Он сел на траву и повалился на бок. Боль была просто невыносимой. Она сковывала тело и не давала возможности даже думать о чем-то другом. Шонкор с трудом поднялся на ноги. Изорванный в ленты стяг, болтался у него на спине. Тараган тоже встал, и, качаясь, подошел к вождю. Коричневая копошащаяся масса становилась меньше. Серебристые существа сжимали кольцо, круша демонов-пожирателей плоти мечами и булавами. Воины в серебристых доспехах стаскивали трупы демонов в две большие кучи, которые росли на глазах. Пожиратели метались в кольце, пытаясь вырваться. Многие из них бросались в озеро, образовавшееся в провале и погибали. Весь день шел бой. Когда солнце коснулось горизонта, воины Стража доделали свое дело и, подхватив Хитрого Лиса, взмыли вверх, оставив две кучи поверженных и изрубленных тел.
– Все, – глядя в конец долины, сказал Шонкор, – пора.
Он повернулся к воинам, лежащим на траве.
– Потомки аратов! – голос вождя прогремел над полем, – берите в руки оружие! Эта земля наша, и мы её никому не отдадим!
Люди начали подниматься. Но часть из них даже не шелохнулась. Рядом с Гурком лежал молодой воин с серебряной серьгой в ухе. Он рыдал, уткнувшись лицом в траву.
– Я больше не могу! – стонал он, – больше не могу!
Гурк, превозмогая боль, встал на ноги и помог ему подняться.
– Тихо, тихо, – по-отечески успокаивал его он, – пореви, но дерись дальше. Не вздумай сломаться.
Юноша вытер ладонью глаза и, подняв с земли меч, встал рядом с Шонкором. Люди собрались вокруг вождя. Они сжимали в руках мечи и чеканы, готовясь к последней битве. Над долиной воцарилась тишина. Слышно было, как в лагере жуганей играют трубы, объявляя общую атаку. Шонкор посмотрел на свой меч, окинул взглядом долину, горы, синее небо над головой, солнце, коснувшееся горизонта.
– Покажем этим тварям, как умирают воины! – крикнул он и протрубил в рог.
Два десятка рогов вторили ему. Варвары сели на коней и двинулись к гряде. Они сбрасывали с себя доспехи и одежду, снимали шлемы. Остановившись на вершине гряды, около озера, они стали двигаться по кругу, запев протяжную песню без слов. Песня лилась по долине, спускаясь все ниже и ниже к реке.
– Что они делают? – Склонившись к Тарагану, спросил Гурк.
– Они поют песню Смерти, – ответил старик.
– Зачем?
– Они сейчас умирают.
– Как умирают?! – выпучил глаза Гурк.
– Трудно убить человека, который уже умер, – уклонился от ответа Тараган, – они вводят себя в такое состояние, когда тело перестаёт существовать. Горе тому войску, которое попытается пройти через них.
Воины во главе с Шонкором двинулись к гряде и остановились с другой стороны озера, готовясь к битве. В расположении войска Тёгюнчи кагана что-то происходило. Пешцы, бросая оружие, метались по полю. Военачальники, размахивая плетьми, пытались восстановить порядок.
– Чего это они? – указывая туда пальцем, вновь спросил Гурк.
– Не хотят умирать, – глядя в ту же сторону и ухмыляясь, ответил Тараган, – прежде чем погибнет последний варвар, эта долина вся покроется изрубленными телами воинов Тёгюнчи кагана. И они об этом знают.
Наконец, военачальникам удалось остановить панику, отрубив головы нескольким пешцам, и заставить их выступить вперёд. За ними двинулась конница. Гурк положил стрелу на лук и стал ждать. Войско приближалось.
– Нас окружают! – крикнул один из богатырей.
Воины Шонкора обернулись. Со стороны узкого прохода показались всадники на верблюдах. Их было много. Вождь вышел вперед, держа меч перед собой. Часть всадников, впереди которых ехала женщина в костяных латах, приблизилась к отряду Шонкора. Когда верблюд лёг на землю, она спустилась с седла и подошла к вождю. Шонкор воткнул меч в землю и обнял её.
– Богатырка Дьяс! Девочка! – воскликнул вождь, роняя скупые мужские слезы на ее мощную грудь, выпирающую из разреза костяного панциря, – успела, родная, успела!
– Шонкор, – взглянула ему в глаза богатырка, – всё самое страшное позвди. Мы здесь. Тёгюнчи каган – покойник вместе со своими ничтожными воинами. Не ввязывайтесь в бой. Мои люди позаботятся о вас. Вы сделали невозможное. Тёгюнчи каган и его тысячники, будут стоять на коленях перед тобой завтра утром. Я отвечаю! Ты меня знаешь. Твои сыновья поднимаются по долине, они уже здесь.
– Я остаюсь. Дайте мне колесницу, – голос вождя был непоколебим, – я должен это видеть.
На поляне появились женщины. Они забирали оружие у раненых воинов и складывали его в колесницы. Многие уже не могли пошевелить даже рукой, отдавая себя во власть женщинам, и сразу же погружались в глубокий сон, без сновидений. Они не слышали, как богатырка Дьяс протрубила в большой сарлычий рог. Как со стороны южного склона гор из леса вышли воины. Они наложили стрелы и подняли луки к небу. Они не видели, как варвары ринулись вниз по долине, сметая жуганей. Не видели, как внизу долины, пятьсот воинов во главе с Димашем и Мауленом, захватив обоз противника, с ходу врубились в ряды врагов, размахивая мечами. Они не видели, как боевые верблюды богатырки Дьяс топтали всадников Черной Птицы вместе с конями. И не видели они, как огромное существо, похожее на обезьяну, с рёвом прыгнуло в самую середину личной охраны Тёгюнчи кагана, разметав её в мгновение. И как хвалёные воины Чёрной Птицы в ужасе бежали от него, бросая щиты и чеканы.
«… И собрали тогда Великие Духи Прародители Толковище. И пригласили Хранителей и Героев. И передали Хранителям и Героям новые скрижали и новые пророчества. И передали Прародители Хранителям и Героям часть мудрости и силы своей. Дабы учили они дальше людей укреплять Твердыни и дабы не убоялись люди времён грядущих и тёмных…
месяц малой жары, год кабана,
28608 год от сотворения мира»
Из летописей Тёплой Обители.
Летопись «О веках древних»
Проспав сутки, Равар проснулся. Вернее сказать, его разбудили. Альхагар молча дёргал его за руку. Он приложил палец к губам, показывая, чтобы тот не шумел. Равар встал, взял меч и вышел из шатра. Снаружи их ждали Хызри, Рунь и Тараган. Старик сделал знак следовать за ним и двинулся в сторону леса, прихрамывая. Вскоре они встретили Гурка, стоящего за деревом. Лунный свет заливал землю, скалы и деревья отбрасывали длинные тени. Гурк вышел из тени и приблизился к ним.
– Что случилось? – шёпотом спросил он.
Тараган приложил палец к губам и двинулся дальше, в чащу леса. Спутники последовали за ним. Вскоре они достигли небольшой поляны в окружении деревьев. Там стояла золотая колесница, запряжённая четвёркой чёрных коней. Скрестив руки на груди, рядом с ней стоял Страж.
