за руку, переплетая наши пальцы, и мы садимся к нему в машину.
Он привез меня к себе домой. Квартира на последнем этаже высотного здания кажется огромной. Из окна открывается захватывающий вид на ночной город, россыпь огней которого мерцает, словно звезды в темном небе.
Мягкий звук откупориваемой бутылки нарушает тишину. Тимур неспешно разливает рубиновое вино по изящным бокалам и протягивает один мне. Между нами искрит невысказанное желание, но он деликатен и терпелив. Позволяет мне освоиться, изучить пространство его дома, пока я медленно перемещаюсь по комнате, останавливаясь у панорамного окна.
Я чувствую его приближение прежде, чем он встает рядом. В прозрачной глади стекла отражаются наши силуэты, размытые ночной темнотой. Его фигура чуть позади моей, защищающая, надежная. Легкий аромат его парфюма окутывает меня, смешиваясь с терпким букетом вина в бокале.
Город внизу мерцает тысячами огней, но я не могу оторвать взгляд от нашего отражения. От того, как естественно и правильно мы смотримся вместе. Его рука медленно скользит по моей талии, притягивая ближе, и я невольно подаюсь назад, прижимаясь спиной к его груди. Сердце начинает биться чаще, когда его губы едва ощутимо касаются моей шеи.
Его нежные поцелуи вызывают дрожь. Губы осторожно скользят по шее, пока его рука ласково очерчивает изгибы моей талии. Я прикрываю глаза, полностью отдаваясь этим ощущениям. Бокал вина дрожит в моих пальцах, и Тимур аккуратно забирает его, ставя на ближайший столик.
Теперь обе его руки свободны, чтобы обнять меня. Он разворачивает меня к себе лицом, и наши взгляды встречаются. В его глазах столько нежности и желания, что у меня перехватывает дыхание. Его ладонь нежно касается моей щеки, большой палец очерчивает линию скулы.
— Ты такая красивая, — шепчет он, прежде чем наши губы встречаются в поцелуе.
Внутри разливается томная нега. Она концентрируется внизу живота. Дикое желание заставляет сердце биться чаще.
Волна тепла растекается по всему телу, заставляя каждый нерв трепетать от предвкушения. Его прикосновения становятся более настойчивыми, но всё ещё нежными. Я чувствую, как учащается дыхание Тимура, как сильнее сжимаются его руки на моей талии.
— Пойдем в спальню? — его голос звучит хрипло, выдавая желание.
Я могу лишь кивнуть в ответ, не доверяя своему голосу. Тимур берет меня за руку и ведет через просторную гостиную. В полумраке его глаза кажутся темнее обычного, а улыбка обещает нечто особенное.
Спальня встречает нас мягким приглушенным светом. Огромная кровать с белоснежным бельем словно ждет нас. Тимур притягивает меня к себе, и наши губы снова встречаются в страстном поцелуе.
Его пальцы нежно касаются шелковой ткани, очерчивая контуры. Каждое прикосновение отзывается внутренним трепетом. Тимур медленно расстегивает пуговицы блузки, словно разворачивает драгоценный подарок. Его губы не отрываются от моих, поцелуи становятся глубже, настойчивее.
Блузка соскальзывает с плеч, и прохладный воздух касается разгоряченной кожи. Тимур на мгновение отстраняется, его взгляд полон восхищения. Я тянусь к пуговицам его рубашки, руки слегка дрожат от волнения.
— Ты прекрасна, — шепчет он, покрывая легкими поцелуями мои плечи.
Мы медленно движемся к кровати, не разрывая объятий. Каждое прикосновение, каждый взгляд наполнены особым смыслом. Это больше, чем страсть...
Тимур избавляет меня от блузки и юбки, оставляя в нижнем белье. Его поцелуи покрывают мою кожу, будоражат сознание, воспламеняя.
Каждое прикосновение словно электрический разряд проходит по телу. Я помогаю ему снять рубашку, и теперь могу почувствовать жар его кожи.
Тимур бережно укладывает меня на кровать. Его глаза потемнели от желания, но движения остаются нежными, заботливыми. Он нависает надо мной, опираясь на локти, и на мгновение замирает, просто глядя в глаза.
— Я безумно хочу тебя, — голос Тимура возбуждает меня еще больше.
Вместо ответа я притягиваю его к себе для поцелуя. Его руки скользят по моему телу, изучая каждый изгиб, каждую линию. Время словно перестает существовать, есть только мы двое и эта всепоглощающая близость.
Комната наполняется звуками нашего прерывистого дыхания. Каждое прикосновение, каждый поцелуй приближает нас к чему-то невероятному.
Тимур доводит меня до невероятного возбуждения. Он как будто чувствует меня, знает, как доставить невероятное удовольствие. Его прикосновения становятся более интимными, но неизменно нежными. Он словно читает мои мысли, безошибочно находя самые чувствительные точки. Каждое его движение вызывает волну наслаждения, заставляя выгибаться навстречу.
— Тимур... — его имя срывается с моих губ как молитва.
Он отвечает глубоким поцелуем, заглушая мой тихий стон. Его руки творят настоящее волшебство, даря неведомые ранее ощущения. Я растворяюсь в этих чувствах, полностью доверяясь его опыту и нежности.
Время теряет значение. Есть только мы двое, наши переплетенные тела и эта всепоглощающая страсть. Каждое прикосновение приближает нас к пику наслаждения, каждый поцелуй становится глубже и чувственнее.
В этот момент я понимаю - никогда прежде не испытывала ничего подобного.
Глава 32. Юля
— Мам, мне нравится Тимур, — Матвей довольно улыбается после матча по хоккею.
Тимур сдержал свое обещание. Достал билеты на матч сезона для Матвея и Никиты. И предложил мальчикам сопровождать их.
Этот вечер мои сыновья провели в обществе Тимура. Я искренне переживала. Почему-то было очень важно, чтобы он им понравился. Ведь если нет... Даже думать об этом не хочу.
Волнение не отпускало меня весь вечер. Я то и дело поглядывала на часы, представляя, как они там втроём. Тимур никогда прежде не проводил время с моими детьми. Мы встречаемся уже месяц. Но у меня и в мыслях не было знакомить Тимура с Матвеем и Никитой. Если бы не обещанный матч.
Когда раздался звонок в дверь, я буквально подлетела к ней. На пороге стояли все трое — раскрасневшиеся от вечерней прохлады и возбуждённые матчем. Матвей, не дожидаясь вопросов, затараторил о самых ярких моментах игры, а Никита, обычно более сдержанный, активно дополнял рассказ брата. Тимур стоял чуть позади с едва заметной улыбкой.
— Мам, а Тимур разбирается в футболе получше нашего физрука!, - выпалил Никита. — И обещал научить меня правильно бить пенальти.
В этот момент камень с души упал. По горящим глазам сыновей я поняла — лёд растаял. Тимур каким-то чудом нашёл подход к обоим, не пытаясь играть роль "крутого взрослого" или заискивать перед ними. Просто был собой — и это сработало лучше любой стратегии.
Когда мальчики убежали в свою комнату, Тимур тихо сказал: "У тебя замечательные сыновья. Спасибо, что доверила их мне сегодня". В его глазах читалось искреннее тепло, и я почувствовала, как последние толики тревоги
