осколки, но леший не дал, отвёл ладони и вновь поднёс их ближе.
– Ты хочешь, чтобы я… – Игла вслушалась в его магию, тут, в этом странном видении леса, она была тихой, глухой, почти неслышной. – Собрала их воедино?
Леший медленно кивнул, и колокольчики на его рогах перекликнулись.
– Хорошо, – кивнула в ответ Игла. – Хорошо. Давай попробуем.
Осторожно, разглядывая каждый осколок, Игла подбирала ему пару. Стоило соединить две грани, те, будто по волшебству, скреплялись друг с другом и трещина заполнялась бледным розовым светом. Соединив между собой все осколки, Игла осторожно вложила испещрённый трещинами багрец в ладони лешего. Камень вспыхнул ярким светом и обратился клубком алых ниток. Леший качнул головой и… исчез. А клубок упал на землю и прытко укатился в туман.
– Погоди! – воскликнула Игла, бросаясь за ним. – Постой же!
Туман, будто назло, сгущался, мешая разглядеть маленький алый шарик, мелькающий то тут, то там. Деревья обступали Иглу всё плотнее, земля подбрасывала под ноги камни и корни, сумерки сгущались, приглушая последний свет. Игла больше не узнавала лес, в котором помнила наизусть каждый уголок. Это были новые места в старом лесу. В её лесу – Игла не сомневалась – знакомая магия разливалась вокруг, не позволяя ошибиться. Клубок вёл её туда, куда прежде лес не пускал, а может, это место и вовсе существовало только здесь – в тумане.
Клубок вновь мелькнул впереди, Игла побежала за ним, но почти сразу остановилась. Клубок замер под пятой высокой женщины. Её Игла узнала сразу.
– Морена? – выдохнула она.
Морена наклонилась, подобрала с земли клубок и подбросила на ладони.
– Решила, что ты достаточно умна, чтобы пленить бога? – спросила она, переводя на Иглу чёрные глаза, которые вдруг угрожающе засветились золотом. И в этом золоте не было тепла, которое излучали глаза Дара, – только холод металла.
– Я пришла, чтобы спасти его, – ответила Игла. – Не пленить.
– Ты звала его по истинному имени. – Морена стиснула зубы и сжала клубок в кулаке. – Как ты его выведала?
– Он сам мне его назвал. При нашей первой встрече.
– Не лги!
Голос громом прокатился по лесу. Игла отпрянула, закрываясь рукой от поднявшегося ветра.
– Это правда. – Она выпрямилась, с опаской поглядывая на Морену, но требовательно протянула руку. – Верни клубок, времени осталось мало.
Морена вскинула брови, удивлённо покосившись на раскрытую ладонь Иглы.
– Ты ведь не можешь его спасти? – продолжила Игла, когда Морена не сдвинулась с места. – Не можешь вмешиваться. Так не мешай!
– Дерзкая. Мне нравится.
Морена наклонила голову набок, напомнив тем самым Чернобога, вытянула в сторону руку, и в следующий миг в ней блеснул круто изогнутый серп.
– В мире смертных я не могу вмешиваться в ход вещей, – неторопливо сказала Морена, делая шаг навстречу Игле. Та содрогнулась, покосившись на серп, но заставила себя не двигаться, стояла, решительно вскинув подбородок. – Но не здесь. Здесь, в междумирье, я кое-что могу.
Междумирье? Так вот где оказалась Игла? Не мир людей и не Навь, туманное ничто, застывшее где-то между. Значит, Морена здесь кое-что может, но и Игла не будет стоять смирно. Она раскрыла ладонь, призывая пламя, но… ничего не произошло. Игла с удивлением покосилась на свои пальцы – чары больше были ей не подвластны.
– Можешь даже не пытаться, – усмехнулась Морена, без труда угадав причину её удивления. – Пусть ты сама стоишь на перепутье, не принадлежишь ни людям, ни Нави, но чары твои – удел живых, им тут нет места.
– Я… не принадлежу миру людей?
– Мёртвая, но не мёртвая. Твоя душа не добралась до Нави, но и не привязалась в живому миру. Оттого ты и сумела попасть туда, куда простому человеку нет хода. – Морена обвела пространство серпом. – Будь у нас больше времени, я бы присмотрелась к тебе получше, а может быть, даже и забрала то, что по праву должно было принадлежать мне уже много лет. – Остриё серпа уткнулось Игле в грудь, надавило, а потом – отпрянуло. Морена подбросила серп и, ловко перехватив за основание лезвия, протянула Игле рукоять. – Но тебе уже пора идти и спасать моего сына.
Игла удивлённо посмотрела Морене в глаза.
– Но зачем…
– Бери и узнаешь, – нетерпеливо бросила Морена, и Игла тут же схватилась за рукоять серпа, который тяжестью лёг в ладонь. – Пусть кое-что я и могут здесь, но вмешиваться в ход жизни и смерти всё ещё не имею права. Почти.
Морена поднесла клубок к губам, согрела дыханием и поцеловала. По нитям пробежали золотистые искры, и Морена уронила клубок на землю. Тот тут же помчался прочь.
– Спасибо, – выдохнула Игла и заторопилась следом.
– Славна и Чернобог вас больше не потревожат, – бросила ей в спину Морена. Игла обернулась. Морена на неё не смотрела, словно обращаясь к серому небу. – Они дали мне слово. Но Забава, – она перевела тяжёлый взгляд на Иглу, – не остановится. Моя просьба оставить вас в покое разозлила её пуще прежнего, – она вновь посмотрела на небо и печально добавила: – Кому-то придётся умереть.
С этими словами Морена исчезла.
– Удивила, – пробормотала Игла. – Подсобила.
Сплюнув на землю и пробормотав слова обережные, она с тяжёлым сердцем побежала в туман. О Забаве они подумают позже, сейчас отвлекаться ни к чему. Нужно найти Дара. Всё остальное – потом.
Клубок скакал по кочкам быстрее прежнего, чаща становилась всё гуще, пока ветви кустов и деревьев не сплелись между собой в непроходимую стену. Сперва Игла раздвигала их руками, но после пришлось пустить в ход серп. К её удивлению, лезвие легко справлялось с тугими зарослями, скользило, будто нож по маслу. Ветки пылью осыпались к ногам, но те, что касались лица или рук, жгли кожу, царапали её шипами и намертво цеплялись за одежду. Лес не хотел пускать Иглу дальше.
Но она не сдавалась. Изорвав платье, исцарапав лицо, она прорвалась сквозь живую стену и остановилась, стараясь отдышаться. Впереди раскинул иссохшие ветви могучий дуб. Клубок подкатился к его корням и замер. А потом, подойдя ближе, остолбенела и Игла.
– Дар…
Она не сразу заметила его из-за густого тумана. Он полусидел под дубом, опутанный корнями, будто коконом.
– Дар! – Игла бросилась к нему.
Он не ответил. Глаза его были закрыты, грудь разверзнута, будто треснутая древесная кора, а в ней – пусто: ни сердца, ни багреца. Игла упала рядом с ним на колени, попыталась руками раздвинуть корни, но те не желали отпускать тело. И вновь пригодился серп Морены. Корни поддавались хуже ветвей в чаще, но всё же не могли устоять под натиском орудия самой Смерти и сдавались, превращаясь в пепел. Игла отрубила последний корень и, подхватив Дара, осторожно
