад кормила. И землянику он необычную собирал. Зачем же сейчас Тихомира решила пожалеть Милу? Почему позволила ей до седьмой сказки спокойно добраться? Неужели и правда приютить решила?
– Я пойду прогуляюсь, – сказал Вадим, не имея желания сидеть и простые пироги лепить.
– Снова к ужину не присоединишься? – вздохнула Тихомира. – И сказку не послушаешь… Последняя ведь.
– Наслушался я уже сказок твоих, – отмахнулся Вадим.
Наверное, фраза прозвучала слишком уж грубо, потому как перед выходом он на себе осуждающий взгляд Милы поймал. Ему было всё равно. Он вышел, обошёл дом кругом, а в итоге отправился к реке. Дождётся заката, чтобы Тихомира сказку свою рассказала, и вернётся как раз к моменту, когда Мила желание будет загадывать. Он сделал всё, что мог. И как же сильно ему не хотелось, чтобы Тихомира ей навстречу пошла и оставила Милу здесь. Девчонка даже не понимает, на что подписывается. Немало же слёз ей придется пролить, когда она поймёт, что те дела, которыми ведьма её нагружала, цветочками нежными были по сравнению с тем, что Вадиму каждый день делать приходилось. Нет, это была не доброта. Ему просто было жаль эту слабую девчонку, которая в жизни и так натерпелась. Ей бы замуж выйти, детей нарожать да жить себе тихо и мирно, а уж никак не скрываться от охотников у настоящей ведьмы, которые и не ищут наверняка Милу саму. Вадим до реки так и не дошёл. Остановился на полпути и задрал голову в небо.
– Успею ещё туда и обратно сходить, – заключил он, видя, что солнце ещё достаточно высоко.
Он развернулся и зашагал в деревню. Появилось у него жгучее желание с Баженом поговорить. Вадим как никто другой знал короткую дорогу из леса. Да и путь до деревни много времени не занял. Вадим быстро прошёлся по улице, наблюдая за тем, как некоторые торговцы уже стягиваются в таверну на ночёвку, а люди просто гуляют или разговаривают друг с другом. Бажена он, на своё счастье, нашёл во дворе – дружинник колол дрова.
– Что? В итоге решил заняться более привычным делом? – усмехнулся Вадим, привлекая его внимание к себе.
Бажен остановился и вытер рукавом пот со лба.
– Зачем пришёл? – спросил осторожно он. – Что-то с Милой случилось?
– Ага, поговорить хотел, – Вадим кивнул, понимая, что только так можно увести Бажена в другое место. – Не прогуляемся?
Он нахмурился, кивнул и отложил топор. Вадим решил отвести его к старому сараю, за которым они с Мокшей обычно прятались. До сих пор
