А еще эта Аня была старше. Ростом она была Женьке по ухо, но смотрела при этом сверху вниз. Упомянула к слову, что учится в восьмом классе. Женька прикинула: выходило, что ей лет четырнадцать, а то и пятнадцать. Одолжение она сделала – с малышней пообщалась! А ведь ее никто никуда не звал. И вообще, еще должны были сказать свои веские слова Сашка с Лешкой.
Из ступора Женьку вывел зазвонивший телефон. На дисплее высветилось «Сашка». «Сашка или Василич?» – мелькнуло в голове, и Женька ответила на звонок.
– Ты не дома? Почему не онлайн? – Это был Сашкин голос. – Я тут думал-думал и понял. Я понял! Летом в Рускеала утопленники – я про тетю Зою и физрука – приходили ко мне, чтобы испугать, чтобы забрать с собой под воду. Они служили Чудовищу и заманивали меня. А сейчас все не так! Сейчас они предлагают свою помощь. Женька, ты меня слушаешь?! Они предлагают свою помощь!
– Я слушаю, слушаю, – отозвалась та. – Только не могу понять, как они собираются нам помогать.
– Я тоже не знаю. Но, получается, как-то могут! Надо… спросить у них.
– Ага, конечно. – Женька невесело улыбнулась, пытаясь представить, каким образом они могут спросить что-то у тех, кто умер. – Позвонить и спросить? ВКонтакте написать?
– Ты же знаешь, что я не это имею в виду. Позвать их. Пусть приснятся. Или придут наяву.
Последнее, о чем мечтала Женька, – это встречаться с покойниками наяву. Но Сашка был непреклонен:
– Мы должны это сделать! Я о том, что нужно позвать на помощь утопленников. И вообще, что нужно остановить жрецов бога огня. Слушай, у меня столько мыслей! Давайте с Лешкой завтра с утра пораньше приезжайте ко мне. Я вам все расскажу.
– Ага. Если убедим родителей нас отпустить, то конечно, – согласилась Женька.
И вдруг задумалась: а сгоревший дядя Толя – он приходит к ней заманивать в адский ад из ада, как утопленники Сашку в Рускеала, или помогать, как сейчас решили ему помогать утопленники в Деревянном?
Родители их отпустили. Только Сашка с Женькой первым делом – в честь каникул – рванули на конюшню навестить своих любимцев (Лешку оставили воевать за Сашкиным компьютером). На конюшне их попросили помочь отбить денники – убрать навоз в стойлах. Женька с Сашкой охотно взялись за лопаты.
Лошади жевали сено. На одной из них – рослом вороном, то есть совершенно черном, Орлике – на спине пристроилась спать местная кошка Дуська. Женька почесала ей за ухом, и она тут же довольно замурлыкала. Пришли две девчонки постарше, которые давно уже ходили сюда заниматься верховой ездой. Они, болтая, рассказывая анекдоты и дурачась, стали вывозить на тачке навоз. Все было как всегда: мирно, уютно, спокойно.
Потом Женька с Сашкой оседлали своих любимцев – серого коня Полигона и гнедую, коричневую с черными гривой и хвостом, кобылу Хрустальную – и выехали в манеж: огромный ангар, в котором бетонный пол был засыпан песком с опилками. Пришла их тренер Светлана Николаевна.
Пока занимались, Женька все думала про появление странной Ани Журбы. Надо было обязательно рассказать об этом мальчишкам! Узнать их мнение. И принять какое-нибудь решение. Раз в их деле ей обязательно нужна была на подмогу еще одна девчонка, может быть, эта Журба – их спасение? Но тогда нужно еще посоветоваться с Василичем.
Она окончательно ушла в свои мысли, и хитрый Полигон это почувствовал. Р-раз! – он неожиданно развернулся и попытался резко стартануть прочь из манежа. «Скотина!» – выругалась Женька и ловко показала коню, кто тут главный. Потому что она давно уяснила для себя одно правило: когда лошадь пытается тебя сбросить, когда она тебя не слушается и тебя захлестывает едкий страх, единственный вариант – найти внутри себя тайную кнопку, нажать на нее и переключить, как программу на пульте телевизора, страх на злость.
– Молодец! – похвалила ее Светлана Николаевна и скомандовала всем: – Шагом! Пошагайте минут двадцать и заводите лошадей в денники. – И ушла.
Сашка тут же пристроился рядом с Женькой, стремя в стремя:
– Здорово ты с ним!
– А то! Я еще в детстве у бабушки в Рускеала на спор садилась пасущемуся коню за уши, он вскидывал голову, и – опля! – я оказывалась на спине. Я скотинку не боюсь!
– Здорово, – повторил Сашка и тут же сменил тему: – Жень, я связался с утопленниками. С тетей Зоей и Павлом Александровичем, которые мне снились. А заодно и с Вадиком Бекетовым из моей прошлой школы: он летом утонул в озере.
– Что?! – Женька чуть не вывалилась из седла. – Как?!
– Я вчера и позавчера перед сном повторял, как стихотворение к уроку литературы: «Тетя Зоя, Павел Александрович, Вадик, Вадик, приснитесь мне! Я зову вас, приснитесь мне. Дело есть!» И они приснились. Все втроем. И подтвердили, что готовы мне помочь. Точнее, нам. Или, еще точнее, тебе. Сказали, как только ты сделаешь то, о чем говорил Василич, так они и придут на помощь.
– А что говорил Василич?
– Я думал, у тебя спросить… А ты не помнишь? Ты не поняла, что они имели в виду? – расстроился Сашка.
Женька озадачилась: Василич вообще ничего не говорил о том, как позвать на помощь утопленников. Он говорил, что нужна еще одна девчонка… Еще одна девчонка! Женька рассказала Сашке про Аню Журбу.
– Знакомая фамилия… – заметил он.
– Вот и мне она кажется знакомой, только хоть убей не могу вспомнить откуда. Да это не важно. Что с ней делать-то, с этой Аней, как думаешь?
– Я бы с ней встретился. Зови ее ко мне. Там и поговорим, – решил Сашка.
– Саш… – Женька решила задать ему вопрос, который давно не давал ей покоя. – Я тебя давно хотела спросить… А ты… А твои способности у тебя остались? Знаю, знаю, ты после того, что было в Рускеала, все время твердишь, что надобность отпала, и способности ушли. Но… Прости, но я тебе не верю. Признайся, ты до сих пор можешь управлять водой? Ведь если ты можешь управлять водой…
– Женя, стоп! Если честно… Я долго потом пытался разобраться, что ушло, а что осталось. Отлично плавать я до сих пор умею. И воды не боюсь. Только вот дышать под водой больше не могу. Я в ванне проверял: нахлеба-ался!.. Еле отплевался потом. И управлять водой не могу. Да даже если бы мог… Я знаю, о чем ты думаешь: когда они начнут идола своего обжигать, вызвать дождь и залить все на фиг, да? Только все равно сейчас конец марта и вся вода замерзла. Все равно бы ничего не вышло. Так что не надейся.
– Ну вот… – расстроилась Женька. – Святые пряники.
Дома после ужина они все рассказали Лешке.
– Журба, говорите? – он задумался. – Точняк я слышал эту фамилию. Видел…
– Где?
– О! Вспомнил! Это мы в конце февраля на «Гиперборею» ходили – так она была там!
