еще никто не рассматривал. Ужинали практически молча, иногда поглядывал на Юлю, она ковыряла вилкой в рыбе.
Ужин закончили, гости встали, поблагодарив, пошли прогуляться по двору. Юля тоже встала.
– Я пойду в мастерскую, у меня там работа не оконченна.
Окинул ее в очередной раз взглядом, бледноватая.
– Иди, конечно, я зайду к тебе позже.
– Хорошо, – улыбнулась она.
Подошел к ней, обнял, погладив ее по щеке.
– Ты чего такая бледная, тебе нездоровится?
– Да нет, все нормально, слишком резкий запах парфюма у наших гостей, голова заболела.
– Скажу, чтобы не пользовались этим парфюмом.
– Нет, ты что… это невежливо по отношению к гостям.
– Так что теперь… пусть у тебя голова болит?
– Уже не болит.
– У меня есть решение. Накрываем им отдельно. Что скажешь?
Она тихо засмеялась.
– Ты что… это тоже невежливо.
– Ну, а что тогда? У меня нет другого решения.
– И не надо.
Смотрю на нее и понимаю, что плыву от нее, от взгляда, от опущенных ресниц, от каждого движения и даже от ее смеха. С трудом переключаюсь:
– Что за работа, четки мне мастеришь?
– Да, уже немного осталось. Я вот хотела бы сделать картину, а мне для этого нужны камни: рубин и гранат. У меня таких нет.
– Что за картина?
– Это дерево в саду, очень красиво раскинулся японский клен, очень красивый. Так и чешутся руки воспроизвести его на картине. У него листья красные, вот я и хочу их сделать из камня, будет красиво, обещаю.
– Точно обещаешь?
Снова захихикав, закивала головой.
– Ну тогда, конечно… А если серьезно, закажи и никогда на спрашивай меня. Если тебе что нужно, у тебя для этого есть безлимитка. Но мне приятно знать, чем ты хочешь заняться или что хочешь приобрести. Но разрешения при этом спрашивать не надо. Поняла?
– Угу… то есть, если я завтра закажу еще пару комодиков с камешками, таких, что ты мне подарил. То это нормально? – сощурив хитро глаза, спрашивает меня.
– Именно, – улыбаюсь краешком губ. – А теперь иди, мне надо еще со своей тетей поговорить.
– Хорошо.
Юля, выпущенная из моих объятий, направилась в сторону дома, а я вглубь сада. Провел по лицу ладонью, приглаживая свою бороду, прохожу глубже в сад на голоса. Тетушка моя, что-то быстро говорила вполголоса своим подругам. Сложив ладони на животе, поглаживала большим пальцем камни на перстнях, которыми были унизаны ее пухлые пальцы. Что-что, а золото моя тетя любит. Придется прервать их шабаш. Заметив мое приближение, все разом притихли, развернулись ко мне все, кроме Розы. Она обошла мать и тетушку, опустилась на качели, на которых так любит покачиваться Юля. Мне это не понравилось, обычные действия со стороны Розы, а я, можно сказать, ревностно отнесся. Посмотрел на нее, из-под опущенных ресниц, так и хотелось прогнать. Но, разумеется, я этого не сделал. Она кокетливо опустила глаза, улыбнулась и вновь взмахнула ресницами. Неправильно расценила мой взгляд. Отвернувшись, переключил свое внимание на родственницу.
– Мне нужно с тобой поговорить, – настроение начало катиться по наклонной.
– Конечно, мой золотой, – соловьем запела тетя.
– Пойдем, прогуляемся. Я никогда не спрашивал, а сейчас почему-то захотелось узнать твое мнение. Скажи, тебе нравится, как мама здесь все оформила? – отдаляясь от гостей, задаю первый вопрос своей родственнице.
Покрутила головой по саду, словно раньше не замечала его.
– Ой, Аланчик, ты же знаешь, у твоей тети вкус особенный.
– Так я же не о твоем вкусе интересуюсь. Задал тебе четкий вопрос.
Еле заметно скривив губы, ответила:
– Ну… симпатично.
Лично для меня это было больше, чем простой ответ. И как я раньше не замечал эту злобу, которую я увидел в тете только сегодня. Как давно она в ней появилась, я реально раньше не замечал. А сейчас, когда у меня молодая жена, которую можно раздавить авторитетом, которым безусловно пользуется моя тетя…
То, как она скривила рот, понятно же, она недолюбливает мою мать. А когда это произошло? Я остановился, глядя вдаль. Не хочу знать саму причину, бесполезная трата времени. Не пойму, как же раньше этого не видел. Любимая тетя, всегда была любимой и рядом. Поворачиваю голову к ней и говорю:
– Дорогая тетя, я тебя люблю, но если ты сделаешь плохо моей жене, отношения наши изменятся. И в этом доме тебе больше не будут рады.
– Как так… из-за жены, родную тетю?
Нахмурив брови, говорю:
– Что было сегодня за ужином?
– А что было? – раскрыв свои карие глаза, спрашивает в удивлении.
– Не играй со мной, тетя, – не повышая голоса говорю ей. – Никому не позволено обижать мою жену, и даже тебе. Я все сказал. А сейчас бери своих подружек и идите отдыхать. Я вам выделю машину, поезжайте к целительнице своей. После, программа в город, отдыхайте (он инклюзив). Я умею быть гостеприимным, не испорть все.
Развернулся и пошел. Немного нервничая, иду к дому. В мыслях эта ситуация прокручивается, задумался: «Интересно, а отец знает о том, что его сестра недолюбливает мою мать?»
Черт! Я еще в женских разборках не участвовал! Но когда это касается твоих женщин, воспринимаешь по-другому. Горький осадок после небольшого разговора остался, пришло разочарование…
Не смог в таком настроении подняться к Юле, к моей нежной девочке. Вместо этого спустился в зал. Самое лучшее, что сейчас я могу выпустить пар на груше. Переодевшись в одни тайсы, пошел на беговую дорожку размять мышцы. Переходя с шага на бег, сам себе говорю, надо с братом созвониться, узнать, чего вдруг тетя решила меня навестить. Странно как-то, и эта ее целительница… надо бы подробней узнать…
Намотав между пальцев бинты, надев перчатки с открытыми пальцами, пошел к груше. Работал, что называется, до седьмого пота. Не знаю, сколько времени прошло. До моего слуха донеслось тихое похлопывание в то время, когда я решил сделать небольшой перерыв, чтобы перевести дыхание. Повернул голову на звук. Знакомые лица. Взяв полотенце вытираюсь, перехожу через зал к гостье.
– Заблудилась? – спрашиваю у девушки, которая мне уже начала мозолить глаза. И слишком свободно себя ведет рядом с незнакомым и женатым мужчиной.
– Можно и так сказать, знакомилась с домом. У вас, Алан, очень красивый дом. Видно, что много сил вложили в него.
Нет, она меня за идиота принимает, что я сейчас открою рот и буду слушать ее хвалебные высказывания. Поэтому, перебив ее пламенную речь, говорю:
– Роза, чтобы ты там себе в своей маленькой головке не надумала… передумай. Это тебе совет. И никогда себя так не веди.
– Я ничего такого не надумывала.
– Марш спать. Чтобы я тебя
