сотрясает очередной оргазм, ее мышцы сжимаются вокруг моей твердости и подталкивают меня к краю. Я реву, изливая свое семя в ее влагалище, киска ритмично сжимается и выдаивает меня до последней капли. Пот стекает по моему лицу, когда я трахаю ее во время оргазма, жестко входя в нее, пока ничего не остается.
Моя.
Я ни за что не отпущу её после этого. Я провожу рукой по лицу Норы, откидывая назад волосы, и изучаю ее. Она выглядит прекрасно. Хорошо оттраханная, и теперь она принадлежит мне.
Я тебя люблю.
У меня вертится на языке произнести эти слова вслух, но я вижу, что она еще не готова к ним. У меня было два года, чтобы подготовиться и признаться в своих чувствах, так что я не могу ожидать, что она согласится со мной.
— Ты в порядке? — вместо этого спрашиваю я.
— Хм, — бормочет она, одаривая меня усталой улыбкой, которая сменяется зевком. — Никогда не чувствовала себя лучше, но я так устала.
— Я приведу нас в порядок, а потом ты сможешь отдохнуть, — шепчу я, целуя ее в лоб, прежде чем отстраниться и окинуть взглядом женщину, от которой я заставлял себя держаться подальше до этого момента.
Больше нет.
— Хорошо, — кивает она, но глаза её закрываются. Я отстраняюсь от неё и встаю с кровати, прежде чем наклониться и взять ее на руки. Она тихонько вздыхает, ее голова падает мне на плечо, пока я несу ее в ванную.
— Теперь ты моя, — шепчу я, крепче сжимая ее в объятиях.
Моя.
Глава 6
Нора
Я просыпаюсь от звука льющейся воды. Первое, что я замечаю, — это боль в теле и мягкость простыней, на которых лежу.
Я с трудом открываю глаза, радуясь, что в комнате мало света, но все равно ловлю себя на том, что моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд на комнате. Первое, что я осознаю, — это не моя комната, и я морщу брови в замешательстве, прежде чем все возвращается на круги своя.
— О Боже, — стону я от стыда, натягивая одеяло на голову. Я помню все о прошлой ночи, вплоть до мельчайших развратных деталей. Кстати, об этом…
Я сбрасываю одеяло и сажусь, ищу глазами Люциана и ловлю его как раз в тот момент, когда он выходит из ванной.
— Ты проснулась, — произносит он своим глубоким голосом, но я с трудом могу сосредоточиться на этом. Он полностью одет в сшитый на заказ черный костюм и белоснежную рубашку. Его галстук свободно болтается на шее, а две пуговицы расстегнуты, намекая на восхитительные мускулы под тканью.
Снимай это!
— Который час? — спрашиваю я, зевая, глядя на что угодно, только не на мужчину, который раскачивал мое тело так сильно, что я все еще чувствую его внутри себя.
— Четверть шестого, — отвечает он, и я слышу, как он подходит ближе к кровати. Я не поднимаю глаз, пока он не опускается на кровать рядом со мной. — Тебе нужно немного поспать. Тебе еще рано вставать.
— Ты что, думаешь, я тоже не встаю ни свет, ни заря? — спрашиваю я, прищурившись, глядя на него.
Он одаривает меня легкой улыбкой, протягивает руку и заправляет прядь волос мне за ухо. Дрожь пробегает по моему телу от простого прикосновения к его коже, и это заставляет меня немного отстраниться.
— Тебе нужно немного отдохнуть, Нора. Больше всего на свете я хотел бы провести утро с тобой, но мне нужно быть в офисе пораньше, чтобы подготовиться к встрече.
Я кусаю губы от его слов, отгоняя вопрос, который мучил меня со вчерашнего вечера. Этот мужчина — парадокс. Я не понимаю, почему он решил жить и работать в нашем маленьком городке, когда, несомненно, мог бы зарабатывать гораздо больше денег, работая в городе.
— Почему ты переехал сюда? Разве у тебя не было работы в какой-нибудь модной фирме в городе? — спрашиваю я, любопытство берет верх.
— Я обнаружил, что работа в компании твоего брата подходит мне больше, чем жизнь в городе, — отвечает он, но я чувствую, что он чего-то недоговаривает.
«Что ты делаешь со мной?» — вот что я действительно хочу спросить.
— Почему ты купил этот дом, вместо того чтобы ездить на работу из города? — вместо этого спрашиваю я. До вчерашнего вечера я видела Люциана только в доме моего брата, в офисе или в других местах города.
— Я купил его два года назад. Дом был выставлен на продажу, и мне нужно было переехать сюда, чтобы быть поближе к...
Его голос затихает, и я в замешательстве приподнимаю бровь.
— Ближе к Роуэну? Это потому, что ты его адвокат? Должно быть, он щедро платит тебе, раз ты решил переехать сюда.
— Конечно, — шепчет Люциан, наклоняясь и касаясь губами моего лба. — Отдохни немного. Я поставил будильник, чтобы разбудить тебя в семь.
— Подожди, — поспешно говорю я, хватая его за запястье, когда он встаёт, чтобы уйти. Я с трудом сглатываю, когда он снова обращает на меня свои пронзительные голубые глаза. — Прошлой ночью ты сказал... То есть, ты все спрашивал, представляю ли я, как долго ты ждал. Что ты имел в виду?
Он не произносит ни слова, вместо этого пристально смотрит на меня, что меня нервирует. Я почти выдыхаю с облегчением, когда звонок его телефона отвлекает его внимание.
— Кажется, нам есть о чем поговорить, — молвит он, полностью игнорируя пронзительный звук, доносящийся из телефона в его руке. — Вчера вечером мы почти не разговаривали.
— Люциан...
— Поговорим вечером. Я не знаю, когда закончится твоя смена, так что напиши мне, когда закончишь с работой, и я заеду за тобой.
Я в замешательстве смотрю на него, пытаясь осмыслить слова Люциана. Они достаточно ясны и понятны для понимания, но трудно ассоциировать этого человека со злодеем, каким я его себе представляла. До своего ареста я воспринимала его только как надоедливого, властного друга моего брата. Я всегда считала его холодным и бесчувственным, это я поняла по тому, как он себя вел.
Наблюдая за ним, у меня возникает чувство, что я ошибалась. Все как в тумане, но я помню, как Люциан ухаживал за мной прошлой ночью. Тепло его рук, когда он обнимал меня всю ночь.
Я откидываюсь на подушки и наблюдаю, как он занимается своими утренними делами, и когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня на прощание, мое сердце трепещет в груди, но в голове бушует буря.
Что изменилось?
Помимо того, что я только что переспала со своим адвокатом, я не
