— не самое мудрое решение, потому что, как только вспыхивает ярость, ничто не сможет её остановить.
— Так кто-нибудь из вас живет в моем мире? Как выглядит твоя истинная форма? У тебя правда есть хвост? Ой, черт, извини, это, наверное, слишком личное. — Она от смущения закрыла лицо руками.
Усмехнувшись, я потянулся, убрал её руки и посмотрел ей в глаза.
— Некоторые живут там. Ты когда-нибудь слышала о печально известной банде, которая заправляет Порт-Блэком?
— Ты имеешь в виду «Изгнанников»? Ага, кто же о них не слышал?
— Ну, все пятеро — демоны. Чертовски могущественные демоны. Их вышвырнули отсюда много лет назад, и они устроили себе жизнь в Порт-Блэке. Мой отец списал их со счетов, так что мы больше вообще не общаемся с их командой. Что касается моей истинной формы? — Я рассмеялся. — Она проявляется в основном только когда я сильно завожусь, обычно когда взбешен. Или во время секса, но, как я уже сказал, это было давненько. И да, конечно, у меня есть хвост, ты же видела его на рисунке, помнишь? — Я подмигнул, и её глаза расширились. — Может, как-нибудь я покажу тебе его вживую, посмотрим. Ты уже видела мои рога, на самом деле они были не полностью вытянуты. Они весьма внушительны.
Казалось, она обдумывала мои слова пару мгновений, что было вполне логично. Я вывалил на неё дохрена новой информации. Её глаза снова встретились с моими, и она пожала плечами.
— Я бы солгала, если бы сказала, что не хочу увидеть твой хвост, но мы можем отложить это до следующего раза. Так вот, эта штука со щелчками — это твоя единственная сила? Какими вообще способностями обладают демоны?
— Материализация предметов — это довольно базовая сила демона. Чем выше ранг демона, тем большим количеством способностей он может овладеть. Это похоже на ведьм и магов. Не каждый демон получает все силы. Например, я владею телекинезом, имитацией голоса, хождением по снам и сменой формы. Как только я взойду на трон, все силы моего отца должны передаться мне по родословной. Так что я смогу делать все, что умеет он, включая заключение сделок и биокинез. Вот почему я постоянно говорю тебе быть осторожной рядом с ним: он может заставить твое тело взорваться одним взмахом запястья. Он из тех королей, которые сначала убивают, а потом задают вопросы, — строго сказал я ей, надеясь, что мой тон передаст всю серьезность ситуации.
— Я сделаю всё возможное, чтобы никогда его не злить. Надеюсь, я больше никогда с ним не столкнусь… и это позволит мне с легкостью сдержать свое слово.
— Хорошо. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности, Голди.
— Ты не несешь за меня ответственность. И я надеюсь, что смогу найти способ перестать проваливаться в это измерение! Я не хочу быть здесь или где-либо поблизости от короля, если на то пошло.
Её слова неприятно кольнули меня в животе. И все же она будет здесь. Она станет следующей королевой нашего мира, просто она этого еще не знала. Ну что ж, у неё полно времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью, прежде чем это произойдет.
— Ты упомянула душ. Как насчет того, чтобы ты сходила туда, а я пока сделаю нам еще кофе, и потом мы сможем пойти и поисследовать окрестности? — предложил я, пытаясь задобрить её кофеином и приключениями.
— Да, звучит идеально. — Она села и придвинулась к краю кровати. — Могу я одолжить еще немного одежды? Как думаешь, ты мог бы достать мне что-нибудь более… женственное? Обычную майку, нижнее белье, бюстгальтер? Леггинсы? О, милые, сладкие леггинсы — штаны, уместные в любое время суток, — мечтательно вздохнула она от одной этой мысли.
— Конечно, маленькая воительница. Все, что тебе нужно, в ванной.
Она пошлепала в ванную, а я раскинулся звездочкой, как и подобает принцу-жеребцу. Она будет обведена вокруг моего пальца в два счета.
Пока она принимала душ, я приготовил её одежду. Черные леггинсы с черной майкой, которую я персонализировал рисунком от руки. Одеваясь, я замер, когда зазвонил мой телефон.
— Да?
— Разве так приветствуют своего старейшего друга и наставника? — усмехнулся Хол.
— Прости, чувак. Я тут пытаюсь одеться. Что стряслось? — спросил я, включив громкую связь, пока стягивал треники, прежде чем влезть в джинсы.
— Отчет, которого я ждал, будет готов сегодня вечером. Подтягивайся ко мне часам к одиннадцати. Прочитаем его вместе. Я уверен, это то, чего мы ждали. Обсудим, как действовать дальше, когда все станет официально.
— Буду. Есть новости о местонахождении этой суки?
— Пока ничего. Теперь это вопрос времени, команда подбирается к ней все ближе. Скоро месть свершится, — заметил он с такой мрачностью в голосе, от которой кто послабее обмочился бы на месте. Хол был невероятно могущественным демоном, и он уже до смерти устал от этого бесконечного задания. Ему давно пора было отдохнуть.
— До скорого. — Я завершил вызов, натягивая футболку через голову.
— Брам? — Голос Голди донесся из-за двери гардеробной, и я сжал свой член, услышав свое имя с её губ. Клянусь ебаной луной, она должна была стать моей в ближайшее время. Но не раньше, чем я честно отвоюю её у того хрена, с кем бы там ни было сейчас её тело. Мой лоб начало покалывать — верный признак того, что рога чесались вырваться наружу, и я сделал несколько глубоких вдохов, чтобы заставить себя успокоиться. Все в порядке. Она здесь, со мной. А не с ним.
— Я здесь. Я разложил твою одежду, она на кровати. Дай знать, когда оденешься, — крикнул я.
Три, два, один…
— БРАМ! КАКОГО ЧЕРТА ЭТО ТАКОЕ?!
Высунув голову из гардеробной с широченной ухмылкой на лице, я заржал до упаду, когда она подняла майку, разглядывая рисунок спереди, который увековечил то, как она получила прозвище «маленькая воительница». Слизняк… ну, слизняк-член было бы точнее. Слизняк со сморщенным пенисом вместо тела, два пиздец каких грустных яйца, волочащихся следом, и обвисшие рожки-антенны, свисающие с головки члена. Охуенно великолепно.
— Я не могу это носить! Это ты тоже сам нарисовал? Клянусь гребаными звездами, Брам. Я просто не могу с тобой. — Она попыталась быть серьезной, но все равно начала мне улыбаться, и это зажгло мое сердце.
— Ладно. Я уберу его, хотя это абсолютно уместно. Ты — воительница, и каждый самец здесь должен знать об этом, — уступил я, но на самом деле все, что я сделал, это наложил морок на рисунок, чтобы она не могла его видеть, в отличие от всех остальных.
Пока я маниакально смеялся и
