любимым словосочетанием стало «ты моей смерти хочешь?» На мой встречный вопрос в лоб, помрёт ли она окончательно если мы провалим задание Мухомора, она ответила, что не помрёт. А потом как бы между прочим добавила, что лучше бы померла. Весьма загадочный ответ. Я не очень понял о чём это она. А пояснять она отказалась наотрез. Заявила, что это личное и вообще не моего ума дело и не всё мне знать положено. В общем, встала в глухую оборону и не смотря на все усилия, пояснений я от неё так и не добился. Ну кроме одного, что для неё очень важно выполнить именно это задание. И всё. Странно раньше она такого не заявляла. То есть желание всё выполнить присутствовало, но не в такой навязчиво категоричной форме.
А когда я спросил ещё прямее уж не влюбилась ли она в меня, она ответила, что большей чуши в жизни не слыхивала. После этого ответа я начал подозревать, что уже не в задании дело. Когда женщина так яростно что-то отрицает, то это правда. Ладно. с этим потом.
В общем всё было готово к перевороту, за исключением местонахождения этой чёртовой книги.
Заговорщики начали искать варианты решения проблемы.
Самым интересным с моей точки зрения было предложение ректора просто сжечь нафик комнату. Запустить туда заклинание «море огня», которое сожжёт всё, что может гореть и даже камни оплавит.
Помощница была вынуждена всех разочаровать, сказав, что её инкунабулу так просто не уничтожить. Для этого нужен не просто огонь, а особое заклинание, и не одно, а целая серия, причём сформированное в особом порядке. Так что сжечь — не вариант.
После этого собрания особо внимательные бабка и ректор подошли к нам с вопросом, а не тёмный ли маг была моя помощница при жизни и получив от неё утвердительный ответ, малость даже подзависли. Ну они-то ладно. Народ матёрый надолго в осадок не выпадут. А вот Д-Кита, которая по понятной причине там присутствовала, была просто в шоке. Хотя тоже не долго. Сказалась армейская закалка нервов. Бабка же с ректором покивали головами и, пробормотав что-то вроде «Это многое объясняет», удалились.
Между тем появилась новая напасть.
Регент, ни с того ни с сего, начал оказывать знаки внимания Д-Кита. Пока удалённые. То корзину фруктов пришлёт, то букет цветов. Хорошо хоть не каждый день. Причём, сначала даже было непонятно кто именно. Ибо делал он это анонимно по вполне понятной причине. Он был очень плотно женат. Соответственно никаких записочек, ни к букетам, ни к фруктам не прилагалось.
Секрет перестал быть секретом когда он однажды при встрече во дворце, которая явно не была случайной, поинтересовался не любит ли она цветы. Д-Кита без всякой задней мысли ответила что раньше любила, но сейчас ей больше по душе вещи практического плана, которые можно съесть или которыми можно кого-нибудь зарезать.
Этот ханурик посмеялся в ответ. А на следующий день в виде подарка пришли парные очень хорошие кинжалы.
Бабка, узнав об этом, долго ругалась в том смысле что вот только проблем с этим озабоченным похотливым козлом им сейчас не хватало. И это действительно была проблема. Помочь этот урод ничем не мог, в наших планах, а вот навредить со своей типа страстью, к которой прилагалась дополнительная проблема в виде истерично-ревнивой жёнушки — запросто.
И эта вторая проблема не заставила себя ждать. Эта жёнушка, правда сама не проявилась, но прислала свою фрейлину или как они тут называются. В такие вопросы я не вникал. И без них от наставлений помощницы голова пухнет. Так вот, пришла какая-то грымза и заявила, что по приказу своей начальницы она должна предупредить Д-Кита, что молодость это хорошо, но не надо пытаться, воспользовавшись ею, получить то что давно занято и вообще ей не по уровню. А то ведь можно до старости не дожить. Или дожить, но с обезображенным лицом, на которое ни один мужчина никогда не посмотрит.
Д-Кита на это ответила, что замуж вообще не собирается и подбирать за другими всяческие огрызки тоже. Так что мадам, пославшая её может быть спокойна, тем более, то Д-Кита даже не понимает о ком или о чём идёт речь, так как никаких новых любовников у неё на горизонте пока не имеется. Был один. Но он далеко, так что она считает себя свободной.
Тут надо уточнить, что согласно приказа командования и по его собственной инициативе, А-Дирк со своей десяткой остался в том королевстве гоняться за нежитью. Парень вообще сильно переживал из-за того, что Д-Кита получила дворянскую букву, а он нет. Из-за этого они поругались и Д-Кита до сих пор на него дулась из-за этого. Ну дело молодое бывает. Надеюсь А-Дирк всё же получит эту чёртову дворянскую букву и они помирятся. А то жаль. Такая удачная пара распалась. Они мне нравились и, с моей точки зрения, хорошо друг другу подходили, так как не смотря на командирские замашку у обоих, сумели найти общий язык. Кстати из-за этого вызбрыка А-Дирк, А-Нюта не вышла замуж за своего парня, так как вся его десятка осталась вместе со своим десятником. А-Нюта дулась почему-то на Д-Кита, хотя и не долго. В конце концов девчата помирились на том основании, что им ещё довольно долго служить в армии и толком семейной жизни всё равно пока не получится. Придётся повременить.
По поводу службы вышел указ регента о том, что поскольку выпускники отучились в школе не как положено три года, а всего полтора, то им предоставляется выбор сократить срок службы до трёх лет и после этого числиться в резерве, который в случае войны может быть призван или доучиться бесплатно, но без стипендии и уже после этого стать резервистами. Большинство учеников школы были из небогатых семей и предпочли остаться на полтора года на воинской службе. Всё-таки деньги платили боевым магам неплохие.
В общем жизнь в стране шла своим чередом. Война закончилась. Народ постепенно успокаивался. Все были расслаблены. Самое время для переворота. Но пока что никаких успехов в плане поиска инкунабулы не было.
Однако как в том фильме было сказано (Кавказская пленница): «Тот, кто нам мешает, тот нам поможет». В нашем случае им оказался интерес регента к Д-Кита.
Этот гнусный тип не придумал ничего лучше как назначить ей рандеву. Ну как рандеву. Как только его жёнушка куда-то отлучилась из столицы, этот похотливый хорёк решил воспользоваться моментом.
Он вызвал Д-Кита в тот самый кабинет в
