что никак не выдал шерифу своего волнения.
– Прошу прощения, но я не местный.
– Ох, нет, это я прошу простить меня, – ответил вдруг шериф, спохватившись. – Голова по утрам совсем не хочет работать.
Он вынул изо рта сигарету и ударил себя ладонью по виску, демонстрируя свою рассеянность, в которой обвинил сегодняшнее утро. Воздух перед ним при этом заполнился густым белесым дымом, почти скрывшим от меня его лицо.
– Идите вон до того перекрестка, – шериф указал дальше по ходу моего движения. – Там поверните направо. Дальше все время прямо, и упретесь в Центральную. Там и увидите банк. Минут пять пешком, не больше.
– Благодарю вас, сэр, – я небрежно улыбнулся, показывая, что вовсе не держу зла за его изначальную грубость, и слегка склонил голову в знак признательности. – Хорошего дня.
– И вам, сэр, – шериф снова запихнул сигарету в зубы и закрылся газетой.
Похоже, что он забыл о нашей встрече сразу после того, как я отошел, но сердце колотилось с бешеной силой у меня в груди. Я шел, чувствуя, как вся кожа под рубашкой покрылась липким потом, и боялся оглянуться.
Вот передо мной тот самый перекресток, быстро бросив взгляд на пустую улицу, я пересек его и только перед тем, как скрыться за углом, взглянул на шерифа, как бы невзначай. Он сидел там же, где и прежде, пряча лицо за газетой, из-за которой поднимался густой сигаретный дым.
Через секунду я скрылся из зоны его видимости и только тогда смог, наконец, выдохнуть.
«Ну и встреча», – ухмыльнулся я про себя, пытаясь успокоить колотящееся сердце и дрожь в теле. – «И ведь никто такому не поверит».
Однако из всей этой ситуации я вынес кое-какую полезную информацию. Местный шериф и знать не знает про беглого писателя из Мистрейда. Мой рост и специфическая внешность едва ли были легко маскируемы шляпой и кожаной курткой. Даже без Яркого я был бы легко узнаваем теми, кто знал, кого следует искать. Выходит, что Стриксы либо не успели подключить к моим поискам силы правопорядка провинциальных городов, либо и вовсе решили обойтись без них. Второй вариант, кстати, был тоже весьма вероятен, ведь если Яркий такой уж большой секрет и ценность, возможно, Вилорд Стрикс побоится того, что дело получит огласку и у прочих кланов появятся ненужные вопросы. Это немного успокаивало мои нервы, мысли о том, что все не так уж плохо, как я думал изначально, возвращали мне самообладание, и, добравшись до центральной улицы, я окончательно восстановил бодрость духа.
В Рифтене начинала кипеть жизнь, открывались заведения, работники которых выставляли за двери информационные таблички со списками своих услуг и ценами на них, все больше людей выходили на улицы и спешно устремлялись по своим делам, а по центральной улице уже вовсю разъезжали дилижансы.
Как и обещал шериф, банк Азры я заметил сразу. Эмблема клана – три голубых с красными прожилками лилии – красовалась над входом. Перейдя улицу, я направился прямиком к нему. Банк открылся в восемь утра, за полчаса до моего в нем появления, однако, распахнув его высокие тяжелые двери, я обнаружил, что оказался один в просторном зале. По обеим сторонам тянулись окошки, над каждым из которых располагались таблички с золотыми буквами, информирующие посетителей о том, какие операции он может здесь произвести со своими деньгами. Большинство из них были открыты, и абсолютно все пусты. Ни одной очереди, ни одного посетителя вообще. Мне стало немного не по себе от этой пустоты.
Я двинулся вперед, ища нужное окошко. Стук каблуков моих туфель о каменный пол гулко отражался от стен зала. Из окошек на меня со скукой взирали молодые девушки и юноши, одетые в полосатые жилеты с бабочками.
Вот оно, нужное окно, надпись над которым гласила:
ОКНО N 6
ПОЛУЧЕНИЕ НАЛИЧНЫХ СРЕДСТВ
Я остановился возле него, и молодой парень, лет шестнадцати, не старше, подняв на меня глаза, просиял ангельской улыбкой.
– Добрый день, сэр! – провозгласил он торжественно, и голос его, казалось, прогремел на весь зал. – Чем я могу быть вам полезен?!
Я не стал затягивать общение с этим субъектом, сухо проговорив все то, что ему нужно было знать обо мне, моем счете и количестве денег, которые хочу снять, и быстро дал понять, что желаю все сделать как можно быстрее. Парень оказался понимающим, услужливым и на удивление быстрым. Я покинул банк уже десять минут спустя, неся в кармане сумму в пятьдесят элеванов, которых мне должно было сполна хватить на путь до Виолента со всеми остановками и ночевками.
Большая часть дела сделана, и это воодушевляло. Оставалось лишь вернуться к Яркому, затем обойти город и добраться до следующей станции дилижанса. А дальше несколько дней пути в Виолент, но мне казалось, что чем дальше мы станем уходить от Мистрейда, тем меньше опасностей будет грозить нам с Ярким. Конгломерат большой, Адверс еще больше, как Стриксы сумеют отыскать нас в таком обширном мире? Никак, конечно. С каждой минутой моего пути их шансы на успех всё падали, а наши возрастали.
Шпиль церкви – мой ориентир – виднелся над крышами невысоких домов Рифтена. Я решил, что подойду к ней по другой улице, дабы лишний раз не мозолить глаза шерифу. Пусть даже тот увлечен газетой куда больше, чем всем происходящим вокруг, а может и вовсе уже отправился по своим делам, не вечно же ему там сидеть, я все-таки рассудил, что предосторожность лишней не будет.
Солнце ярко светило в безоблачном голубом небе, на улицах кипела жизнь, и я в приподнятом расположении духа пересек центральную улицу Рифтена и свернул в сторону церкви. Теперь я должен был подойти к ней с правой стороны, противоположной от цирюльни, возле которой повстречался с шерифом.
Всё шло хорошо. Очень скоро я вышел на перекресток и увидел церковь, но прежде, чем подойти к ней, оценил обстановку. Шерифа на прежнем месте уже не было, людей на улице чуть прибавилось, и все же было не так много, как в центре. Все выглядело мирным и спокойным. Расценив, что так оно и есть, я пересек улицу, и вновь нырнул в тот самый переулок, из которого вышел на свет получасом ранее.
