Сергей Дмитрюк - Агнец в львиной шкуре

— Глянь, кого я тебе привёл! А? Что скажешь?

— Я всегда верил в тебя! — улыбнулся я ему, благодарно принимая в свои объятия и прижимаясь к его колючей щеке.

— Так-то это, конечно, не армия, — слегка смущаясь, пожал плечами Эд. — Но ребята твои собрали славный отряд. С ними будет дело!

— Ещё бы!

В это время к нам подошли Тадеуша Сабуро и Артура Порта. Я радостно обнял обоих. Взволнованно спросил:

— Сколько вас?

— Сорок человек, — буднично ответил Порта, отстраняясь и жадно всматриваясь в моё лицо. В глазах его светилась неподдельная радость от встречи со мной. — Это немного, но мы отобрали самых опытных и проверенных землян. Сам понимаешь, после взятия столицы, забот у нас через край и каждый человек теперь на счету.

— А где Юлий?

Я огляделся по сторонам, не находя Торрену среди прибывших землян. Все они были одеты в защитную броню и вооружены излучателями. Их возбуждённые лица светились радостными улыбками.

— Ему пришлось остаться в Линь-Шуй, — сообщил Тадеуш Сабуро. — Там теперь приходится налаживать новую жизнь. Восстанавливать разрушенное ураганом, оказывать помощь пострадавшим. Мы начали формировать комитеты общественного самоуправления из местных активистов. Устанавливаем потихоньку контакты с представителями местного протестного движения. Их поддержка поможет нам добиться доверия у простых горожан, которым замутили головы пропагандой, и которые готовы видеть в нас коварных захватчиков, желающих только зла этой планете. Мне даже страшно подумать, что творится в северной столице, раз уж в провинции всё так плачевно! — вздохнул он и сквозь прищур посмотрел на меня.

— Ты-то как? Вижу, что жив, но, кажется, тебя сильно потрепало? А мы-то уже были готовы оплакивать тебя!

— Разве я похож на мертвеца?.. Хотя часть меня всё же умерла. Но я не сожалею об этом! — уверенно покачал головой я.

Люди обступили нас со всех сторон. Многих ребят я знал ещё на Земле: Рича Остина, Тима Ларо, Ахмеда Кади, Яна Тайсона. С кем-то познакомился уже здесь: Рас Чадд и Тахей Ваташи прибыли к нам два года назад с Северного материка, сбежав из заключения; Виктор Ордон, Алан Харис и Винит Кумар встретились мне в южных провинциях несколько месяцев назад.

Загорелые почти до черна, небритые старатели выглядели на фоне бронзоволицых землян немного странно. Стоян с Гвоздём и сами чувствовали это, нерешительно переминаясь в стороне с ноги на ногу. Я подошёл к ним, по-дружески обнял старых товарищей.

— Ребята! Вы живы! Как я рад вас видеть! Но что с Девом? Где он? Ему удалось спастись?

На мои расспросы Стоян виновато опустил глаза.

— Погиб он… товарищ твой.

От этих слов сердце моё похолодело. Надежда, до сих пор теплившаяся в душе, сменилась безмерной печалью.

— Где его похоронили?

Я снова посмотрел на старателей.

— Да от него, почитай, ничего и не осталось, — неуверенно пожал плечами Стоян. — Так, горстка пепла… Про тебя-то мы тоже думали, что погиб! Разве среди огня такого разберёшь чего? А ты вот — жив-здоровёхонек!

— Вот. — Гвоздь протянул мне небольшую запаянную урну из меди. — Мы так посчитали, что тебе виднее будет, как упокоить своего друга.

— Спасибо.

Я принял урну из его рук, борясь с подкатившим к горлу комом.

— Спасибо, что не оставили его там. Он достоин лучшей участи. Надеюсь, этот прах когда-нибудь займёт достойное место в Храме Славы, как и имя Дева.

Я посмотрел на Артура Порта и Тадеуша Сабуро.

— Почтим его память! — печально наклонил голову Порта. — Дев Рошан был землянином, достойным звания героя!

Люди, стоявшие вокруг нас, скорбно склонили головы и приложили к сердцу правую ладонь. Почувствовав неладное, Аюми потянула меня за рукав. Тревожно заглянула в моё лицо.

— Мой друг умер, — объяснил я ей, борясь с накатившими чувствами.

Тревожное волнение на лице девушки сменилась горечью. В глазах у неё заблестели крупные детские слезы. Она опустила голову и украдкой смахнула их рукой.

— А как же удалось спастись вам? — обратился я к Стояну, который хмурил брови.

— Да, как вас с Девом накрыло огнём, те каратели посадили свой гравиплан. Хотели, видать, поглядеть остался кто живой или нет. Тут Гвоздь их гранатой и угостил! А тех, которым удалось выжить, мы потом уже добили.

