крайней мере, в плане работы. Мне нужен был комфорт, чтобы сосредоточиться на своем творчестве, а подходящего варианта я так и не нашла.
— Обычно я работаю в библиотеке, — сказала я Джасперу, который все еще жарил блины. — У тебя есть что-нибудь подобное? Не думаю, что смогу сосредоточиться здесь. Если придется, мы могли бы вернуться в Скейл-Ридж и провести там какое-то время?
Я не хотела показаться язвительной, предположив, что его жилое пространство недостаточно велико, но мой мозг непостоянен. Зарабатывать деньги искусством иногда бывает непросто с психологической точки зрения.
— Скейл-Ридж мне не подходит. У меня там нет постоянного жилья, а если мне будет некомфортно, то станет сложнее бороться со своими инстинктами. — Джаспер отвернулся от меня. — У нас есть несколько переговорных. Книг там нет, но есть много стульев. И несколько столов. А еще есть столовая.
Он на мгновение замешкался.
Я ждала.
— Я не смогу находиться рядом с тобой в большинстве этих мест, — наконец сказал он. — Там слишком сильно пахнет другими самцами.
Я нахмурилась и потерла лоб.
Он, в общем-то, не предлагал других вариантов.
— Мне здесь комфортно, — наконец сказал Джаспер. — Наш лучший шанс справиться с горячкой, остаться там, где мне нравится.
— Ты едва в здравом уме, — возразила я. — Если мы будем бороться с этим, то большую часть работы придется делать мне. Мой комфорт тоже должен иметь значение.
— Конечно, твой комфорт важен для меня, — почти прорычал он эти слова.
— Тогда придумай альтернативу, потому что я не могу провести следующий месяц своей жизни взаперти в маленькой квартире, испытывая боль.
Джасперс сжал в кулаке лопатку, которую держал в руке.
Я с опаской наблюдала за ним, как он глубоко вдохнул, а затем еще раз.
Если бы он снова собирался вести себя как животное, я бы изо всех сил сдерживалась, чтобы не бросить в него что-нибудь.
Что-нибудь тяжелое.
И большое.
… ну нет.
Это не была шутка на сексуальную тему.
Тьфу.
Что-то вроде стула.
Да, стул.
Я бы в него бросила стул.
Ладно, я бы не стала. Но мне бы хотелось.
— Дай мне время подумать, — наконец процедил он сквозь зубы.
— Хорошо. — я провела рукой по волосам, убирая их с лица. Нужно было смыть лак для волос, который использовала накануне. И умыться тоже.
Я даже не смыла макияж в ванне накануне вечером. Ужас. Наверное, выглядела как зомби.
Я снова встала и направилась в ванную.
И, конечно же, я выглядела ужасно. Мой макияж был размазан, а волосы выглядели так, будто их пронесло сквозь торнадо.
Джаспер, должно быть, соврал, когда сказал, что я самое сексуальное, что он когда-либо видел.
Если он лгал об этом, а также о том, насколько вменяем, когда начинал вести себя как зверь, то о чём ещё?
От неуверенность мой живот сжался, пока я умывалась и собирала волосы в небрежный пучок. Это был не самый шикарный мой образ, но удобный и лучше, чем вид зомби.
Учитывая, что я и так уже вся вспотела и у меня болели мышцы от жара, а с каждой минутой становилось только хуже, в любом случае не было смысла пытаться хорошо выглядеть.
Когда вышла, я схватила телефон и нашла контакт Элоди.
Я:
«Насколько безумным может быть поведение дракона в период горячки?»
Элоди:
…
«Не знаю».
«Это не совсем безумие»
«Скорее, парень на какое-то время превращается в зверя. Что не так уж и странно, как кажется».
«Отчасти».
«Это сложно объяснить».
Я изучала её сообщения, не зная, что и думать.
Может быть, он и не лгал о том, что в здравом уме?
Я совсем запуталась.
Элоди:
«Почему?»
Я:
«Это долгая история».
Она прислала гифку с маленьким ребенком, который нетерпеливо ждет.
Я вздохнула, но ответила.
Я:
«Я не уверена, лжет ли Джаспер о том, насколько он вменяем».
Элоди:
«Зачем ему было лгать об этом?»
Я:
«Не знаю. Он сказал, что достаточно вменяем, чтобы помнить всё, что мы делали, но потом спросил, больно ли мне было, когда он меня укусил, хотя мне явно не было больно. Если бы Джаспер был вменяем, он бы заметил, что мне совсем не больно».
Элоди:
«Ах».
«Ну, у этих парней нет опыта в сексе».
«Совсем».
Я долго смотрела на экран, прежде чем ответить.
Я:
«Что ты имеешь в виду?»
Элоди:
«Вы занимались сексом до того, как он тебя укусил?»
Я:
«Нет».
Элоди:
«Но ты, наверное, достигла оргазма, когда он тебя укусил, верно? Первый укус действительно очень хорош. Все укусы хороши, но первый лучший. Он никогда раньше не видел, как женщина испытывает оргазм, поэтому, вероятно, не понял, что произошло».
«Тем более что укус приятен и для него».
Я снова уставилась на ее сообщения.
Прошла минута, потом еще одна.
Я:
«Что значит, он никогда раньше не видел, как женщина испытывает оргазм?»
Элоди:
«Драконы не вступают в интимную связь с людьми или другими сверхъестественными существами».
«Они не делают того, что могло бы спровоцировать горячку».
«Для них независимость — это буквально всё».
Я:
«Значит, он девственник?»
Элоди:
«Мхм».
Я:
«Так он не врал о своем безумии. Просто искренне не понимал, что укусы настолько приятны».
Элоди:
«Ага»
«Драконы знают, что укус доставляет удовольствие обеим сторонам, но думаю, что это нужно испытать, чтобы понять всю его суть».
«Август однажды попытался объяснить мне, что чувствует, но для него это совсем иначе. Больше о чувстве собственничества и тому подобном. Драконы большие собственники».
Я:
«Я начинаю понимать».
«Он хочет, чтобы я весь месяц провела взаперти в этой маленькой квартирке».
Элоди:
«Ужас».
«Ты спрашивала про полет? Полет мог бы немного его успокоить».
Я:
«Нет».
«Надеюсь, после вчерашнего вечера мне больше никогда не придётся с ним летать».
Элоди:
«Тогда сопротивляйся горячке».
«Драконы живут ради неба».
Я:
