Игорь Гансвинд - Бизнес есть бизнес: 60 правдивых историй о том, как простые люди начали свое дело и преуспели

- Воды было вот столько,- Дмитрий поднимает руку на метр от пола и продолжает с детским восторгом.- Все плавало. Получился бассейн с едой! Потоп практически уничтожил полигон для гастрономических экспериментов, и Дмитрию ничего не оставалось, как продать его. Правда, страховка покрыла причиненный стихией ущерб.

- Я тогда, после потопа, с Рене договорился, что еду в Россию, занимаюсь плиткой, потом открываю ресторан и его зову шеф-поваром»

«Однажды открылась дверь в кабинете академика Козина, занимавшегося в Академии сельского хозяйства (ВАСХНИЛ) рыбоводством и пчеловодством. На пороге стоял молодой человек. Визитер сразу взял быка за рога:

- Роберт Борисович, у меня идея,- сказал академику аспирант НИИ морского и рыбного хозяйства.- Вот Грузия, она всегда была аграрной страной, там отличные условия для ирригационного рыбоводства, а института, занимающегося проблемами рыбы, там почему-то нет. Юнец объяснил академику, что можно брать в высокогорье мальков, запускать их в водоемы на тропическом побережье - и карп, естественно, будет есть за обе щеки.

- Это был почти нонсенс,- вспоминает Папунашвили.- Человек сам пришел и что- то такое предлагает. Действительно, нонсенс. Особенно с учетом того, что дело было в начале восьмидесятых. Но академик Козин загорелся и позвонил куда надо. В Агропром. Его со смелым рыбоводом вызвали на ковер. В Подмосковье тогда было НИИ ирригационного рыбоводства. В Агропроме и решили: «Откроем его филиал в Грузии. А вы,- обратились к Папунашвили,- раз вы такой умный, будете директором». Было тогда Георгию Автандиловичу 27 лет. Собрал он по крупицам коллектив, начали строить здание института и жилье, карпов выращивали в водоемах Иверии»

«Фил - человек большой, килограммов под двести, и убедительный. В Америке он торгует машинами, но свой основной капитал сделал на Украине. Было так. Фил где-то раздобыл 50-страничную брошюру компании «Кейс», в которой рассказывалось о преимуществах комбайнов и тракторов, производящихся этой фирмой. Что- то подсказало Филу, что надо ехать на Украину. Там Фил использовал свою убедительность и, оперируя исключительно словами и картинками из брошюры, практически уговорил деловую элиту Украины закупить у «Кейса» комбайнов на 70 миллионов долларов. Все шло к счастливой сделке, но выяснилось, что контракты такой величины утверждаются исключительно Верховной радой. И, подсказали оптимистичные украинские бизнесмены, дело это безнадежное. Но Фил вышел на трибуну, чтобы убеждать, и сразу услышал что-то типа «геть!» или как там - «ганьба!», короче, парламентарии возмущались, что это им какой-то американец будет указывать, какие комбайны покупать. Фил понял, что сейчас рухнет дело, на которое он потратил два года жизни и кучу денег. И Фил нашел нужные слова, и слова это были, как утверждают очевидцы, в основном матерные. Смысл выступления сводился к тому, что какие же вы идиоты, если не понимаете очевидной выгоды сделки, и, мол, черт с вами со всеми, сидите дальше в той же, в которой сидели. Когда Фил сошел с трибуны, ему в ужасе объявили, что это конец его деятельности в стране - никто еще так с парламентом не разговаривал. Но еще больший шок был у соратников Фила, да и у самого бизнесмена, когда рада подавляющим числом проголосовала за сделку»

«2002 год запомнился Дмитрию еще и последствиями футбольного матча Россия- Япония, прямая трансляция которого проходила на Манежной площади. -Когда все было почти готово к открытию, нам поставили стеклянные большие витрины и двери красивые. И матч Россия-Япония. А потом погром. Как раз мы и подвернулись со своими красивыми дверями. Толпа фанатов прошлась по Камергерскому переулку. А я в этот день поехал с женой в ресторан, такой довольный был. Мне звонят и говорят: «Дмитрий, у нас расколошматили все!» Четыре дюжих молодца взяли чугунную урну, разбежались и со всего размаха швырнули в двери «Прайма». Каленое стекло на кусочки рассыпалось. В принципе мы страхуем все свои объекты, но страховать стройку я не стал. Зря, наверное»

«Году в 1993-м. когда Алексей купил уже загородный участок и построил первую свою гостиницу, ему позвонил человек и попросил передержать собаку несколько дней. Он приехал со своей собакой на трех черных BMW, а через неделю, когда собаку надо было забирать, он приехал снова, но денег платить не стал, а, наоборот, предложил Харкевичу охранять его гостиницу для животных, за деньги, разумеется. Еще этот добрый человек прислал к Харкевичу своих детей пожить на свежем воздухе и поиграть со зверушками, а когда Харкевич отказался платить «за крышу» этому человеку, то он снова приехал и поджег вольеры. Избавиться от его опеки удалось только благодаря соседу, который работает в крупном банке и вызвал свою охрану. Во время пожара в одном из вольеров погибла собака британского консула. Консул приехал и спросил Харкевича, не надо ли чем-нибудь помочь»