я всё это терпела? Почему не ушла, громко хлопнув дверью, как только он проявил свой гнилой характер?
Сейчас, глядя на свою жизнь совершенно под другим углом, я удивлялась собственной наивности. Наверное, не зря говорят, что женщины любят ушами. Михаил умеет подбирать правильные слова, когда ему нужно, и убеждать тоже. Этого у него не отнять. Прямо-таки талант навешивать лапшу на уши.
Впрочем, хватит о нём думать, хватит снова винить во всём себя. Прошлого уже не изменить. Будущее тоже под вопросом. Поэтому надо сосредоточиться на дне сегодняшнем. Пора выстраивать новую жизнь, где в приоритете всегда будут потребности дочки и мои собственные.
Чемодана у меня не было, так что раскинув покрывало, начала складывать вещи на него. Понесём до багажника по старинке – в узелке. Вернее, в узлище, так как вещей оказалось не мало. Ничего своего оставлять Ершовым на этот раз я не собиралась.
Дверь спальни приоткрылась, и в комнату проскользнула раскрасневшаяся сестра.
– Снеж, тут такое дело… – замялась она. – Вы езжайте с Сашей одни, меня привезёт потом Паша.
– Какой Паша? – насторожилась я.
– Павел Анатольевич Полянский, старший сын Анатолия Валерьевича, босса, теперь уже, надеюсь, твоего бывшего мужа.
– Лин, ты уверена? Ты этого Пашу знаешь всего каких-то полчаса.
– А такое ощущение, что всю жизнь.
– Я беспокоюсь.
– Не стоит, твоя сестра уже взрослая и самостоятельная девочка. И вообще, могу я хотя бы раз совершить безумный поступок, а не следовать правилам, как это делала всю жизнь?
– Решать тебе.
– Отлично, – сестра раскрыла сумочку и достала ключи от дома. – На, возьми. Вдруг охранник будет на обходе и не сможет сразу открыть. Не хочу, чтобы вы с Катюшей мёрзли лишнюю минуту. А когда вернусь, сделаем дубликаты.
– Я тут подумала… В общем, Саша предложил пожить в его квартире и я согласилась. Он хочет быть поближе к дочке.
– И к тебе, – захихикала Лина. – Молодец, Бестужев, своего не упустит. Уважаю. Тогда ключи тебе сегодня не понадобятся, но потом всё равно сделаем дубликат.
– Ты самая лучшая сестра, – подойдя, обняла Ангелину.
– И я всегда тебе об этом твердила, – подмигнула она, отвечая на объятия. – Эх, Снежка, Снежка… И ты у меня самая лучшая. Главное – не забывай об этом.
Лин-Лин выбежала из комнаты, едва не столкнувшись в дверях с Александром.
– Береги Снежу, – бросила она на ходу, – если обидишь…
– Не обижу, ты же знаешь.
– Смотри у меня, – погрозила она пальцем и тут же улыбнулась. – Ладно, пойду я, нас ещё ждёт боулинг и клуб, а вам – хорошей дороги.
Войдя в спальню и закрыв дверь, Саша прислонился к ней спиной.
– У тебя не сестра, а цунами. Сметёт любого с пути, закружит, завертит. Полянские в восторге от её пробивной харизмы, причём все.
– Она такая с детства. Всегда добивалась того, чего хочет. Было время, я даже ей завидовала. Обижалась непонятно на что. А потом поняла, насколько же это глупо.
– Ангелина – это разум. А ты – сердце. Вы разные, как небо и земля, как ночь и день, но в то же время дополняете друг друга. И это здорово.
– Тоже так думаю. Кстати, я готова.
– А я тем более. Жду вас с Катюшей на площадке.
Подхватив узел с вещами, Бестужев вышел. А я, глядя ему в спину, поймала себя на мысли, что любуюсь им. Кажется, жить в одной квартире с таким мужчиной будет непросто.
Глава 23
Зимний морозный вечер плавно перешёл в такую же ясную ночь. На небе мерцали звёзды, и чем дальше мы отъезжали от жилых домов, тем чётче их было видно на тёмном бархате небосвода.
Метель давно закончилась но, несмотря на это, поездка по трассе оказалась не из простых. В некоторых местах дорога по-прежнему оставалась переметённой, поэтому приходилось ехать медленно и с остановками. Рисковать здоровьем дочки Саша не собирался, что только укрепило мою уверенность в то, что он станет замечательным отцом.
Но как бы мужчина ни бравировал, а усталость давала о себе знать. Он старался не показывать вида, вот только осунувшееся лицо и тёмные круги под глазами говорили сами за себя. Да и нам с Катюшей требовался отдых, так что до города, где я провела детство и юность, мы добрались уже глубоко за полночь.
– Как ты относишься к тому, чтобы купить по паре бургеров? – спросил он, остановившись рядом с киоском быстрого питания, работавшего круглосуточно. – Понимаю, что это не полезно, но сейчас дома в холодильнике пусто, а готовить в такое время не вариант.
– Положительно отношусь, – кивнула в ответ, с трудом держа глаза открытыми.
– Отлично. Пойду куплю нам перекусить. Кстати, глушить машину я не буду, но ты закройся изнутри. Договорились?
– Да, конечно.
Послушно нажав на кнопку блокировки, я прикрыла глаза всего лишь на миг. Вернее, мне так показалось. Так что стук в окно стал для меня полной неожиданностью, заставившей вздрогнуть.
– Прости, отключилась, – разблокировав двери, покаялась я, пытаясь успокоить гулко бьющееся сердце.
– Ты просто устала. Так что завтра закажем из кафе еду с доставкой на дом и будем целый день отсыпаться. А уже после займёмся своими прямыми обязанностями – покупками, готовками… Что скажешь?
– Очень заманчивое предложение, – пробормотала, закрывая глаза. – Ещё бы скорее добраться до этого самого дома.
Я снова провалилась в сон, и проснулась только тогда, когда Бестужев хорошенько потряс меня за плечо.
Нести переноску мне не позволили, так же как и узел с одеждой. Впрочем, топая следом за Сашей, при этом едва переставляя ноги и ничего не видя дальше собственного носа, я была только рада такому решению.
О том, как вошла в квартиру, скинула пуховик и обувь, я ещё помнила, а вот как добралась до кровати и распеленала дочку – уже с трудом.
Этот день оказался невероятно долгим. Возможно, самым долгим в моей жизни. Но главное, что он закончился хорошо. И крепкий сон был тому подтверждением.
Жаль только, что пробуждение оказалось невероятно тяжёлым.
Я никак не могла открыть глаза. Плачь Катюши слышался будто сквозь вату. Голова гудела, и поднять её с подушки было непросто.
Да что ж за напасть такая?
Лёгкий сквознячок коснулся пылающего лица и в комнате раздались шаги.
– Снежа, просыпайся, дочка требует твоего внимания, – произнёс Саша, голос которого прозвучал встревожено.
– Да, сейчас, – прошептала, с трудом открывая глаза. – Что-то я разоспалась.
Прохладная широкая ладонь тут же коснулась моего лба.
– Твою дивизию, – ругнулся Бестужев. – У тебя жар. Кажется, марш-бросок по лесу не остался без последствий.
