Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73
Я «потекла», как на допросе. Я, которая прочла больше учебников по психологии, чем Машка-студентка. Я знала, почему я рассказываю все Фантомасу, и уже в красках представляла себе последствия, но не могла замолчать. Фантомас развел меня совершенно по-детски, на сочувствие, и я купилась, как лох, потому что уже давно не могла быть единственной хранительницей своей тайны. Если бы тетка не кривлялась, делая вид, что все нормально… Глупо винить дураков, особенно когда сама такая.
Фантомас мне поверил сразу, его собственные записи подтверждали каждое мое слово. С живым интересом уточнил про цепи на окне: какой толщины хватит, чтобы удержать оборотня. Узнав про Машкины учебники – по-взрослому посочувствовал, а повел себя – как ребенок. Школьник, который, играя в шпионов, узнал слишком страшную для себя тайну. Он растерялся, сказал: «Все будет хорошо» – и сразу засобирался домой, бормоча что-то про уроки. Да-да, второго января. Он ушел так быстро, что я не успела выйти проводить.
…А потом две недели со мной не разговаривал. И Сашка тоже, они же друзья. Я знала, почему они так себя ведут: люди вообще сторонятся уродов, а оборотней – тем более. Очень боялась, что они начнут меня дразнить. Вдвоем это не так интересно, как всем двором, а значит – всему двору придется рассказать, кто живет на шестом этаже. Весь двор расскажет родителям или Интернету, Интернет и родители – телевизионщикам и всяким ученым. В общем, дальше в поликлинику для опытов – это мой трехлетний кошмар, и теперь он грозил стать явью.
Да, эти каникулы прошли нелегко для меня. Еще и тетка со своим: «Почему мальчики не заходят, я думала, вы помирились давно…»
Но началась учеба, и в Фантомасе проснулась сознательность. Я его чуть не убила, когда увидела на пороге. Спросила: «Ты не ошибся дверью?» – но войти позволила, а почему – не скажу. Фантомас пришел с цветком и вымаливал прощение, как в кино, я не знала, плакать или смеяться. И, конечно, думала, что не стоило доверять такому придурку. Но он опять меня развел, стыдно признаться.
– Я читал, тебя нужно позвать человеческим именем. Я готов.
Готов он, камикадзе. Детектив недоделанный. Говорю:
– Ты понимаешь, что хеппи-энда может не быть? Сожру тебя – и все. И ты труп, и моя диета нарушится.
– Какая еще диета?
Я рассказала ему про девять лет. Пусть не воображает себя спасителем.
– Значит, тебе тоже будет плохо, если ты меня загрызешь?
– Ну, в целом получше, чем тебе.
– Тогда я готов.
Потом я его отговаривала, хотя шальная мысль уже запала, и не так-то просто было ее отогнать. Освободиться на халяву – это же мечта любого оборотня, и нечего меня винить. Велела подумать, ведь до полнолуния еще оставалось время. Но тридцатого утром, когда тетка и остальные еще были дома, он пришел с промасленным свертком и заявил:
– Надо придумать, что сказать моим.
На кухне была тетка, в одной комнате Машка, в другой дядя Леша – поговорить негде. Я вытащила Фантомаса на лестницу и начала отговаривать уже для приличия, потому что сама давно была на крючке. Одна ночь, даже не ночь, а одна секунда – и ты человек. Одна секунда против шести лет войны на сто первой границе человеческих возможностей. Фантомас упирался, а я и не настаивала. Уже знала, что в свертке: эти промасленные бумажки Али мне будут сниться до старости. Фантомас, дитя малое, еще и похвастался. Вывалил цепь на подоконник: «Десять миллиметров, – говорит, – нипочем не разорвешь». Надо же, у Али таких толстых раньше не было.
Отпросить Фантомаса на ночь, сама того не желая, помогла тетка. Я еще даже не знала, куда-то она повезет свое семейство в эту ночь, просто днем услышала писк домофона и вышла на лестницу ее встретить. Она у нас любит мелкие знаки внимания и все время требует: «Я из магазина, с тяжелыми сумками, вышли бы хоть на лестницу мне помочь…» В общем, я вышла на писк домофона, подъехал лифт, да так и встал открытый. Тетка вещала оттуда:
– За город, на шашлыки, на природу. Там домик, с камином.
– С ночевкой едете? – голос тети Марины, матери Фантомаса.
– Да-да, там лес! Хорошо проведем время…
Я сориентировалась быстро. Подошла к лифту, взяла у тетки сумки и монотонно отрапортовала:
– Юру возьмем, если вы не против.
– Юру возьмем, если вы не против, – повторила тетка. – Там домик, лес…
Я вытащила тетку из лифта (она еще продолжала бормотать про лес и домик), не дав матери Фантомаса сказать ни да ни нет. Я свое дело сделала: заставила тетку повторить, как попугая: «Возьмем Юру», – совсем она завралась со своим домашним театром. Дальше пусть Фантомас отпрашивается сам: отпустят его – бог нам в помощь, нет – тоже хорошо.
Я быстро отволокла сумки на кухню, потихоньку из ванной позвонила Юрке, чтобы знал, куда отпрашиваться. Тетка про него и не вспомнила, на то и был расчет. Зря я, что ли, три года училась гипнозу? Это даже не гипноз, а так: простенький фокус начинающего рецидивиста. Фраза, которую повторяешь за кем-то другим, будучи в легком трансе, забывается очень быстро. Особенно если она в середине разговора и навязана красиво, к месту… А в легком трансе находимся мы все, когда болтаем с подругами.
Кому-то сегодня ночью придется очень постараться, чтобы Фантомаса не сожрать. Надеюсь, метод «позвать по имени» – не байка, очень уж он простой и соблазнительный. А кто его проверял? Девять лет моратория – хоть на правду похоже: что за оборотень, который людей не жрет? Это как у алкоголиков: не будешь пить – станешь человеком.
Надо было готовиться. Машкина сумка неудобно висела в коридоре, на самом проходе. Полезешь – обязательно кто-нибудь увидит: двери в комнаты и на кухню открыты. Быстро сдернуть с крючка теткины или дяди-Лешины ключи я не пыталась: на видном месте пропажу заметят сразу. Мои собственные ключи тетка уже давно отдала соседке. Обычно я не против, что меня запирают, но в эту ночь можно закрываться только изнутри. Чтобы Фантомас, если все пойдет не так, мог убежать и захлопнуть дверь за собой. Тварь и так не откроет.
Ничего, сейчас Машка сама мне даст свою сумку. Какие там вчера у нее были лекции? Открытый зеленый ежедневник с расписанием лежал в комнате на компьютерном столе, прямо под рукой у играющей Машки. Я потихоньку подошла, заглянула через плечо.
– Ма-аш!
– Сейчас… – Машка была очень занята какой-то космической войной.
– Маш, что вчера на возрастной было?
– Фигня… Не лезь!
– Ну дай почитать, Маш!
– Там. – Машка махнула рукой в сторону коридора, и я, уже не скрываясь, пошла копаться в ее сумке. Машка туда до утра понедельника не заглянет, так что можно было и денег одолжить. Главное – ключи. Я нашла, аккуратно, чтобы не звякнули, сунула в свой рюкзак. Конспект по возрастной психологии тоже пришлось откопать, хотя сейчас мне ничего не полезет в голову.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73
