Мама, обычно спавшая по субботам чуть ли не до обеда, сегодня тоже встала пораньше. И сейчас она усиленно клевала носом над своей тарелкой. Периодически мама спохватывалась и виновато всем улыбалась. А потом снова задремывала. В общем, в кои-то веки в это субботнее утро за завтраком собралась вся семья. И каждый немного растерянно косился на соседа.
Один только Тимка вел себя естественно. Естественнее не бывает! Уселся поближе к пирогу и умильно таращил на него свои круглые глазки. Гришка не сомневался — щенок на свою долю рассчитывал твердо. Само собой, Тимка не ошибался. Еще не было случая, чтобы его хоть чем-нибудь обделили. Хоть и считается, что собакам печеное — вредно. Или сладкое. Особенно на этом настаивал папа. Он вообще — сторонник строгого воспитания. Правда, держался папа этой линии довольно-таки своеобразно. Он почему-то считал, что строгость должна исходить исключительно от Гришки. Как от основного хозяина собаки. Сам папа предпочитал уступать щенку, так ведь намного проще. Лапшин-старший не любил сложностей. Зато во всех Тимкиных грехах он стабильно обвинял одного Гришку. По мнению папы, собака со временем становилась зеркальным отражением своего хозяина. Он якобы об этом где-то вычитал. Где именно — папа не уточнял, как Гришка ни допытывался. Вычитанная папой идея оказалась потрясающе удобной. Подлавливая проказливого Тимку на мелких пакостях, Лапшин-старший всегда наказывал за них именно сына. А как же? «Слизал» же откуда-то невинный щенок очередную кошмарную выходку! С кого, спрашивается, «слизал»? Естественно — с дорогого хозяина! И папа принимался воспитывать Гришку. По принципу: авось эта мера и на Тимке отзовется. Хорошо, если он заострял внимание лишь на Гришкином поведении и его сомнительном уровне культуры, а не переходил к учебе!
Вот и сейчас, поймав гипнотизирующий взгляд щенка, папа нервно воскликнул:
— Тимку еще не кормили?
— Как же, не кормили! — фыркнул Гришка. — Он после прогулки полную миску геркулесовой каши с творогом и кефиром умял! И кусочек сырого мяса — «на сладкое»!
— Почему же он ТАК на меня смотрит?! — искренне возмутился папа. — Я-то еще не завтракал!
Гришка пожал плечами и вкрадчиво предложил:
— Выгони его, и всех дел.
— Нет уж, — негодующе посмотрел на него папа. — Сам выгоняй!
Тимка бросил выразительный взгляд на стол и звучно облизнулся, причмокнув. Папа, обожавший яблочный пирог с времен своего далекого детства, взволнованно заключил:
— И вообще собаке нечего делать на кухне, когда мы завтракаем! Правда, Лиля?
Мама протяжно зевнула. Тимка насторожился. Гришка злорадно хихикнул. Бабушка демонстративно погладила мгновенно оживившегося щенка по голове. Папа понял, что нынче никакой поддержки от домашних ему не дождаться, и сварливо заметил:
— Завтрак в тихом семейном кругу… Розовая мечта!
Умненький Тимка обеспокоенно покосился на него и безошибочно выбрал самую правильную линию поведения. Он подошел к Лапшину-старшему. Уложил тяжелую шелковистую голову папе на колени и с предельной преданностью уставился ему в глаза. Папа тут же смутился. Гришка понимающе усмехнулся: все, спекся папулик. Это ему не сына муштровать! И точно: папа гипнотизирующего взгляда щенка не выдержал. Ласково потрепал Тимку по мощному загривку и преувеличенно-бодро воскликнул:
— Кто-нибудь в этом доме даст мне наконец пирога или я так и буду исходить слюной?
Дальше все пошло по давно выверенному сценарию. Папа, получив свою порцию — огромнейший кусок! — якобы нечаянно уронил солидную часть пирога на пол. А все семейство дружно сделало вид, что оно оглохло. Потому что не услышать Тимкиного аппетитного чавканья под столом и азартного сопения могли только глухие.
Отяжелевшего щенка удалось вытащить на прогулку лишь к обеду. Покрутившись с ним в сквере, заскучавший Гришка решил пробежаться до Сережкиного дома. Подумалось вдруг, что последние дни Ильин вел себя в школе странновато. Был молчалив, хмур и почти не реагировал на приставания девчонок. Предпочитал переводить разговор на что-то другое, когда те интересовались его самочувствием. На Гришкино ехидное замечание — уж слишком неожиданной оказалась победа Серого над Паханом! — Ильин никак не отреагировал. Будто не услышал. Правда, когда Лена его спросила, как же он сумел с Паханом справиться, Сергей не смолчал. Вытащил из кармана джинсов тугое резиновое кольцо и демонстративно сжал его чуть ли не в лепешку.
— Тренировка, — безразлично процедил он сквозь зубы.
Гришка отобрал у друга кольцо. Попытался сжать, в свою очередь, но ничего у него не вышло. Нет, он, конечно же, сжал его! Но только слегка. До ильинского «в лепешку» он не дотянул, и прилично. Гришка неохотно признал — здорово Серый мышцы подкачал! Когда он только прикупил это забавное колечко? И почему ему, Гришке, ничего не сказал? Качался втихую! Гришка раздраженно фыркнул — поразить его Сергей хотел, что ли? Как-то это не в его привычках, он же не Ленка. Неприятно удивляло то, что и это резиновое кольцо сработало на новый имидж Ильина. Серый словно специально все подгадал! Натренировал пальчики, шуганул Пахана и — в дамки! Девчонки на него смотрят с открытыми ртами, восхищенно и уважительно, а Гришка ломает себе голову: все ли тут чисто?
Ведь что такое вампир? Мрачный молчаливый тип, обладающий нечеловеческими способностями и силой. Ну, и внешность тоже, конечно, играет свою роль. Бледность, там, глаза страшненькие, клыки… наверное, они уже у Серого на подходе… Ничего сложного для человека с фантазией!
И все-таки Гришка считал, что со своим розыгрышем Серега явно перебарщивает. Мера нужна, понимать надо! Ну, день, там, два, три — но не две же недели подряд комедию ломать! Это уже садизм, а не розыгрыш, по-другому не скажешь. Он-то, Гришка, ладно, а девчонки волнуются! Особенно Светлана и Динка. Бедная Зимина вообще в ступоре, как во сне, все делает. Гришка видел — она присматривалась к Сереге чуть ли не со страхом. Будто в глубине души действительно поверила, что он постепенно превращается в вампира. Только не смела признаться в этом друзьям. Да и себе самой — тоже. Одна Парамонова пока держалась. Ее-то Гришка почти убедил: Серега над ними элементарно издевается. Так что Ленка больше злилась, чем нервничала. А вот Светлана…
Гришка негодующе сдвинул брови: эта наивная дурочка вполне искренне вчера уверяла их, что Ильин сильно изменился. Она, мол, чувствует! Динку только еще больше напугала, а это уже явно лишнее. Да и Лена, после некоторых наиболее удачных выходок Ильина, начала посматривать на Гришку довольно-таки зловеще. Если же учесть ее недавние угрозы… Вспомнив о них, Гришка непроизвольно поежился. Подумал, что неплохо бы заскочить к Ильину и поговорить с ним откровенно. Должен же Серый наконец усвоить, что его дурацкие шуточки зашли слишком далеко!