— Этих гадов четверо осталось! — сообщил Гвоздь, играя желваками. — Только без защитного поля они против наших пуль, что юнцы супротив опытной девки! Мы их со Стояном там всех и положили, аккурат, на той самой горке!

— Ясно, — печально кивнул я.

— А потом, — продолжал рассказывать Гвоздь, — мы вместе с твоим товарищем-землянином, ну тем, который инженер, с гор спустились к запасному гравиплану, значит, где другая группа ожидала нас. Они нас всех в Тянгун и доставили!

— Мальчонку жалко… — ещё больше нахмурился Стоян и тяжко вздохнул. — Капитана нашего… Вишь ты, волшебником работал, а от смерти не спасся! Сильнее его волшебства, видать, смерть оказалась…

— Да, разве ж от неё убережёшься! — досадливо проворчал Гвоздь.

Оба понуро опустили головы. В это время я почувствовал, как кто-то положил мне на плечо тяжёлую руку. Обернулся и увидел Артура Порта.

— Итак. Каковы твои ближайшие планы? — задал он вопрос. — Я спрашиваю, потому что нам нужно будет где-то разместить людей. Если мы здесь надолго. Если же нет, мы, конечно, можем разбить лагерь прямо в степи.

— На какое-то время придётся задержаться, — сказал я. — Необходимо дождаться возвращения ещё одного моего гонца. Я жду от него вестей о моей жене. Но есть и ещё одно важное дело. Я обещал жителям этого посёлка защиту от жестоких бандитов в обмен на помощь мне. В окрестностях бесчинствуют банды законченных отморозков. Они нападают на местное население: убивают, насилуют, занимаются грабежом. В общем, наводят настоящий ужас на близлежащие посёлки. Эти подонки способны поднять руку даже детей и стариков! Нескольких таких нелюдей я уже отправил к их праотцам, но, думаю, таких здесь не один десяток, а, то и больше! Они в любое время могут снова нагрянуть сюда, чтобы отомстить за убитых мною дружков. Поэтому необходимо нанести им упреждающий удар и уничтожить всю эту мразь раз и навсегда!

— Понятно, — кивнул Артур Порта. — Значит, не зря мы захватили с собой одну из разработок наших инженеров. Её готовили для штурма Линь-Шуй, но там применить так и не решились. Теперь же, думаю, для неё самое время и место.

— О чём вы? — не понял я.

— Он говорит о «бомбочках» ИЗП, — пояснил Тадеуш Сабуро.

— Об акустическом оружии? — обрадовался я.

— Именно, — спокойно кивнул Порта. — Низкочастотные акустические колебания, насколько я понимаю, будут для нас в данном случае просто незаменимы.

Он взглянул на Сабуро.

— Это верно, — согласился тот. — Мы можем сбросить с воздуха несколько пьезоэлектрических кристаллов-преобразователей из титанита бария. Они превращают электрическую энергию в звуковые волны низкой частоты. Инфразвук при этом будет безопасен для нас самих. Думаю, при достаточно широкой диаграмме направленности, удельном звуковом давлении где-то в сто пятьдесят децибел и несущей частоте в восемнадцать-двадцать герц всё завершиться в считанные минуты. Их мозги просто закипят от неодолимого животного ужаса!

— А дифракция позволит инфразвуку проникать в помещения и преодолевать любые преграды, так что укрыться от возмездия им будет негде? — понимающе закивал я. — А что если увеличить мощность преобразователей до двухсот децибел?

— Зачем? — не понял Сабуро. — При такой мощности это будет однозначно летальный исход для любого оказавшегося в зоне действия инфразвука.

— Этого-то я и хочу! Ведь с этими нелюдями не стоит церемониться! Они не достойны жизни! Их нужно уничтожать, как мы уничтожаем опасных животных или ядовитые растения!

— Такие действия будут незаконными с нашей стороны! — покачал головой Артур Порта.

— Почему? — удивился я. — Разве может быть незаконным уничтожение зла?

— Воздаяние всегда должно быть отражательным! — убеждённо сказал Артур Порта. — Недостойное или преступное действие вызывает равное по силе противодействие, направляемое обратно виновнику такого действия. Так требует Закон! Ты же знаешь. Значит, эти, как ты говоришь, нелюди, порождающие в нормальных людях ужас, являющиеся источником страданий и мучений невинных, должны испытать на себе такие же страдания и такой же ужас. Если это закончится для них смертью, значит, так тому и быть! Только так наше воздаяние будет справедливым и законным!

Он спокойно посмотрел на меня.

— Да, вы правы, — согласился я с ним, опуская голову. — Хотя, если уж мы затеяли войну со злом, то говорить об аморальности методов борьбы с ним трудно. Идя по такому пути, мы можем навлечь на свою голову несчастья.