– Тоже мне, проблема! – не сдержался Гейб. – Разве в твоем гардеробе только одно платье?
– Почему, у меня их много.
– Ну так наденешь что-нибудь другое!
Повисла пауза.
– Другое? – озадаченно произнесла Дайан. По-видимому, возможность такого простого решения не приходила ей в голову. – Ты думаешь?
Он рассмеялся.
– Боже правый, что тут думать!
– Хм… вообще-то я могла бы надеть шелковое платье, сиреневое с белым, которое купила прошлым летом, – протянула Дайан, раздумывая над новой идеей. – Тогда оно было мне чуть великовато, а сейчас, наверное, будет в самый раз. Но главное, я в этом наряде еще нигде не показывалась, так что он вполне сойдет за обновку.
– Вот видишь, все благополучно решилось, – обронил Гейб.
– Вроде да, благодарю за подсказку, хотя от мысли похудеть не отказываюсь.
– Ну тут уж, как говорится, вольному воля.
– Да… Но это еще не все.
– А что еще? К починке крыши я приступлю, как только доберусь до твоей виллы, и…
– Я не о том. Мне тут сегодня пришло в голову, что у нас с тобой нет ни единой общей фотографии.
– Откуда же им взяться? – хохотнул Гейб.
– Верно, но… Я взглянула сегодня на каминную полку и увидела снимок своих родителей, сделанный еще в их молодости – накануне свадьбы, насколько мне известно. Думаю, у нас с Шоном тоже должно быть такое фото. Для правдоподобия, понимаешь?
– Ну позвони ему, попроси сфотографироваться с тобой, – машинально произнес Гейб. Потом, почувствовав какую-то напряженность, спохватился. – Тьфу ты, дьявол! Совсем забыл, что…
– Вот именно, – вздохнула Дайан. – На снимке рядом со мной должен быть изображен ты, потому что не Шон, а ты будешь моим женихом на праздничном приеме. То есть не будешь женихом, а выступишь в этой роли, – поспешно поправилась она, заметив свою оплошность.
Гейб не удержался от усмешки.
– Понимаю-понимаю, нет необходимости так часто уточнять этот момент!
– Очень хорошо. Значит, ты ничего не имеешь против, если мы сфотографируемся сегодня? Так сказать, чтобы день не пропадал зря?
– Нет, но для этого как минимум нужен фотоаппарат, – заметил Гейб. – Или фотограф.
– Верно, к этому я и веду. Давай встретимся в городе, где-нибудь в центре, и там зайдем в фотоателье. Скажем, в полдень. Устроит тебя?
– Конечно. И вообще, я ведь с нынешнего дня у тебя работаю, так что ты вправе распоряжаться мной.
После некоторой паузы Дайан произнесла:
– Оно-то так, но ты ведь сам вчера сделал упор на том, что получаешь деньги только за работу тренера и кровельщика, следовательно, женихом работать не можешь.
– Нет, – рассмеялся Гейб. – Сама посуди, что это за работа такая – женихом?
Она вздохнула.
– Что ж, чего только в жизни не случается. – Затем добавила другим, более деловым тоном: – Итак, встретимся… Где же? А, знаешь кафе «Серф», что напротив входа на городской пляж?
Гейб успел изучить большинство прибрежных кафе, поэтому вопрос Дайан не застал его врасплох.
– Конечно, знаю.
Они уточнили время встречи, после чего у Дайан вновь вырвался вздох.
– Даже не знаю, как доеду, чувствую себя совершенно разбитой…
– Из-за вчерашнего перенапряжения на корте?
– Разумеется. Угораздило же меня!
– Да, нагрузку следует увеличивать постепенно, это я тебе как тренер говорю. Но, раз уж ты не убереглась, придется что-то предпринять в отношении последствий твоего вчерашнего безрассудства.
– Что, например? – скептически хмыкнула Дайан.
– Опять же, как тренер могу посоветовать с полчасика полежать в горячей ванне. Правда, это следовало сделать еще вчера, сразу после твоей интенсивной разминки, ну да что уж теперь…
– Полчасика в горячей ванне? – повторила она с интонациями человека, пытающегося запомнить рекомендации врача. – Хорошо, время еще есть, последую твоему совету.
Гейб вдруг живо представил себе ее обнаженной в ванне, среди белоснежной пены, и у него пересохло во рту. Однако это не помешало ему отметить тот факт, что и Дайан как-то притихла, словно тоже испытав внезапный прилив чувственности.
Определенно что-то происходит между ними, и началось это вчера, едва ли не после первых слов, которыми они обменялись, даже еще не зная имен друг друга.
– Гм… молочная кислота, в ней все дело, – произнес Гейб, думая совсем о другом.
– Что? – Голос Дайан тоже звучал как-то странно. – Какая еще кислота?
– Молочная, – механически повторил Гейб, перед внутренним взором которого в этот момент находилась обласканная лопающимися пузырьками мыльной пены обнаженная грудь Дайан.
– И что? – вновь спросила она.
Сделав над собой усилие, Гейб постарался сосредоточиться на предмете разговора.
– Э-э… молочная кислота образуется в мышцах во время физических нагрузок, – пояснил он. – Из-за этого потом и возникает боль. Но, если вовремя принять горячую ванну, подобных неприятностей можно избежать. Данный факт известен всем спортсменам.
– Все это хорошо, – с досадой произнесла Дайан. – Если бы только знать заранее! Почему ты вчера мне ничего не сказал?
Гейб нашелся быстро.
– Потому что я только сегодня приступил к обязанностям твоего тренера. – После короткой паузы он добавил: – Но ты все-таки испытай этот способ. Допускаю, что он не окажет радикальной помощи, но болезненный эффект ослабит обязательно. И ты сможешь без мучений отправиться в город на встречу со мной. – Тут Гейба посетила одна мысль, и он спросил: – Кстати, как мне одеться? Какой тебе представляется наша будущая фотография? Строгой или…
– Просто надень брюки вместо шорт, этого будет достаточно.
– А джинсы можно?
– Конечно, сойдут и они.
Гейб облегченно перевел дух. Обычно, отправляясь в рейс, он не брал с собой много одежды – в первую очередь, разумеется, форму капитана торгового флота, ну и что-нибудь менее официальное. Костюмов, конечно, с собой не возил. Поэтому, если бы Дайан наложила вето на джинсы, ему пришлось бы спешно отправиться в магазин. К счастью, обошлось без этого.
– До встречи, – сказала она, прежде чем прервать связь.
Дайан приехала немного раньше намеченного времени. Ей удалось припарковаться неподалеку от кафе «Серф», причем даже в тени клена, поэтому она решила дождаться появления Гейба, оставаясь в своем «даймлере».
Это заняло минут семь. Поглядывая в сторону порта, откуда, по ее расчетам, должен был появиться Гейб, Дайан вспоминала события минувших суток. Все они касались Гейба.
Вообще, за последние двадцать четыре часа Дайан только о нем и думала. И это ее тревожило.
