Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
— А что, во время этих так называемых уроков госпожа Фербер играет свои фантазии? — спросил он.
— О нет! — Елена обрадовалась перемене темы разговора. — Разве бы я назвала это бренчанием? Я позволила Эмилю присутствовать только потому, что, по моему мнению, нужно развивать просыпающуюся любовь к музыке в ком только возможно.
Едва заметная усмешка тронула губы фон Вальде, но хмурая складка между бровями не разгладилась и его взгляд оставался мрачным, когда он снова посмотрел на Елизавету.
— Ты права, Елена, — наконец холодно проговорил он. — Но какая же притягательная сила, производящая такие чудеса, заложена в этих уроках!.. Еще недавно Эмиль предпочитал лай своей Дианы любой бетховенской сонате.
Елена молча потупила глаза.
— Мне опять пришла в голову история с этой несчастной мисс Мертенс, — вдруг произнес ее брат уже совершенно другим тоном. — Я думаю, было бы лучше, если бы фрейлейн Фербер теперь же уладила это дело.
— Конечно, — согласилась Елена, радостно хватаясь за эту мысль, давшую разговору другое направление. — Мы отменим сегодня урок, — обратилась она к Елизавете, — чтобы вы, моя дорогая, могли заняться этим. Идите к своим родителям и попросите их от моего имени приютить бедную мисс.
Елизавета встала. Одновременно с ней поднялась и Елена. Ее брат, заметив, что она собирается покинуть павильон, взял ее на руки с такой легкостью, словно это была пушинка, и посадил в кресло, стоявшее у двери, затем заботливо укрыл ее ноги, подложил под спину подушку и, раскланявшись с Елизаветой, покатил кресло к замку.
«Она заполняет все его сердце, — думала Елизавета, поднимаясь на гору. — Мисс Мертенс ошибается, предполагая, что какая-либо женщина может стать ему такой же дорогой, как и его сестра. Он ревнует ее к своему кузену и, к сожалению, имеет для этого основания. Как такое возможно, что именно Гольфельд стал настолько значимым для Елены?»
Ей снова пришло в голову, что фон Вальде как-то по-особенному посмотрел на нее, когда речь зашла о Гольфельде. Быть может, он считает ее поверенной своей сестры и перенес гнев на нее, горячо желавшую, чтобы так внезапно вспыхнувшая любовь этого господина к владычице его сердца как можно скорее остыла.
Но этого она никому не могла сказать, даже самому фон Вальде, а потому ей оставалось только сердиться на себя за то, что совершенно некстати и без всякой причины сильно покраснела в тот момент.
Родители сразу же согласились приютить у себя англичанку, и Елизавета немедленно отправилась в особняк за мисс Мертенс. Когда девушка вошла в комнату англичанки, та стояла у стены и смотрела на наполовину уложенную корзину у своих ног. Шкафы и комоды были открыты, повсюду лежали платья, белье и книги. Елизавета быстро подошла к гувернантке, заключила ее в свои объятия, и та подняла залитое слезами лицо.
— Я так поражена внезапной переменой в своей судьбе, — сказала она после того, как девушка сердечно поздравила ее, — что должна время от времени закрывать глаза, чтобы собраться с мыслями. Сегодня утром все вокруг было так мрачно, и я буквально не знала, куда направить свои стопы, земля уходила у меня из-под ног. И вдруг передо мной открылась новая перспектива. Человек, которого я глубоко уважаю и о чувствах которого ко мне, бедной гувернантке, я и не подозревала, согласен вместе со мной идти по жизни и быть верным спутником. Кроме того, исполняется мое заветное желание: я смогу сама холить и лелеять свою старую матушку.
Далее мисс Мертенс сообщила Елизавете, что через несколько недель Рейнгард сам поедет в Англию, чтобы привезти ее мать, его патрон настаивает на этом и берет на себя дорожные расходы. Всякий раз, когда англичанка начинала говорить о фон Вальде, у нее на глазах появлялись слезы, и она то и дело повторяла, что все, что сделала ей худого баронесса, он тысячу раз компенсировал, поскольку не выносит, чтобы в его доме совершалась какая-нибудь несправедливость.
Предложение Елизаветы привело мисс Мертенс в восторг. Она собиралась на первых порах снять номер в маленькой линдгофской гостинице, а потом подыскать себе жилье в деревне.
— Теперь мы как можно скорее отправимся на гору! — воскликнула она, сияя от радости. — Баронесса только что передала мне жалованье и просила ни в коем случае не беспокоить ее. Бэлла даже не удостоила меня взгляда. Это было так больно, потому что я берегла ее, как зеницу ока. Девочка раньше была очень болезненной, и, пока мать веселилась на балах, я просиживала над ней целые ночи… Ну да теперь все это будет забыто.
Мисс Мертенс пошла проститься с Еленой и с теми обитателями замка, к кому она здесь успела привязаться, а Елизавета занялась укладкой книг. Англичанка брала в новое пристанище самые необходимые вещи, все остальное должно было храниться в жилище будущей супружеской четы.
Укладка книг англичанки доставила Елизавете большое удовольствие: все это были сочинения, очень заинтересовавшие ее. Девушка не довольствовалась тем, что читала заглавия, но, стоя, торопливо глотала целые страницы. Мисс Мертенс, переезд — все забылось, ее мысли были поглощены мощной фигурой Иосифа II — героя произведения Гете.
Вдруг на раскрытую книгу упала свежая роза. Елизавета сначала испугалась от неожиданности, потом улыбнулась и продолжала читать, смахнув цветок, — она решила, что мисс Мертенс, видимо стоявшая сзади, не должна торжествовать. Но внезапно девушка вскрикнула, так как из-за ее спины показалась красивая мужская рука. Елизавета мгновенно обернулась: позади нее стояла не англичанка, а Гольфельд, который, улыбаясь, протягивал к ней руки, словно желая схватить ее в объятия.
Испуг Елизаветы тотчас сменился негодованием, но она не успела произнести ни слова, так как позади нее раздался повелительный возглас:
— Эмиль, тебя ищут по всему дому! Твой управляющий желает сообщить тебе что-то важное.
Елизавета, повернувшись к открытому окну, увидела, что в нем, опершись руками на подоконник, стоит фон Вальде и смотрит в комнату.
Это он произнес слова, которые заставили Гольфельда немедленно ретироваться. Каким хмурым было в эту минуту лицо фон Вальде и какое пламя полыхало в его глазах! Он еще несколько мгновений смотрел на дверь, за которой исчез Гольфельд. Наконец его взор снова упал на Елизавету, неподвижно стоявшую на месте, но явно намеревавшуюся отойти от окна.
— Что вы тут делаете? — резко спросил он.
Девушка почувствовала себя глубоко оскорбленной подобным тоном и уже собиралась так же резко ответить, но сообразила, что находится в доме этого человека, и спокойно ответила:
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
