в собственных силах, будто с новой должностью он получил и обнавлённого себя.
— Вы спешите?
Она ненадолго задумалась, после чего качнула головой.
— Уже нет. Капитан ушёл в дальний космос, так что…
Администратор довольно кивнул, беря её тёплую ладонь, прикладывая к своей груди в области сердца. Знак из будущего, который означал желания начать отношения. Так просто, без лишних слов.
Замешкавшись только на секунду, девушка взяла другую руку Глеба, прикладывая его ладонь к собственной груди… Оба улыбнулись...
Арена мести.
— Для чего ты меня вытащил из дома в такую рань?
В голосе Маши слышалось неудовольствие.
— Какая рань? Почти полдень.
Вадик громко хмыкнул, растягивая губы в лёгкой улыбке, словно до конца не понимал, шутит ли его подруга или говорит серьёзно.
— Я легла почти в два ночи.
— А кто тебе в этом виноват.
— Да ты же и виноват, блин. Сам потащил меня на ту вечеринку.
— Ты была не против. Да и вечеринка, согласись, оказалась наикрутейшей.
— Ну да, когда некоторые типы упились так, что не помнили себя.
— Это ты на кого намекаешь?
— Да уж не на тебя, конечно.
Они оставили оживлённый проспект за спиной, проскальзывая в узкую щель бетонного забора, оказываясь на другой стороне. Здесь царила почти тишина, если не брать в расчёт брёх диких собак, коих водилось в трущобах в огромном множестве. Впрочем, как и всякого отребья, наркоманов, бездомных и преступников.
— Я не хочу идти сюда, — остановилась Мария. – Здесь слишком опасно.
— Не беспокойся об этом, — успокоил её парень, слегка отодвигая полу куртки, показывая за поясом пистолет.
— Откуда он у тебя? – удивилась девушка.
— Нашёл пару месяцев назад в развалинах.
— Если у тебя его найдут...
Мария не договорила, покачивая головой.
— Всё будет нормально. Это наш гарант на случай того, если кто-то здесь к нам полезет.
Вадик подтолкнул слегка подругу в спину, указывая подбородком вперёд. Спустя секунду колебания, они вновь двинулись дальше по плохой дороге, напрочь разбитой после некогда происходивших здесь бомбежек.
— Это не слишком хорошая идея, — пробормотала себе под нос девушка.
Квартал резко уходил вниз по склону. По обеим сторонам тянулись дома, разрушенные, с отсутствующими крышами окнами и дверьми. Повсюду валялся различный мусор, стояли ржавые автомобили, лежали кости, принадлежавшие животным и не только... Сквозь потрескавшийся асфальт прорастал сорняк.
Последняя война закончилась почти десять лет назад, но трущобы до сих пор стояли здесь, уродуя своим видом значительную часть города. Хотя, конечно, они просто так назывались, но по сути ранее место являлось бизнес-центрам со своими некогда сверкающими небоскрёбами, подземными парковками, монорельсом и вертолётными площадками. Но всё кануло в неизвестность, когда началась война. Правда, сами молодые люди плохо об этом помнили, хотя им и было уже лет по восемь в то время. В основном их семьи находились на севере страны, в относительной безопасности. Конечно, всякой мерзости все-таки довелось повидать, не без этого...
— Долго ещё? – поинтересовалась Маша, кривя губки.
Она поглядела на жаркое солнце, щурясь зелёными глазами, ощущая, как тело под одеждой покрылось плёнкой пота. Блузка неприятно липла к спине, а под мышками образовались тёмные круги. Единственное, что радовало, так это короткая юбка...
— Осталось совсем чуть-чуть.
Взяв подругу под локоть, Вадик свернул к бывшей привокзальной площади с её ржавыми автобусами, обходя ту, устремляясь вглубь, за старый стадион и ещё дальше, к некогда частному сектору. Здесь же дома сохранились гораздо лучше, в отличие от верхней части трущоб, но все равно время не пощадило, да ещё мародёры. Виднелись следы от пуль на стенах, воронки от взрывов, останки боевых роботов охотников...
— Почти пришли, — проговорил Вадик, утирая грязной ладонью пот со лба.
Он и сам не помнил, где мог выпачкать руку. Скорее всего, когда отодвигал металлический лист в бетонном заборе.
— Надеюсь эта прогулка стоила моих усилий.
— Поверь мне, — улыбнулся парень. – Ты просто ошалеешь.
Войдя в заросший травой двор, оба перебрались через валявшиеся обломки части стены, устремляясь к каким-то постройкам за основным домом. Там Вадик, слегка приобняв девушку, повёл за собой, вводя вовнутрь просторного гаража.
— Пришли, — объявил он.
Маша внимательно осмотрелась. Крыша отсутствовала. По крайней мере, её большая часть. Везде валялись какие-то железячки, канистры, кирпичи и прочий мусор. Виднелись следы от недавнего кострища. Здесь же неподалёку находилась пластиковая бутылка, возможно с бензином.
— Ну и чего ты хотел мне показать? – не поняла она, хлопая пушистыми ресницами, пытаясь смахнуть с них налипшую паутину.
— Ну...
— Если ты привёл меня для потрахушек, то имеются места более приятные и безопасные.
Вадик скривился, и на долю секунды Марии показалось, что в глазах её парня промелькнуло что-то чёрное, совсем недоброе.
— Нет. Не для этого.
Девушка с брезгливостью осмотрела заднее автомобильное сиденье, грязное, всё в каких-то подозрительных пятнах. Рядом валялись использованные шприцы.
— Твоё? – указала она на находку.
— Ты ведь знаешь, что нет.
И Маша поверила Вадику сразу, так как действительно знала, что парень закидывался колёсами, но не кололся. Впрочем, как и многие из молодёжи в этом городе. Они предпочитали наркотик Романтика, который появился ещё до войны и до сих пор продавался на улицах, изготовляемый где-то в подвалах. Этот яд приносил такой кайф, что ощущения граничили с самым острым оргазмом. А привыкание было почти с самого начала, и соскочить мало кому удавалось.
— Так зачем ты меня все-таки сюда привёл? – вновь спросила она, постукивая носком кроссовка по обломку красного кирпича у себя под ногой.
— Показать кое-что.
— Так показывай.
Пожав с напускным равнодушием плечами, Вадик, сделав два шага в сторону, отбросил лист железа, открывая чёрную дыру в полу, явно бывшее подвальное помещение. Затем он указал подбородком вниз.
— Смотри сама.
С опаской
