говорила Линка, – прикрыв глаза, наслаждаясь мимолётной лаской, выдохнула я, и тут же распахнула их снова, вывернувшись из цепких рук Бестужева. – Точно, Линка… – засуетилась я, ругая себя за то, что забыла о ней. – Надо позвонить сестре.
– В семь утра? Ты уверена?
– Ох, мой телефон ведь у Ершова, – всплеснула руками, нарезая круги по кухне.
Правда, продлилось это недолго, поскольку Саша поймал меня снова, и усадил на стул.
– Ребята его конфисковали и уже передали мне, – достав из кармана знакомый чехол, он протянул его. – Держи. Но Ангелине звонить не советую. У неё была с Полянским бурная ночь, судя по ленте в социальных сетях, и сейчас она наверняка спит.
Не говоря ни слова, я вошла в мессенджер и отыскала страницу сестры.
Мда-а, новостная лента буквально пестрила от её коротких видео и фото, судя по которым, после боулинга и клуба Линка с Павлом отправились погулять в зоопарк. Ночью. Когда он был закрыт. Но, судя по селфи на фоне вольеров со львами и зебрами, проблемой для них это не стало, что подтверждало следующее изображение с парочкой крепких смотрителей парка. Завершало ленту фото в четыре утра, где Лин-Лин запечатлела свои обнажённые стройные ножки на фоне постели, на краю которой была видна ещё парочка чьих-то волосатых конечностей. Да, похоже, у сестры выдалась увлекательная ночь.
– Главное, что у неё все хорошо, – подцепив крепкими пальцами мой подбородок, Саша заставил поднять голову и посмотреть ему в глаза.
– Это точно, – фыркнула я, и замерла, глядя на то, как лицо Бестужева становится всё ближе. Его горящие глаза. Его приоткрытые манящие губы… Чёрт, всё происходило слишком быстро. Пора притормозить. – Кхм, у меня тоже будет всё хорошо, если не умру в ближайшее время от голода.
– Прости, – отстранившись, Саша отвернулся к плите, занявшись приготовлением чая.
И глядя на его напряжённую широкую спину, я почувствовала, как в душе нарастает буря из противоречий. Надо объясниться. Иначе придётся отсюда уйти. Я не готова к новому давлению с чьей-либо стороны. Не сейчас, когда всё ещё кровоточит рана, когда прежние обиды и разочарования проникают в новую жизнь, мешая, зарождая новые всплески негатива.
– Саш, – встав, я подошла к мужчине и положила ладонь на его спину, ощущая под рубашкой каменные мышцы, – ты замечательный, чуткий, заботливый… Но мне нужно время. Я боюсь поверить, боюсь, что меня снова обманут. Я сделала шаг, согласившись жить здесь, видя то, как ты тянешься к дочке. Не заставляй меня пожалеть об этом, не заставляй меня чувствовать себя виноватой без вины. Я слишком устала от боли и разочарований и не готова испытывать всё это снова.
– Я понимаю, – вздохнув, Бестужев обернулся, сжав руками мои холодные пальцы, согревая их своим теплом. – Просто хочу, чтобы ты знала, то, что я испытываю к тебе… Я не испытывал ещё никогда. Ты для меня словно солнышко, появившееся во тьме моей бесполезной жизни. Глядя на тебя, я ощущаю не только сумасшедшее желание обладать, но и покой, уют, умиротворение. Мне становится хорошо и спокойно. Как и должно быть в кругу семьи. И я боюсь всё это потерять. Я впервые за много лет почувствовал себя счастливым. Ты и Катюша помогли мне в этом. Я тороплюсь, да, знаю. Но стоит только подумать, что однажды вернусь, а вас нет дома… Прости, впредь обещаю сдерживать свои порывы. Единственное о чём прошу, это дать нам шанс.
– Хорошо, если обещаешь не давить. Это единственное условие.
– Договорились, – кивнул он, быстро чмокнув меня в кончик носа. – А теперь присаживайся к столу, буду спасать тебя от голодной смерти. Что предпочитаешь на завтрак – кашу или творожную запеканку?
– А можно и то, и другое? Я сейчас готова съесть даже слона, – произнесла, испытывая облегчение, понимая, что буря прошла стороной. Напряжение отступило, вместо него вернулась та лёгкость, которую я испытывала в присутствии Бестужева.
Глава 25
Дни бежали за днями, наполняя жизнь радостными моментами и неповторимыми впечатлениями. Катюша крепла, хорошо кушая и набирая вес на радость папе и маме, при этом познавая мир.
Наша малышка с пушистыми ресницами и золотистыми кудряшками, как истинная леди, быстро нашла подход к Бестужеву. И если при мне капризничала очень редко и только по делу, поскольку на руки я старалась её брать по минимуму, то увидев Сашу, жалобно поджимала губки и заводила свою коронную песенку «уа-уа». Мужское сердце не выдерживало дочкиных манипуляций и быстро таяло под взглядом детских голубых глаз.
Поэтому ничего удивительного, что успокаивалась Катюша только тогда, когда папа брал её на руки и начинал носить по квартире, рассказывая истории о том, как ловкий сыщик задерживал хулиганов и защищал мирное королевство от разбойников. Мда-а, очень увлекательно и познавательно для ребёнка её возраста. Но, как ни странно, именно под них она засыпала лучше всего. Хотя, скорее всего, ей просто нравится папин голос и то чувство защищённости, которое он распространяет вокруг себя одним лишь присутствием. Так что и обычный Колобок в его исполнении сработал бы безотказно.
Мы привыкали с Бестужевым жить рядом друг с другом, начиная новый день с совместного завтрака и заканчивая его разговорами о том, как он прошёл. Попыток поцеловать Саша больше не делал, но не упускал случая коснуться руки, пробежать кончиками пальцев по плечу… Казалось, он осторожно и ненавязчиво приручал меня к своим прикосновениям и мимолётным ласкам. И мне это нравилось.
Жаль только, что кроме приятных моментов, случались так же неприятные. И «благодарить» за это мне нужно было Ершова. Встречи с ним каждый раз заканчивались скандалом. Но Саша ограничивал их по минимуму, оберегая меня и вставая стеной при каждой попытке бывшего мужа вывалить моё имя в грязи.
Зато через месяц я держала в руках документ о том, что полностью свободна от всех притязаний и обязательств. К тому же, суд обязал Михаила выплатить деньги, которые были вложены мною в покупку квартиры.
Было предложение о разделении жилья, но от одной только мысли, что мне снова придётся ехать в те края, где прошли мои самые несчастливые годы жизни, становилось дурно. Так что меня вполне устроила компенсация.
К слову сказать, Бестужев предлагал ускорить процесс, обещая закончить с разводом буквально за пару дней, но я не согласилась, выигрывая для себя необходимое время, чтобы обдумать дальнейшую жизнь, присмотреться к Саше. Он это понял, и давить не стал.
Кстати у Ангелины в это время жизнь тоже била ключом. Семейство Полянских решило не упускать такую перспективную
