в ужасе замерло, он увел нас от столкновения с гигантским флоатором. Существо было совсем рядом, прямо по курсу нашего движения. Крылья встали вертикально, и мы полетели боком, вдоль переливающейся всеми цветами радуги, полупрозрачной плоти флоатора.
Когда я понял, что бояться нечего, что симбионт держит все под контролем, я стал озираться по сторонам, и оказалось, что другие парящие колокола летят неподалеку. Какие-то ниже, другие выше, всего я насчитал не менее двадцати особей. Если приглядеться, то можно было различить, что их кожа состоит из нескольких слоев, словно луковица, и в ней мне удавалось разглядеть паутинки бесчисленных прожилок. Из-под колокола вниз на несколько десятков хвостов от каждого флоатора тянулись еле заметные, наитончайшие нити, которые, насколько я знал, служили им единственным средством получения информации из внешнего мира, а также средством общения друг с другом. Напрягая зрение, я видел, как эти нити реют по ветру, тянутся к другим флоатором, и сплетаются с их нитями, образуя почти незримую для нас сеть. Вся стая была приобщена к этому контакту, словно единый организм и, несмотря на то, что ветер разносил их на десятки и даже сотни хвостов друг от друга, они все равно оставались вместе, как бы держась за руки. Несколько раз мы пролетали прямо через эти нити. Точнее мне так казалось, но в момент, когда я вот-вот уже должен был ощутить соприкосновение с этой странной материей, я не чувствовал ничего, словно нити были лишь миражом, оптической иллюзией.
Яркий, поначалу спрятавший голову мне в грудь, ни то от ветра, ни то в страхе, довольно быстро осознал, что нам ничего не грозит, и здесь есть, на что посмотреть, и вместе со мной стал любовался стаей флоаторов. Но вот мы стали оставлять ее позади. Между тем, дирижабль Виджа, наоборот, сильно обогнал нас и стал лишь быстро удаляющимся, сигаровидным силуэтом высоко в небе и далеко впереди.
Мы определенно снижались, но, когда стая флоаторов была пройдена, я решил, что стоило бы лететь к земле быстрее, ведь как бы ни были чарующи красоты поднебесья, там внизу мне хотелось оказаться как можно скорее. И симбионт прочел мое желание.
Наше снижение заметно ускорилось. Я увидел блестящую в солнечных лучах реку, судя по ширине – Тильду, и мысленно направился к ней. Симбионт подчинился. Управлять им оказалось довольно легко – просто даешь указания в своей голове, а он выполняет так, как считает нужным, но, чтобы результат максимально соответствовал желанию хозяина.
Огромные крылья за моей спиной делали медленные мощные взмахи, и мы опускали все ниже, и ниже, и ниже. Вот уже я стал различать нашу тень, несущуюся по засеянному полю, и только тогда смог осознать, насколько же быстро мы движемся.
В какой-то момент Яркий зашевелился у меня на руках и стал предпринимать попытки выбраться. Сначала я пытался держать его все крепче, но зверек пытался снова и снова, и в итоге я понял, чего он хочет. И тогда, забрав из лап Яркого револьвер, я выпустил его. Он несколько раз перевернулся в воздухе, начав падать, и я чуть не вскрикнул от испуга. Но Яркий знал, что делает. Он расправил лапы, раскрыл свои перепонки и полетел. И вот уже две тени – одна большая, с огромными крыльями и длинными хвостом, а другая маленькая, со смешно растопыренными лапами – неслись по полю.
Несмотря на ситуацию, побудившую меня к подобному полету, он стал одним из самых запоминающихся событий в моей жизни. Очередным мигом, который хотелось бы превратить в вечность. Ярким мигом.
Глава 26. Келья под Крышей
После приземления я снова испытал ужасную боль, столь сильную, что у меня потемнело в глазах, и я даже на несколько секунд лишился чувств, но когда очнулся, лежа на земле, от нее не осталось и следа. Некоторое время я все же полежал, отходя от пережитого полета. Небо над головой было голубым и чистым, стаи флоаторов однако я в нем не нашел, как и дирижабля Заккари Виджа. Создалось ощущение, что я остался один в мире. Из звуков – только шуршание ветра, да стрекот кузнечиков, а перед глазами эта бесконечная и пустая синева, словно заполонившая собой Вселенную и готовящаяся поглотить меня всего, без остатка.
Яркий резко запрыгнул мне на грудь, как кошка, и заглянул в глаза. Синяя глубина неба сменилась фиолетовой глубиной его глаз. Я улыбнулся, и зверек издал в ответ мягкий тявкающий звук, словно говорил мне: «Вставай, чего разлегся? У нас уйма дел!». А может: «Эй, ты как? Здорово полетали, правда? Давай повторим?». Или он имел в виду нечто совсем другое. Яркий понимал меня куда лучше, чем я его, к сожалению.
Я медленно сел. Рядом конвульсивно подергивался отцепившиеся от меня симбионт. Он был уже мертв и начал обильно истекать густой слизью. Меньше чем за час все его тело разложится, и на земле останется только лужица этой слизи без цвета и запаха. Через два часа не останется и ее.
Я огляделся. Вокруг, сколько хватало глаз, стелилось поле. В какой стороне река, понять было не просто. И все же я сумел сориентироваться, различив на горизонте слева черные силуэты деревенских домиков. Когда я летел, видел впереди небольшую деревушку, расположившуюся на самом берегу Тильды. К ней-то я и решил направиться в первую очередь.
Поселение было совсем маленьким, но очень уютным. Здесь пахло парным молоком, костром и навозом. И я могу только представить, насколько удивлены были местные жители, когда откуда-то из полей к ним вышел полуголый мужчина, с револьвером на поясе и в компании чудного белого зверька, семенящего рядом. Будь то плечистый бородатый юноша, который чистил водосток на своей крыше, или женщина, несшая ведро с водой, старик, который дымя папиросой у себя на крыльце, вычищал грязь из сапог, или развешивающая на веревках стираные простыни пышногрудая девица – все они, завидев меня, замирали и без всякого стеснения глядели мне вслед. В их взглядах читался интерес вперемешку с недоверием. Компания ребятишек, бегущих куда-то по улице, тоже остановилась, завидев нас с Ярким. Дети принялись шумно перешептываться, а затем, нисколько не таясь, увязались следом, интересуясь, впрочем, не мной, а моим хвостатым спутником. Я же старался не обращать на все это внимания, идя по направлению к местной деревянной церквушке, расположенной практически в самом центре деревни. Если, где и могли бы мне помочь с
