за свою жизнь куда сильнее, чем когда-либо боялся я.
– Тебе не уйти, Протектор! – кричала она. – Тебе не сбежать от возмездия!
Новая волна боли опалила меня.
«Бассейн так близко! Совсем рядом! Хоть бы дотянуть!».
– Смерть Протекторам! Смееерть!
Невероятный грохот заполнил все. Здание, наконец, рухнуло. Весь его вес вот-вот должен был придавить меня и мою преследовательницу. Я сделал последний рывок вперед в отчаянной попытке уйти от своей страшной погибели, и погрузился в ледяную воду.
Глава 31. Протекторат Порядка
Я возвратился в пещеру. Ощутил, как щупальце, плотно стиснувшее мою голову, ослабило свою хватку, и тут же реальный мир нахлынул на меня со всеми своими звуками, запахами, со всеми своими ужасами, холодный, темный и сырой. Я снова был собой, а Мудрец, в чьих воспоминания я только что пребывал, нависал надо мной.
– Ты видел это, да? – услышал я восторженный голос Вилорда. – Он показал тебе праздник и весь тот кошмар, который там произошел? Тогда, в первый раз, мне он показал то же самое.
Яркий прикоснулся к моему плечу и обеспокоенно заглянул в глаза. Я протянул руку и погладил его по спине.
– Все хорошо, – проговорил я, ощущая легкое головокружение и усталость. – Я снова здесь. Со мной все хорошо.
– Он показал мне и множество других воспоминаний, – не унимался Вилорд. – Это потрясающе, Клиффорд. За всю историю нового Адверса нам с тобой, только нам и больше никому, довелось увидеть прото-мир, таким, каким он действительно был. Никаких больше тайн, предположений, теорий. Теперь мы знаем, как все было на самом деле.
– Я видел город, – пробормотал я. – И множество людей, которые поклонялись мне...
– Мне! – поправил меня Мудрец. – Они поклонялись мне!
– Да, тебе. Но, почему?
Он выпрямился в полный рост.
– Потому что я и другие, мне подобные, дали вам систему, дали смысл существования, внесли порядок в хаос, бушующий в ваших умах! Мы были Протекторами! Протекторат Порядка – так называлась наше государство, в котором царила гармония и равновесие, покой и упорядоченность, столь не свойственные вашей метущейся, переменчивой натуре!
– Вы контролировали нас.
– Направляли!
– Управляли, как стадом.
– Лишь потому, что вы этого желали сами! Вы нас выбрали, а не наоборот!
– Я в это никогда не поверю.
– Но это так, – вклинился Вилорд. – Все действительно так. Мы нашли к ним путь, мы приклонились перед их величием.
Я медленно поднялся, борясь с головокружением и режущей болью в бедре.
– Ты не представляешь, что творилось на Адверсе до того, как они пришли к нам. Если бы не Протекторат, мы бы уничтожили и себя, и все живое в этом мире. Мы были детьми, которые нашли отцовский пистолет и стали играть с ним, возомнив себя великими стрелками, но на самом деле не осознавая, что держат в руках орудие убийства.
– Если все было так идеально, почему же этот мир пал?
– Всегда есть те, чьим душам не найти покоя, кому хочется жить в пламени, и таким людям плевать на последствия. Ты же видел, к чему это привело. Видел, сколько человек погибло там. Разве можно сопереживать такой жестокости?
– Я не знаю, что я видел. Возможно, иного пути не было, мне это неизвестно.
– Твой пытливый ум пытается отыскать иную правду, которой нет. Понимаю, тебе страшно, и ты силишься узреть альтернативную точку зрения, оправдать увиденное зло. Но разве не ты сам мне говорил недавно, что убийство всегда убийство? То, что ты там видел, было убийством невинных людей.
– При чем тут я? Зачем я должен был все это увидеть?
– Чтобы понять, что перед тобой не исчадие зла, а древнее и бесконечно мудрое существо, наследник рухнувшего мира, который просто хочет возвратиться домой.
– И как мы можем этому помочь?
– Только вы и можете, Клиффорд. Только Зеркалу миров это под силу.
– Что же такое, Зеркало миров? Почему там, в его воспоминаниях, были другие, похожие на Яркого? Кто они такие?
– Творения оппозиционеров, противников Протектората Порядка, приведшие к крушению прото-мира, – проговорил Вилорд. – Чтобы все это понять, ты должен знать, что до явления протекторов в наш мир, мы уже находились на грани катастрофы. Здесь, на Адверсе, всегда ощущалась связь с иными мирами, и задолго до того, как потомки лисиц и волков стали именоваться селенианами и волхаринами, некоторые особенно чувствительные люди нащупывали эту связь. Еще тогда, на заре истории нашей цивилизации, власть захватили такие, особенные люди. Они стали жрецами, чьи силы и возможности пугали остальных, заставляли преклониться перед волей господ, от природы одаренных. Одни общались с духами из Астрала, другие с демонами из Кошмаров, третьи могли путешествовать по всему Адверсу с помощью Хаоса, и так далее. Племена объединялись в государства, под властью всего нескольких могущественных людей, которые требовали к себе особого отношения, ибо считали себя полубогами. Им приносили жертвы, им возносили молитвы, для них строили храмы и из-за них разжигали войны, а они взамен лишь изредка скидывали со своих недосягаемых вершин все эти незатейливые вещицы, что мы сейчас зовем артефактами прото-мира. Это были просто жалкие дары для верных послушников, чтобы те могли прикоснуться лишь к малой части того, божественного могущества, которым обладали эти небожители. Как тебе такой мир? Такой контроль тебе нравится больше, Клиффорд? Ты, позволю себе предположить, не был рожден с особой чувствительностью, я прав?
Я промолчал, и Вилорд расценил это как положительный ответ.
– Я тоже не был с ней рожден. Мы оба были бы рабами в том мире, слугами полубогов, которые кидали бы нас на войны друг с другом, не расценивая наши жизни как что-то хоть отчасти достойное своего внимания. Я рассказывал тебе о том, как опьянила Теодора та сила, которую он обрел, обучившись в Университете, и к чему это тщеславие привело в итоге. К трагедии. В те времена подобные трагедии случались повсеместно, а войны между небожителями могли быть столь разрушительны, что превращали целые районы в безжизненные, выжженные долины смерти.
– Что ты хочешь мне доказать, Вилорд?
