этого вечера растворяются без следа.
Я проводила его до машины. По привычке нежно прижалась всем телом, а он страстно поцеловал меня.
— Я соскучился, — произнес хрипло. — Поехали ко мне.
— Не могу. Завтра рано вставать. Маму надо в больницу отвезти. Ей гипс снимают, — напомнила я.
— Я могу тебя привезти обратно рано утром, — Тимур не отступал.
— Я правда не могу.
Не могу признаться мужчине, который так мне нравится, что после 40 лет сложно недосыпать, жить на два дома. Я уже далеко не девочка. У меня есть свои обязательства перед сыновьями. Энергии уже не столько, как раньше, и организм просит более размеренного образа жизни. Хочется больше стабильности, уюта.
Боюсь, что он не поймет моей потребности в комфорте и воспримет это как капризы или нежелание быть вместе. А ведь дело совсем не в чувствах - они глубокие и искренние. Просто физически становится сложнее жить в таком ритме, и я не знаю, как деликатно объяснить ему эту простую истину, не разрушив романтику наших отношений.
Мне нравится проводить время с Тимуром. Он часто делает комплименты. Но при этом ни я, ни он не говорим о собственных чувствах. Но я точно испытываю к нему огромное влечение. Кажется, что даже с мужем не испытывала подобного наслаждения.
Это одновременно приятно и страшит. Я боюсь влюбиться в Тимура. Совершить очередную глупость в своей жизни не могу. Убеждаю сама себя, что между нами только секс и ничего больше.
— Хорошо. Тогда до завтра, — Тимур целует меня на прощание. А я очень надеюсь, что он не обиделся.
Возвращаюсь домой. Мальчики уже рассказали маме о своей поездке на хоккейный матч.
Мама идет о мне в спальню.
— Какой же Тимур хороший, — эту фразу я теперь слышу постоянно.
— Я знаю, мам, — пытаюсь прервать ее длинный монолог, который мне уже за месяц известен наизусть.
— Юль, а ведь некоторые женщины предлагают сами мужчине расписаться в ЗАГСе. Не ждут у моря погоды, — издалека начинает говорить мама.
— Мам, давай не будем об этом, — я устало вздыхаю.
— Почему не будем? Тебе уже сорок лет, нечего строить из себя недотрогу. Он хороший человек, надёжный...
— И обеспеченный, да? — перебиваю я с легкой иронией.
— Да при чем тут это! Я же вижу, как он на тебя смотрит. И ты к нему неравнодушна.
— Мама, отношения — это не только взгляды. Всему своё время.
— Время, время... А оно, между прочим, идёт. Мы с годами не молодеем...
— Мам, я не собираюсь делать предложение руки и сердца Тимуру, — перебиваю ее. — И на колено перед ним тоже не встану.
— Ладно-ладно, молчу. Но ты подумай над моими словами. Такими мужчинами разбрасываться нельзя, — мама упрямо стоит на своем.
Даже на следующий день, когда я везу ее в больницу для снятия гипса, мама намекает мне на то, что за Тимура надо держаться руками и ногами.
И прерывает свои длинные нотации только, когда мы подъезжаем обратно к дому.
— Юль, ты только глянь! Это же муж твой! Бывший! — мама чуть ли не вылезает из окна машины.
Я смотрю в сторону подъезда. И правда. Сережа стоит. Синяя куртка, джинсы. Вроде такой же. Почти не изменился.
Я помогаю маме выйти из машины. Сама судорожно думаю, зачем Сережа приехал. Не видела его несколько недель. И еще столько же бы не видела.
Мне стало казаться, что я его уже забыла. И вот — стоит передо мной как ни в чем не бывало.
Вместе с мамой медленно подходим к подъезду. Сережа не спускает с меня глаз.
— Здравствуй, Сереж, — говорю сдержанно. Мама молчит, но это даже к лучшему.
— А я к тебе, Юль, приехал! — едким тоном отвечает он. — Я что-то не пойму... Почему мои дети ходят с чужим мужиком по матчам хоккейным?!
Глава 33. Юля
Глава 33. Юля
Меньше всего мне сейчас хотелось выяснять отношения с бывшим мужем. Но Сережа явно был настроен враждебно. Стоит, часто дышит. Ощущение, что сейчас пар из ноздрей пойдет. Его желваки ходят ходуном.
Я сразу догадалась, что бывший муж уже успел пообщаться с Никитой или Матвеем. Кто-то из сыновей поспешил похвастаться тем, что побывал на важном хоккейном матче сезона. И Сережа явно не разделил счастье детей. А все потому, что билеты достал Тимур. И детей сопровождал тоже Тимур.
— Сереж, я не понимаю... Ты что хочешь? — я не собиралась снова выяснять с ним отношения.
— Я что хочу?! Я хочу, чтобы мои дети не ходили с чужим мужиком! — прокричал на всю улицу бывший муж.
— Зятек, ты чего вопишь как потерпевший? — мама прервала свое сладостное молчание.
— Тимур — не чужой, — спокойно ответила я и с вызовом посмотрела на Сережу, в глазах которого на секунду промелькнуло замешательство.
— Ах, Тимур. Очень приятно! — передразнил меня бывший.
— Да, Тимур. И тебе придется с этим смириться, — твердо сказала я, скрестив руки на груди.
— Смириться? С тем, что какой-то хмырь теперь будет воспитывать моих детей? — Сережа нервно усмехнулся.
— Следи за языком! — резко осадила его мама. — Ты сам сделал свой выбор, когда ушел из семьи. А Тимур — прекрасный мужчина!
Сережа смерил маму презрительным взглядом. Я испугалась, что вот вот он пошлет ее куда подальше.
— Тимур просто сходил с мальчиками на матч, — добавила я. — Потому что он достал билеты.
— Я бы тоже мог их достать! — побагровел Сережа.
— Ой, доставальщик! — хохотнула мама ему в лицо.
— Сереж, давай закончим этот разговор, — я развернулась, чтобы уйти. — У меня нет времени.
— Ну конечно! Ты же теперь тратишь время на Тимура,— съязвил он.
— Сереж, я же не против, чтобы ты общался с сыновьями, — я обернулась к нему. — Наоборот, я всегда за то, чтобы дети виделись с отцом.
— Да неужели? — скривился он. — А почему тогда я узнаю о важных событиях в их жизни последним?
— Потому что ты сам редко звонишь им! — не выдержала мама. — Только и умеешь, что претензии предъявлять!
— Мам, пожалуйста, — я попыталась её остановить. — Сережа, давай договоримся. Хочешь
