ладони, в которых идеально прячется ее грудь Лены?! То одна, то теперь вторая…
Лена невольно прогибается, разжимает колени, впускает пальцы глубже, потому что не может сопротивляться натиску безумного Вахидова.
Он что-то шепчет ей на ухо, целует, ласкает, прикусывает кожу на шее.
Она даже не понимает, что именно он ей говорит, прижимаясь губами к мокрой коже.
Да неважно, что говорит! Главное, пусть не останавливается.
Девушка откидывается назад, опирается на широкую грудь. Затылком — в плечо. Руку вскидывает вверх, накрывает крепкую шею, гладит пальцами мокрые волосы.
Казбек тут же легко целует ее запястье, а свою ладонь запускает глубже.
Лена охает, когда твердые пальцы аккуратно погружаются в нее.
Там, внутри, все еще немного саднит, но терпимо.
Пальцы размеренно и неспешно гладят ее изнутри, не глубоко, именно так, как нужно сейчас Киреевой.
Лена крепче закрывает глаза. Так не очень стыдно, если представлять, будто они не в ярко-освещенной ванной, а в кромешной темноте.
Казбек ускоряет темп. Он управляет ее телом. Играет на нем, задевая волшебные точки.
И когда Лена уже не знает, выдержит ли эти ласки-пытки, дрожь бьет ее тело.
— Вот так, девочка моя, — слышит она сиплый голос на ухо, а сильные руки крепко прижимают ее к мужскому телу, напряженному и обжигающе горячему.
Лена не сразу поднимает тяжелые веки. К этому времени Казбек уже выносит ее из душа, завернув в банный халат. Хорошо, что и сам мужчина почти одет. Насколько можно одеться в полотенце, конечно.
Лена лениво наблюдает за тем, как Вахидов вытирает голову другим полотенцем. Ей кажется, что сейчас она должна чувствовать себя побежденной.
Но нет. Ей почему-то хорошо. А еще жутко хочется спать.
— Ужин, — уголком рта улыбается Казбек.
Лена вздыхает. Невольно опускает взгляд на мужские бедра. Они скрыты белоснежной тканью, но полотенце не может спрятать внушительный бугор.
— Не бойся, я ж не зверь, чтобы лезть к тебе сейчас, — хмурится Вахидов, должно быть, истолковав ее взгляд по-своему.
Лена сглатывает, отводит смущенно взор.
Кто сказал, что она не хочет? Если и вторая близость будет такой же яркой и фееричной, то разве она будет возражать?
Глава 5
Лена просыпается от негромкого шороха одежды.
Казбек уже собирается уходить. Должно быть, еще раннее утро. Через не плотно зашторенные окна падают лучи восходящего солнца. И в этом свете фигура Казбека кажется еще более внушительной.
Этот мужчина обладает странной магией, которая безотказно действует на Кирееву. Он красив, хорош собой, сложен идеально. В нем нет и намека на мягкость. Он брутальный и жесткий.
Однако Лена помнит, каким нежным он был с ней в постели, или в ванной. А сейчас Казбек Вахидов вновь превращается в сурового и молчаливого мужчину бизнесмена, для которого важны действия и поступки.
Лена не шевелится, но понимает: Казбек заметил, что она не спит.
Скупая полуулыбка замирает на твердых губах. Вахидов присаживается на край постели.
— Я бы с удовольствием выпил с тобой кофе, но мне пора, — будто извиняясь, говорит он.
— Постараюсь это пережить, — хмыкает Лена.
— Я заеду … в шесть?
— Лучше в семь, — возражает девушка. — Но, если честно, я вообще не хочу туда идти.
— Не волнуйся, девочка, я не дам тебя в обиду, — подмигивает Казбек и встает с постели.
Лена почему-то ему верит. На самом деле, где-то глубоко в душе, она благодарна Вахидову за такую поддержку. Но, конечно же, она ему об этом не скажет.
* * *
Киреева погружается в форменный ад. Ни черта не успевает, ведь дел слишком много для одной смертной девушки. И будто назло, новые вопросы и проблемы всплывают едва ли не каждый час.
Хорошо, что вечерний наряд Лена берет с собой, возит его в машине в чехле. И к семи часам вечера понимает, что вернуться домой не сможет. Придется ехать прямо из офиса.
Лена уделяет пару минут, чтобы подправить макияж и переодеться. И параллельно набирает номер телефона Казбека.
Вахидов почти сразу отвечает на вызов.
Приходится пояснять, что рациональнее будет встретиться уже непосредственно на приеме у отца. Сложно спорить с Казбеком, но он все же сдается. Потому что ехать через весь город к Лене, а потом на прием — действительно не целесообразно. Так они оба опоздают на два часа.
— Ладно, — нехотя соглашается Казбек.
— До встречи! — улыбается Лена и разрывает вызов.
* * *
Скромный, по словам родственников, прием больше похож на масштабные гуляния со сценарием, приглашенными артистами, музыкой и многочисленными гостями.
Казбека еще нет. Значит, Лена приезжает первой. Странно, но она чувствует дискомфорт от отсутствия крепкого плеча рядом.
Ну да ладно. Ей не впервой.
Лена минует холл, входит в зал, видит отца и сводную сестру.
Далеко не сразу ее замечают. И то, первым будто нарочно, ее видит Блюм.
Бывший спонсор беседует с отцом Лены, а рядом крутится и Маша.
— Можно было хоть сейчас обойтись без опозданий?! — шипит на нее сестра.
— Я не опоздала, — возражает Лена и бросает взгляд ан часы. Все верно, минута в минуту.
Машка отворачивается. Лене приходится встать между отцом и Аркадием Олеговичем, который подозрительно тепло болтает с родителем.
После коротких поздравительных слов отцу в честь юбилея, Лене дозволено встать неподалеку, но это «неподалеку» больше похоже на ссылку. Из-за спины отца сложно разглядеть Лену. Впрочем, она уже привыкла к тому, что к ней относятся, как к пустому месту.
— Елена, вы, как и всегда, обворожительны! — расплывается в улыбке Блюм.
Лена перехватывает мужской взгляд, который направлен отнюдь не в ее глаза.
Чертово декольте! Нужно было надевать что-то более закрытое. В идеале, скафандр.
Где же Казбек, когда он так нужен?
Лена рефлекторно кивает.
— Взаимно, — роняет она, а сама то и дело смотрит на распахнутые входные двери.
— Не часто дамы считают меня обворожительным, — чрезмерно громко смеется Блюм.
Лена кивает, а сама в мыслях ликует, потому что высоченную и широкоплечую фигуру Вахидова сложно не заметить.
Ее мужчина входит в зал. А ему навстречу тут же выныривает, как черт из табакерки, Маша.
Старшая сестра будто нарочно сталкивается с Вахидовым, облив его пиджак и рубашку то ли белым вином, то ли водой. Чем-то прозрачным, словом.
И черт с ней, с жидкостью, но Машка начинает торопливо промакивать салфетками бесцветное пятно. А рука Вахидова оказывается на женской талии.
Понятно, что Казбек банально придерживает врезавшуюся в него гостью. Но это ведь ни в какие ворота!
Даже на расстоянии Лена видит, как хмурится Казбек. Зато Маша, цветет и
