– И как, интересно, ты собираешься это сделать?! – Осторе наконец-то оставил жаровню в покое, взял себе пиво, сел на скрипнувший под тяжестью его тела шезлонг. – Предлагаешь подойти к Палермо и рассказать ему все как есть?!
– Нет, к Палермо, пожалуй, нельзя, – решила после длительной паузы Сэнди.
– Что тогда? – спросил Осторе.
Она снова надолго замолчала. Бадди отвернулся, вглядываясь в алеющую пустынную даль. Думать совершенно не хотелось. Все как-то спуталась. Не было даже страха. «Наверное, если долго чего-то бояться, то рано или поздно чувства страха и опасности начинают притупляться», – пронеслась в голове далекая мысль, почти не замеченная Бадди. Даже голоса Осторе и Сэнди стали приглушенными, словно они находились в другой комнате, строили планы, в которых никто кроме них не мог разобраться. Сейчас Бадди больше всего хотелось отдохнуть, расслабиться.
Он выпил несколько бутылок пива и с радостью встретил заполнивший голову шум волн. Они наползали на берег реальности, слизывая сотни написанных на песчаном берегу вопросов. «Не сейчас. Не сегодня», – шуршали волны. «Вот только бы не выпить слишком много», – подумал Бадди, подошел к жаровне, взял оставшуюся сосиску. Угли под решеткой почти остыли, но все еще слабо светились в темноте призрачными глазами. «Вот и все, что осталось от заката», – отрешенно подумал Бадди.
– А знаешь, что я сейчас сделаю? – прокричала Сэнди, обращаясь не то к нему, не то к Осторе. – Возьму пилу и пойду открою этот чертов сарай!
– Да ты и сарая-то сейчас не найдешь! – рассмеялся Осторе. – Ночь уже.
– А я по звездам! – услышал Бадди сбивчивый смех Сэнди.
«А ведь она и правда пойдет, – подумал он, трезвея в считаные секунды. – Откроет ту чертову дверь и все увидит!» Бадди почувствовал, как по спине покатились капли холодного пота. Смех Сэнди начал казаться зловещим. «Что сказать? Что сделать?»
– Завтра сходим, – пообещал он, подсаживаясь к ней.
– Да я шучу! – отмахнулась она.
«Ага, как же! Шутит она!» – гневно подумал Бадди, однако гнев был направлен не на Сэнди, а на то нечто, ту тварь, что втянула его во все эти неприятности. Он попытался представить, как сейчас, после того, как они разойдутся, отправится в сарай, откроет дверь и избавится от устроенной там лаборатории. Но как сделать это ночью? И руки? Как он сможет вскрыть замок с такими руками? Бадди с надеждой вспомнил, как нашел пакет с записями, которые после сжег.
«Может быть, удастся найти и ключ?» – подумал он, чувствуя непреодолимое желание вернуться в свой номер прямо сейчас. Бадди нетерпеливо заерзал, не зная, как избавиться от Сэнди и Осторе. «Сослаться на необходимость перевязки? Сказать, что нужно принимать лекарства? – он выругался, отчитав себя за скудность воображения. – Какое лекарство?! Я пьян как сапожник!» Бадди поднялся на ноги и начал собираться.
– Хорошая идея! – похвалил Осторе. Бадди пробормотал в ответ что-то бессвязное, покосился на Сэнди. Она не двигалась. Стояла, повернувшись лицом к отелю, и вглядывалась в темноту.
– Эй? – позвал Бадди.
– Там кто-то есть, – тихо сказала она.
– Я ничего не вижу.
– Я тоже, – согласился с Бадди Осторе.
– Чертовы психопаты! – проворчала Сэнди. – Клянусь, от этой чокнутой Гермины у меня мурашки по коже! – она повернулась к Бадди. – Как ты можешь быть таким спокойным?! Если бы эта парочка следила за мной, я бы с ума сошла, пока не избавилась от них!
– Я и схожу. Просто потихоньку. – Бадди взвалил на плечо шезлонг, стараясь не беспокоить забинтованные руки.
– Если хочешь, то можешь приходить ночевать ко мне, – предложила Сэнди. – Не знаю, правда, как мы будем спать, но, наверное, что-нибудь придумаем.
– Ладно! – натянуто рассмеялся Бадди. – Они же наблюдают за мной, а не убить хотят!
– Все равно как-то неприятно! – Сэнди огляделась по сторонам, взяла Осторе под руку и попросила его проводить ее. – Если хочешь, то можем проводить и тебя, – сказала она Бадди. Он рассмеялся, затем понял, что она говорит серьезно, и притворился, что обиделся. – Как знаешь! – недовольно фыркнула Сэнди, помолчала с минуту и снова завела разговор о том, как им лучше будет сделать, чтобы избавиться от Гермины и Рипли.
Бадди молчал, думая лишь о том, где будет искать ключ от сарая. Странно, но в последнее время он хорошо научился решать проблемы по мере их поступления. Не хвататься за все сразу, как это было раньше, а рассматривать каждую в отдельности, определять отпущенные на решение сроки и распределять время и силы. Он даже иногда задумывался о том, что если бы научился этому пару лет назад, то, возможно, и не оказался бы здесь. Хотя…
Бадди оставил шезлонг на улице, открыл свой номер, включил свет, огляделся. «Хотя, не окажись я здесь, то никогда бы ничему, возможно, и не научился», – решил он, отбрасывая еще одно ненужное размышление. Сейчас главным было найти ключ. Потому что без ключа ему ни за что не открыть замок, не сейчас, не такими руками.
Бадди спешно обыскал номер, сел на кровать, попытался представить, куда бы сам спрятал ключ. «Да я ведь сам и прятал, – подумал Бадди, передергивая плечами. – Нужно лишь вспомнить. Почему бы и нет?» Он закрыл глаза, просидел неподвижно пару минут и громко рассмеялся. «Нет. К черту. Глупости это все! – Проще сжечь этот чертов сарай!»
Он взял ключи от фургона и вышел на улицу. В номере Рипли горел свет, но Бадди решил, что сейчас не самое подходящее время думать об этом. «Главное – разобраться с сараем. Главное…» – он достал из фургона канистру с бензином, открыл бардачок, чтобы взять спички, и остановился, растерянно уставившись на новенький ключ. «Что это? Как это? Я что… Я вспомнил или же это случайность? Нет. Скорее всего, случайность. Наверное, случайность». Он убрал канистру обратно в фургон и взял фонарик.
«Унести, выбросить, избавиться… – хаотично думал он по дороге в сарай. – Но куда выбросить, чтобы это никто не нашел? Что если Сэнди решит проверить? Что если кто-то увидит?» Бадди с трудом смог удержаться, чтобы не вернуться назад за бензином. Единственным, что остановило его, было осознание, что и после пожара могут остаться доказательства, что в сарае кроме генератора находилось еще что-то. «Но что тогда?!» – он резко остановился, обернулся, рассекая ночь белым лучом фонаря.
– Кто здесь? – позвал он. – Здесь кто-то есть? – тишина. – Черт! – Бадди выругался, решив, что с Герминой и Рипли действительно нужно во что бы то ни стало разобраться. – Но после. Определенно после.
Он увидел выступивший из темноты сарай и остановился. «И почему в темноте все кажется каким-то зловещим?!» – гневно подумал Бадди, жалея, что не выпил для смелости. Даже звук шагов начал казаться ему каким-то неестественным, словно принадлежал не только ему, но и еще одному человеку, преследовавшему его в этой темноте.
