меня в плечо.
— Эм, да? Всё вышеперечисленное?
По щелчку пальцев столешница до краев заполнилась стопками блинчиков и ассорти из мясных нарезок для завтрака. Желудок Голди заурчал, и мой ответил тем же. Я тоже был чертовски голоден. Достав из ящика несколько вилок, я придвинул одну ей, после чего наколол сосиску и сунул в рот.
— Пахнет просто охуенно. Ах, я так голодна. — Она схватила тарелку, доверху набитую блинчиками и щедро политую маслом и сиропом. Не теряя времени, мы оба набросились на еду, как стая гоблинов. Кто знает, как долго мы там сидели, набивая животы и попивая кофе, но, блядь, мне казалось, что я сейчас лопну.
— Аааах, я явно переборщила. Но это было самое крутое дерьмо, что я когда-либо видела. Хотела бы я так уметь. Щелкать пальцами и заставлять вещи появляться в мгновение ока. Голди откинулась на спинку барного стула, потирая полный живот, и по моему телу разлилось удовлетворение от осознания того, что это сделал я. Обеспечил её. То, что я буду делать всегда.
— Как-нибудь я тебя научу. Это не так уж сложно, просто требует некоторой практики и небольшой концентрации. Например, ты же не хочешь попытаться наколдовать тарелку сосисок на завтрак, а вместо этого получить тарелку дилдо, которая приземлится прямо перед тобой. Ну, если только ты не по таким делам? Я могу достать сюда пару дилдо в один чертов миг. Только скажи…
Она засмеялась, а потом застонала:
— О мои боги, не смеши меня сейчас. Я этого не вынесу. Слишком объелась. И нет, никаких тарелок с дилдо, большое спасибо. Думаю, мне просто нужно полежать с полчасика, чтобы все переварилось, и тогда я буду готова к действиям. Ну, после душа…
— Давай, пойдем переваривать вместе в постели, — объявил я, широко раскинув руки, когда спрыгнул со стула. Я схватил её за руку и потянул за собой, пока мы медленно возвращались в мою спальню. Как только мы вошли, я отпустил её руку и рванул через всю комнату, катапультировавшись на кровать: спружинил на животе и перевернулся на спину.
— Ты нелепый, — рассмеялась она, — но выглядело это и правда забавно… — Она разбежалась и бросилась на кровать, перекрутившись в воздухе, чтобы приземлиться на спину, и издала боевой клич, от которого мой член дернулся.
После того как мы вдоволь насмеялись, мы пролежали в тишине несколько минут, пока мой мозг обдумывал все то, что я знал наверняка. Во-первых, она была моей истинной парой. Не всем демонам выпадала удача найти свою, а с учетом того, что наша численность сокращалась, шансы на такое благословение становились все призрачнее и призрачнее. На протяжении последних ста лет наша раса страдала от проблем с рождаемостью, нам еще везло, если в год рождалась сотня чистокровных демонов, а для мира наших размеров это было попросту неприемлемо для будущего.
Мой отец послал команду своих самых высокопоставленных и доверенных советников в мир земли, чтобы решить эту проблему в лоб. Хол, Азраэль, Эронн и Тейс находились на стороне земли уже целое столетие. Цель одна — делать детей. Проблема одна — ни одного ребенка так и не было сделано.
Они начали с людей, и хотя некоторые женщины смогли зачать, ни одна беременность не продлилась дольше двенадцати недель. Человеческие женщины были недостаточно сильны, чтобы выносить демоническое отродье, и, судя по всему, это оказывало негативное влияние на их разум. Через несколько лет они переключились на ведьм. И ни одной беременности не случилось. Ничего. Казалось, с этим ничего нельзя поделать. Команда доверилась нескольким талантливым магам и ведьмам — ну, точнее, пытала и убивала их, — чтобы получить доступ к определенным заклинаниям, которые могли бы повысить шансы на зачатие.
Но все равно ничего не сработало. Так что Четверка продолжала попытки, их разочарование росло с каждым днем, пока они были вынуждены оставаться на стороне земли. Таково было условие, поставленное моим отцом, они не смогут вернуться, пока не принесут живого ребенка. Гибрида демона, который сможет продолжить расу и положить конец нашим трудностям. В самом начале я был полностью согласен с этим планом — выживание сильнейших и все такое. А теперь? Блядь, я был даже рад, что успешного потомства так и не появилось. Кто знает, через какой пиздец заставил бы их пройти мой отец… а если бы это была женщина? Угх, я даже думать не хотел о том, чему она подверглась бы от его рук.
И теперь не только наша рождаемость практически сошла на нет, но и части нашего мира начали умирать. Леса, которые когда-то были зелеными и густыми, гибли, деревья чернели до такой степени, что, когда сквозь них проносился ветер, они рассыпались в пепел. В этом не было никакого смысла. Мой отец был убежден, что здесь замешана темная магия: возможно, ведьмы со стороны земли, которые знали, чем мы занимались последнее столетие, устали от нашего дерьма и решили проклясть нас.
Хорошо, что они не могли просто так попасть в Бесмет, чтобы открыть портал, нужно быть демоном. И именно поэтому я был сбит с толку ведьмой, лежащей сейчас рядом со мной в постели. Истинная пара всегда была того же вида, по крайней мере у демонов, и как она могла проецировать себя сюда? В этом не было смысла, и я подозревал, что здесь замешано нечто гораздо большее, чем кажется на первый взгляд. Единственным, кому я мог бы довериться, был Хол. И если мой чокнутый папаша пронюхает об этом, он, вероятно, убьет её из принципа, а тогда мне придется убить его, потому что хрен он когда-нибудь доберется до моей женщины.
— Здесь мирно для измерения демонов, — пробормотала Голди, нарушая тишину.
— Ммм, да. Бывает. А еще здесь может быть так кроваво и мрачно, что не приснится и в худшем кошмаре. Но здесь? В этой комнате? Никто и не подумает нас потревожить.
— Демоны жестоки? Признаюсь, я вообще мало что знаю о вашей расе. До недавнего времени я даже не подозревала о вашем существовании. Как такое возможно? Быть настолько неуловимыми, что массы считают вас мифом?
Перевернувшись на бок лицом к ней, я изучал её круглое лицо, слегка порозовевшие щеки, пухлые губы и волосы, разметавшиеся по темному одеялу, на котором мы развалились. Такая красивая.
— Демоны быстро впадают в гнев и прибегают к насилию. Нам нравится давать быстрые и точные ответы. Валять дурака не в нашей крови, мы не делаем ничего наполовину. Если уж демон что-то решил, то на этом всё. Злить нас
