- тот, дверь которого заколотили после того, как дыра в полу начала переполняться из-за лет накопившегося жидкого дерьма и горячей мочи.
Вонь горячего дерьма была ничем по сравнению с тем, что обитало здесь внизу. Но, похоже, сегодня был день по-настоящему херовых решений с моей стороны. Я посмотрел вверх на свет. Орда, должно быть, прошла мимо - большинство даже не поняли, куда я делся. Я попытался шагнуть, но заметил, что правую ногу трудно поднять. Я посветил фонариком винтовки на ногу и увидел глубокую рваную рану в плоти, сквозь которую был виден металл. Наверное, я повредил коленный колпачок, когда врезался в тот дорожный знак.
- Отлично, блядь.
Я закатил глаза, направил фонарик прямо в туннель впереди. Лестницы не было, так что мне предстояло тащить свою жопу несколько миль по аду, прежде чем я доберусь до стока на окраине города. Парни из моего старого отряда всегда шутили про гигантских "аллигаторов", живущих в канализации, стараясь не думать о том дерьме, которое на самом деле называло внутренности Мун-Сити "домом". Гигантский "аллигатор" был примерно так же страшен, как новорожденный котенок, по сравнению с мутировавшими "змеями" и "крысами". По шее пробежал холодок при мысли о встрече хотя бы с одной долбаной "крысой". Я волочил упрямую ногу, продвигаясь вперед, задерживая дыхание, казалось, целую вечность, пока не дошел до толстой металлической двери со знаком биологической опасности на фронтальной стороне. Плесень и грязь облепили цементные ступеньки, ведущие к моему возможному спасению из этой подземной выгребной ямы. Низкое рычание остановило меня, прежде чем я сделал первый шаг. Я знал этот звук - слышал его несколько раз на базовой подготовке. Я направил свет в сторону рядом со ступеньками. На поверхности мутной воды лопались пузыри.
Взрыв дерьмовой воды плеснул мне в лицо, когда тварь выскочила из глубины. Я схватил ее тощую шею одной рукой прямо перед тем, как она вцепилась мне в лицо. Это была, блядь, кусающаяся "черепаха" - самая хреновая из тварей, пострадавших от токсичного разлива. Я съел несколько этих уродливых сук пару раз, варил их в рагу и использовал панцири для украшения казарм.
Эта была среднего размера, ничего особенного. Я свернул ей голову, а потом разбил панцирь об стену рядом.
- Видимо, Мастер Сплинтер[2] плохо тебя учил, да? - усмехнулся я.
Вода вокруг меня начала пузыриться в отдельных местах, а потом - повсюду.
- Твою ж...
Головы "черепах" начали выскакивать отовсюду, слишком много, чтобы сосчитать при свете одного фонарика. Одна "черепаха" - нормально, пять этих ублюдков - веселая драка для новобранцев, но голов, вылезающих из воды, было достаточно, чтобы накормить всю базу и еще на добавку.
Я резко развернулся и рванул вверх по ступенькам, пока кусающиеся "черепахи" выпрыгивали из воды и жадно щелкали челюстями у меня за ногами.
- Отвалите!
Я пинал их, хрустя панцирями, пока подтягивался по ступенькам и пролезал через ржавую дверь. Звук плескающейся воды затих, когда я захлопнул дверь.
- Господи, блядь! - пробормотал я, пока мои усиленные глаза привыкали к темноте, в которую не проникал фонарик.
Я оглядел пустую комнату управления в поисках другой двери - такой, которая выведет меня нахрен отсюда.
- Бинго! - выкрикнул я, заметив двойные двери в глубине комнаты. Я попытался шагнуть, но не смог. - Гребаная нога! - зарычал я, обхватив руками колено и потянув изо всех сил. - Давай же, сука! - вот тогда я понял, что меня держит на месте не моя долбаная нога. - Ох же, ебать меня в жопу в раскорячку!
Я вздохнул, отпустил ногу и опустил ее обратно в слизь, покрывавшую весь пол комнаты управления.
Сейчас я бы предпочел иметь дело с "черепахами", которые сейчас бились головами в стальную дверь позади меня.
- "Грязевые головы", - прошептал я, сканируя комнату на наличие жизни. У моего процессора бывали хорошие и плохие дни. Сегодня был не из хороших. Если бы только я мог найти Риппер-Дока, который дал бы мне нормальный, блядь, апдейт. Если бы только этот день не был таким абсолютным пиздецом!
Я снова посмотрел на пол. Слизь была густой и теплой, датчики в пятках показывали температуру 38.5, что означало, что эта слизь еще свежая. Наверное, эти ублюдки услышали весь шум за дверью, пришли проверить, испугались и уползли обратно в свою долбаную дыру. "Грязевые головы" обычно держались особняком, всегда выбирая темные, влажные места вроде канализации, чтобы жить, трахаться и плодить своих мутантных отпрысков. Я стоял прямо посреди самого большого гнезда "голов", которое когда-либо видел.
- Этот конченый день становится все лучше и лучше! - зарычал я, поднимая винтовку и волоча ботинки по густой вонючей слизи.
Я очень надеялся, что мне не придется драться с одним из этих ублюдков, потому что у меня даже не было подходящих боеприпасов, даже если бы я попытался.
- 1027, ответь, 1027.
- Я немного занят сейчас, - прошептал я в слабый сигнал в голове.
- Ты по уши в дерьме, знаешь это?
Я закатил глаза, продолжая пробираться к двойным дверям на другой стороне комнаты управления.
- Скажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю, 1098.
Голос помолчал несколько секунд, наверное, матерясь на других диспетчеров.
- База захвачена "больными". Командующий офицер убит вместе с несколькими другими. К счастью, гражданские укрылись в старом авиационном ангаре, - я замер, представляя бойню на базе. - Тебе приказано вернуться в Центр. Приходи сейчас, иначе за тобой отправят других офицеров. Рекомендую прийти мирно.
Мне прямо в глазные приемники пришли изображения с диспетчерской: кучи расчлененных тел, которые грузили на тележки и увозили сжигать в крематории.
- Это ты устроил, - напомнил 1098.
- Да, и мне, блядь, жаль. Не должно было так случиться. Я принял плохое решение, - перед глазами продолжали вспыхивать новые изображения, и я ничего не мог с этим поделать. - Я понял! - заорал я так громко, как только мог.
- Ты собираешься прийти мирно, 1027? - спросил 1098, наверняка надеясь, что я пошлю его нахер.
- Я сейчас не в том положении, чтобы сдаваться, 1098. У меня тут... кое-какое дерьмо.
Движение за пультом управления активировало мои датчики движения.
- Я надеялся, что ты это скажешь, 1027.
1098 прервал связь. Я прицелился в то место, где заметил движение. Огромная масса перевалилась через
