Ханна Хауэлл - Моя прекрасная повелительница

— Давайте впустим, наконец, наших мужей, — предложила Нейл, перекидывая через плечо свою толстую косу и сделав знак горничным, чтобы те вышли. — Улыбнись, малышка! — приказала она Маргарет. — Ты до смерти испугаешь бедного Бэтэма, если будешь выглядеть такой замученной.

— Я и вправду измучилась. Почему я должна это скрывать? — проворчала Маргарет, однако села, опершись на подушки, и постаралась выглядеть повеселее. — Предсказание Юфимии меня что то уже и не радует. Боюсь, что я не смогу вынести это еще шесть раз.

— А ведь может родиться еще и дочка или даже две, — заметила Сорча.

Увидев в какой ужас пришла Маргарет, Сорча и Нейл от всего сердца рассмеялись. В эту минуту в комнату осторожно вошли мужчины. Подойдя к кровати, Руари пристально посмотрел на жену, потом поцеловал ее долгим и нежным поцелуем. Она с некоторым разочарованием отметила, что муж прежде всего бросился к ней и не спросил о ребенке, о котором так мечтал.

— Твое дитя спит в средней колыбели, — сказала Сорча, улыбаясь и внимательно наблюдая, как он взял ребенка на руки и присел с ним на кровать.

— У нее черные волосы, — пробормотал отец, укладывая ребенка на постель и разворачивая одеяльце.

Уголком глаза Сорча наблюдала за Бэтэмом и Малькольмом. Они делали то же самое. Ей хотелось уловить сейчас тот момент, когда изменится выражение на лице Руари. Наконец он развернул последнюю пеленку и увидел перед собой мальчика.

— У меня мальчик! — наконец смог произнести отец голосом, охрипшим от нахлынувших чувств.

— Надеюсь, ты доволен? — она рассмеялась, заметив реакцию мужа на свои слова.

— Сорча, ты же знаешь, я был бы рад и девочке… — начал он.

Сорча приложила палец к его губам.

— Не сомневаюсь, ты любил бы и девочку. Но о сыне мечтает каждый мужчина, и не волнуйся, что я увижу в этом что то обидное.

Бэтэм и Малькольм тоже были растроганы. Руари вздохнул и улыбнулся:

— Я люблю тебя, Сорча, мой вересковый цветок.

— И я люблю тебя, мой зеленоглазый рыцарь. И буду любить до тех пор, пока есть свет в моей душе.

Руари снова рассмеялся и поцеловал жену:

— Спасибо за сына, жена моя! — проговорил он голосом, исполненным любви и нежности. — Для мужчины, действительно, нет более драгоценного подарка. Я смиренно принимаю его и клянусь беречь и любить сына так же, как и свою жену.

Сорча прислонилась головой к сильному, надежному плечу мужа. Его проникновенные слова как будто облегчили еще не ушедшую боль. Скоро она признается Руари, что ему будет кого беречь и любить: ведь впереди еще шесть сыновей!