— Что заставило вас снова усомниться во мне, госпожа графиня? – спросил он с мягким упрёком.
— Правда, которую я узнала о себе, – прошептала Элиза.
— Ты тоже знаешь всю правду обо мне, любовь моя.
У Элизы дрогнули губы, она отвела взгляд. Джек коснулся ладонью её лица.
— Ты любишь меня, сердце моё?
— Да!
— Вот единственная правда, которую я хочу знать. Но если ты захочешь сказать мне что-то ещё, я выслушаю тебя.
— Моя тайна неотличима от вашей, господин граф, – вздохнув, горько усмехнулась Элиза.
Всё ещё хмурый и серьёзный, Джек смотрел на девушку. Его удивила причуда судьбы. Но Элиза не виновата в этом так же, как и он.
— Я услышал всё, что хотел знать. Мне не нужна наследница Фонтэнэ. Мне нужна та, которая носит сейчас под сердцем моего ребёнка. Та, которая клялась мне в любви. Потому что и ей нужен не лорд Данфорд и не граф Давенпорт. Я ведь прав, мадам? – Элиза робко улыбнулась ему в ответ. – Вы будете моей женой, госпожа графиня. И пусть хоть ад встанет на моём пути, но я поведу вас к алтарю!
И Джек долгим поцелуем подтвердил свои слова.
* * *
Церковь Святого Кристофера была украшена цветами, искусно сделанными из шёлка и атласа, а у алтаря стояли корзины живых цветов, доставленных из лондонских оранжерей.
Лорд Джон Данфорд стоял у алтаря, обернувшись в ожидании появления невесты. Торжественно и неторопливо, барон Стэнтон вёл Элизу де Бомон де Фонтэнэ к алтарю.
Молодой граф затаил дыхание. Его Элиза, словно сияющий ангел приближалась к нему в платье из серебристой парчи и белого атласа, расшитого серебряными нитями.
Под тончайшей прозрачной вуалью, украшенной кружевами и вышивкой, сияли её счастливые глаза, с губ не сходила улыбка. Кончики её дрожащих от волнения пальцев легли в его горячую ладонь, встретились их взгляды.
Два согласия прозвучали под сводами церкви, и Джон откинул вуаль. В серо-зелёных глазах, смотревших на него с доверием и восторгом, блестели слёзы счастья.
И Джон склонился к её мягким тёплым губам с печатью нежного поцелуя.
— Я люблю тебя, жена моя, – прошептал он.
— И я люблю тебя, муж мой, – шёпотом ответила она.
И граф, не удержавшись, снова поцеловал женщину, укравшую его сердце.
Элиза выглянула в окно гостиной, из которого была видна парковая аллея. Снова октябрь. Такой же дождливый и промозглый. Но неужели прошло уже три года?
Словно вчера было их венчание, состоявшееся в третью среду апреля, а повязанная на запястье голубая атласная лента с маленькой золотой подковкой, украшенной сапфирами и жемчугом, обещала удачу.
В середине августа, в положенный срок родился их первенец, которого Элиза пожелала назвать именем его отца – Джон Кристофер. Но мальчика всё чаще называли Джек. Черноволосый и темноглазый, он всё больше становился похож на отца.
А сегодня их дочь Лилиана Роуз училась делать свои первые шаги, и Элизе не терпелось дождаться возвращения мужа, чтобы порадовать его.
Несколько дней назад она получила письмо от леди Кэтлин вместе со вложенным письмом от Андре. Джон приревновал и лишь усмехнулся, узнав, что Брийон объявил о своей помолвке с очаровательной и юной мисс Кейт.
Но Элиза знала, что он искренне желает добра воспитаннице леди Кэтлин, так опрометчиво, по его мнению, влюбившейся в Андре.
Да и сама она надеялась, что Андре испытывает к девушке нежные чувства, заставившие его наконец попросить её руки у четы Стэнтон. И всё же она испытала странный укол ревности, смешанной с волнением за Кейт.
Имела ли она право вмешиваться в чужие жизни и просить Андре жениться? Или ей хотелось узнать, по-прежнему ли он любит её спустя всё это время вдали от неё, чтобы исполнить эту просьбу? Ей просто хотелось, чтобы он был счастлив, и не испытывать чувство вины за собственное счастье.
Сейчас прошедшие годы показались Элизе мгновениями. А от воспоминаний её отвлекло появление всадника на аллее. И молодая женщина поспешила в холл.
Едва скинув редингот на руки слуге, Джон Давенпорт заключил в объятья кинувшуюся ему навстречу супругу. Коротко, но крепко поцеловал в губы.
— У нас с Лилианой есть подарок для вас, господин граф.
Джон поспешил за женой. Догадываясь, что ожидает его, Джон присел и протянул руки. Перед ним стоял его маленький ангелочек в батистовой рубашечке с кружевами.
Лилиана сделала крошечный шажок и оказалась в объятьях отца. Получив поцелуй, девочка радостно закричала и замахала ручками.
Тут же, словно приревновав отца к сестре, нахмурился и заплакал маленький Джек на руках у Элизы. Джон засмеялся и, подхватив Лилиану, поцеловал сына в макушку.
Взглянул в сияющие глаза жены.
— Вы избалуете его, господин граф, – осмелилась заметить кормилица.
— Мой сын будет с детства знать, что я люблю его, – спокойно ответил Джон. – Люблю его, люблю его сестру, и люблю свою жену.
— Я тоже люблю вас, господин граф, – улыбнулась ему в ответ Элиза.
Кормилица увела детей, чтобы уложить спать, и супруги остались наедине. Джон тут же стиснул в объятьях засмеявшуюся от счастья супругу.
Долго и жадно целовал, наслаждаясь ответной страстной лаской.
— Я истосковался по тебе!
Элиза обещающе улыбнулась в ответ, помогая мужу избавляться от одежды. Положив ладони на его обнажённую спину, она коснулась её губами.
Женские руки скользнули на живот молодому мужчине. Джон зарычал от возбуждения и сжал ладошку Элизы. Медленно обернулся, чтобы не разорвать объятий.
— Как бы вам не пришлось пожалеть об этом, госпожа графиня!
— Я уже давно ни о чём не жалею рядом с вами, господин граф!
— И о том, что стали моей женой? – растянул он уголок губ в усмешке.
— У вас впереди вся жизнь, чтобы узнать ответ, лорд Данфорд, – прошептала Элиза, глядя в тёмные глаза мужа.
— Боюсь, я слишком нетерпелив, любовь моя! – усмехнулся Джон и подхватил жену на руки.
Элиза засмеялась, обхватывая его за шею. Они любили друг друга с неутихающей силой страсти, как в прежние осенние дни в лесном форте. Элиза задумчиво провела кончиком пальца по влажной коже и посмотрела на мужа, дожидаясь его взгляда.
— Знаешь, о чём я всё ещё иногда думаю?
Элиза помолчала, и Джон вскинул брови, словно спрашивая.
— Что было бы с нами, если бы тогда ты не остановил мою карету? Ведь мы бы никогда не встретились!
Джон задумчиво сдвинул брови и приподнялся.
— Я бы всё равно нашёл тебя, любовь моя, – серьёзно и твёрдо ответил он. – И даже ад, встав на моём пути, не смог бы мне помешать.
И в подтверждение своих слов лорд Данфорд надолго запечатал губы молодой графини поцелуем.
