Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
Настя проплакала до самого обеда, потому что ей было страшно. Неужели и вправду торговцы органами? Зачем бы иначе понадобилась ее кровь? А после обеда произошло то, чего она и вовсе не ожидала. В камере снова появились те же женщины и снова принялись брать у нее кровь.
— Отпустите меня! — кричала Настя, пытаясь вырваться, но рука была словно зажата в тиски. — Вы что, вампиры, что ли?
Точно так же она могла бы кричать любой из четырех стен камеры.
Роберт каждый день выкраивал хотя бы полчаса, чтобы последить за этой девчонкой, дочерью Жуковского. Красивая, ничего не скажешь, но не в его вкусе. В последнее время ему нравились девочки на несколько лет моложе. Правда, он и не собирался использовать пленницу подобным образом, у нее было совсем другое назначение. Ему понравилось ее поведение — ревела недолго, быстро пришла в себя и даже иногда проявляла чувство юмора.
Решив проверить одну смутную догадку, Сидорин приказал взять у пленницы кровь на анализ. Но недотепа медсестра, перелив кровь из шприца в пробирку, споткнулась на ровном месте, и пробирка разбилась. Пришлось брать кровь повторно, причем он приказал сразу уложить шприц в выложенный ватой футляр и в таком виде доставить в лабораторию доктора Лифшица. А дальше началось непонятное. Лаборанты сделали анализ, доктор ввел его результаты в компьютер, но едва начал работу, как компьютер завис. Пока вызванный специалист разбирался с железом, доктор ввел данные в другую машину, и у нее полностью вылетела программа. То же произошло и с третьим компьютером. Растерянный спец заявил, что, похоже, все машины поражены неизвестным вирусом, но какой вирус мог попасть в компьютер при вводе обыкновенного анализа крови? Роберт не верил в подобные чудеса. Чудесам, считал он, могут быть подвержены люди, но никак не техника.
Раздосадованный неудачей доктор взялся рассчитывать генотип девчонки вручную, но скоро запутался, сбился, чего раньше никогда с ним не бывало, потом, весь раскрасневшись, заявил, что сам Господь не хочет, чтобы этот анализ был доведен до конца, и наотрез отказался продолжать работу.
Романов принял Захара в одном из принадлежащих Администрации президента неприметных зданий, расположенном внутри Садового кольца. Цыган приехал без лишней помпы, не в привычном лимузине, а в неприметном «вольво». Одет на этот раз он был в дорогой темно-синий костюм и выглядел не цыганским бароном, а не меньше чем главой преуспевающей корпорации.
— Чай, кофе? — радушно предложил Романов. — Или чего-нибудь покрепче?
— Покрепче я не употребляю уже лет двадцать, — поклонился в знак признательности Захар, — кофе не пью с малолетства, а чай признаю только тот, что умеет заваривать во всем мире единственная старая цыганка. Если бы вы знали, как я оберегаю ее здоровье! Поэтому, если вас не затруднит, немного простой минеральной воды.
Василий Андреевич улыбнулся и позвонил секретарше, которая принесла пузатую бутылочку «Перье» для гостя и серебряный кофейник с маленькой чашкой для хозяина.
— И что же привело вас ко мне, уважаемый Захар Фомич? — пригубив кофе, спросил Романов. Он внимательно изучил доставленное по его приказу досье на Вансовича. Неформальный глава цыганской общины Москвы и Московской области, по документам — шестьдесят девять лет (выглядит значительно моложе, отметил Романов), размер состояния неизвестен, но, по косвенным оценкам, очень большой. В криминале не замечен, хотя и не мешает другим цыганам заниматься незаконными делами, в частности — торговлей наркотиками. Не мешает, но, и не помогает. Больше в досье ничего не было, поэтому Романов решил выстраивать разговор, руководствуясь сложившейся ситуацией.
— Я знаю, вас интересует деятельность Роберта Сидорина, — сказал Захар прямо, отбросив дипломатию.
— Откуда вам это известно? — насторожился Романов.
— Цыганам часто известно то, чего не знают другие люди, — уклончиво ответил Вансович. — Давайте я, не раскрывая источников, изложу вам информацию, которая, скажем так, случайно попала ко мне, а вы оцените ее и решите, стоит ли воспользоваться моими советами. Согласны?
— Согласен! — заинтересованно ответил Романов. — Излагайте.
— Вы уже знаете, — утвердительно произнес Захар, — что Сидорин замыслил какую-то гадость против существующей власти.
Романов пытался что-то возразить, но цыган жестом остановил его:
— Да-да, знаете. Я прошу выслушать меня до конца, а потом вы выскажете свои сомнения.
Романов молчал, завороженный властным тоном Захара, а тот, отпив из бокала, продолжил:
— Мне известно тоже далеко не все, но несколько больше, чем вам. Дело в том, что в свое время Сидорин прибрал к рукам немалый научный потенциал, скупая за бесценок на корню не только гибнущие лаборатории, но и целые институты. А главное — мозги, которые власть не смогла оценить по достоинству. Тут Сидорин оказался дальновиднее многих.
Романов опустил глаза, почувствовав, что этот укол относится и к нему, потому что в то время, как и сейчас, он отвечал за многое. А Захар продолжал:
— В распоряжении олигарха оказались лучшие в стране специалисты по радиоэлектронике, информатике, генетике и другим дисциплинам. Многие из них работают в легально принадлежащих Сидорину лабораториях, принося хозяину прибыль, а часть сидит в подполье, и что они там разрабатывают, не знает никто. Но кое-что разузнать мне удалось. Вы помните историю с исчезновением генетика Лифшица?
Романов кивнул. Еще бы он не помнил! Тогда он пережил немало неприятных минут, потому что пропавший без следа ученый был носителем важных государственных секретов.
— Так вот, по некоторым данным, Лифшиц жив, здоров и работает на Сидорина. Какое-то очень уж важное открытие удалось ему сделать, настолько важное, что тот прямо-таки когтями вцепился в него, спрятав от мира. А Сидорин — гений…
Тут Вансович прервался на миг, потому что Романов поднял на него недоумевающий взгляд. Может быть, собеседник просто перепутал фамилии и хотел назвать гением Лифшица?
— Вы не ослышались. Я имел в виду именно Сидорина. У него есть гениальная способность использовать в своих интересах лучшие качества людей, их способности и идеи. Вот и в этом случае Сидорин сумел создать сплав из идей Лифшица с разработками своих радиоэлектронщиков, и на выходе получил нечто чрезвычайно опасное.
— Что именно? — не выдержал и переспросил Романов.
— Какое-то излучение, способное влиять на огромные массы и на отдельных людей. Может быть, это влияние на психику, на сознание. Может, оно воздействует на организм или даже способно убивать. Этого я точно не знаю. Но достоверно известно, что Сидорин готовит акцию устрашения с применением генераторов излучения, сначала в Москве, а потом… Кто знает, что он сделает потом? Не знаю ни мест установки генераторов, ни частот, ни времени акции. Знаю только, что эта затея чрезвычайно опасна не только для власти, для президента и правительства, но и для всей России. Хоть я цыган, но считаю Россию своей Родиной, желаю ей добра, поэтому и пришел к вам.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
