возвращается к тебе? — Марта неуверенно кивает в ответ. — Вот козлина. Ну сейчас я его собственноручно его прикончу!
Разворачиваюсь, чтобы вломить идиоту апрелю, но замечаю, что скорая уже уезжает, освещая квартал мигалками.
— Черт. Вот сюрприз фельдшеру будет, когда Мир воскреснет, — думаю, как и что передать по рации, чтобы смягчить удар, но замечаю удивление Марты, которое плавно перетекает в шок.
Не выдерживая и не обращая внимания на грязь на своей форме, сжимаю ее в объятиях.
Настоящая.
Пришла.
Пусть и не ко мне, но, черт возьми, это шанс.
— Я знаю. Мир мне все рассказал, — шепчу, коснувшись ее щеки. — Я сначала не хотел верить, но он наглядно показал часть вашего мира. Знаю, ты боялась рассказывать. И мне поначалу было жутко, хотя я всякого повидал. Но твой братец умеет убеждать.
— Тайны разрушают все вокруг себя…
— У меня тоже была тайна, но совсем не такая, как ты думаешь. Да, Лада, правда, моя жена, — Марта дергается в моих руках, хочет уйти, но я не отпускаю. — Тихо, тихо. Бывшая жена. Я подал на развод. И собирался это сделать еще до того, как встретил тебя. Она мне изменяла. Кажется, с момента нашей встречи. Я никогда не собирался к ней возвращаться.
— Это правда? — ее голос дрожит, пробивая дыру в моей грудине. — Не говори мне этого просто так. Я не выдержу еще одного обмана.
Она заглядывает в мои глаза, выискивая в них ложь. Марта всегда умела читать людей, этот дар достался ей вместе с другими странностями их “семьи”, но сейчас она боится поверить даже собственному чутью.
— А теперь что? — спрашивает едва слышно. — Теперь, когда мы оба знаем правду друг о друге? Когда больше нет секретов между нами?
— Я пойму, если захочешь уйти, но у меня для тебя осталась еще одна записка. С того вечера так с собой и ношу.
Стягиваю зубами перчатку, чтобы хоть одной рукой, но придерживать Марту за талию. Иллюзия безопасности. Так больше не сбежит.
Выуживаю из внутреннего кармана потрепанный листок и маленький карандаш.
Она разворачивает записку. Смотрит своими ясными глазами, не переставая плакать.
А я жду. В этом ожидании смешивается все: страх, надежда, любовь и готовность рисковать ради этой женщины бесчисленное количество раз. Только бы она улыбалась.
Марта возвращает мне бумагу. Под моим корявым текстом ее мягким почерком выведено — “Согласна”.
Разжимаю, наконец, кулак и надеваю на ее тоненький пальчик кольцо.
Дым рассеялся, пожар давно потушен.
Мы стоим, обнявшись, среди этого хаоса. Просто два человека, которые, наконец, нашли свой дом друг в друге.
P.S.
Летом смена пожарного может легко умножаться на два. Особенно у нас на юге.
Сегодня мне повезло. Почти.
— Ты опоздал к ужину, — Марта встречает меня поцелуем.
— Первый и последний раз такое, прости, — падаю на стул, а она звонко смеется. Наши девочки дружно повторяют за ней.
— Ты даже на нашу свадьбу опоздал.
— Я спешил как мог. Мчал на машине!
— Ага. Пожарной. С мигалками.
— Мне нужно было преодолеть пробки на пути к своей принцессе. — ловлю ее за талию и приземляю у себя на коленках. — Как мои девочки?
— Катя заметила, что Маша ревет если ее медведь в чем-то испачкается. Теперь Катя окунает руки в творог, вытирает их о медведя и смотрит как Маша плачет.
— Обычный вторник, да? — смотрю на хулиганок в розовых пижамках.
Марта смотрит на меня с той особенной улыбкой, которая говорит больше слов. В ее глазах читается усталость долгого дня, благодарность за то, что я наконец дома и невероятное количество любви.
— Ужин остыл, — пытается казаться строгой, но я точно знаю, что она не злится.
— Ничего, разогреем. А пока… — подхватываю девочек под мышки, они взвизгивают от восторга, — Кто хочет послушать сказку про папу, который ехал домой через весь город, потому что дома его ждали самые лучшие девочки на свете?
— Я! Я! — хором кричат и убегают в детскую.
— А к тебе я вернусь через десять минут, — целую Марту до головокружения и ухожу вслед за девочками. — Продолжение следует!
Марта смеется мне вслед, а я понимаю, что в этом и заключается настоящее счастье.
В объятиях, в радостных глазах моих девочек, в возможности каждый вечер возвращаться домой.
