лишая дыхания. Она бесконечна. Жадное чудовище, расползающееся от раны и пожирающее каждую часть моего тела.
Я пытаюсь вдохнуть, но воздух застревает в горле, вкус крови заполняет рот.
Воздух. Мне нужен воздух.
Моё тело сотрясается, когда тот старый, первобытный страх вновь поднимает свою уродливую голову. Конечно, судьба снова приводит меня к этому ощущению, к муке лишения самого необходимого для жизни.
Сильные руки осторожно опускают меня на землю. Кажется, кто-то говорит, но гул в ушах слишком громкий. Влажный, надрывный кашель прорывается наружу, освобождая горло от крови, которая душила меня. Судорожно я втягиваю воздух в лёгкие, жадно захлёбываясь кислородом.
— Всё хорошо, — уверяет Торн, теперь его голос звучит отчётливее. — Ты будешь в порядке.
Всё остальное исчезает, и мой мир сужается до одного образа, в центре которого его лицо. Новые голоса доносятся сквозь тени, но их слова не имеют для меня значения, пока я не свожу взгляда с Торна.
— Что случилось? — требует Гриффен.
— Бэйлор.
— Она выживет? — тихо спрашивает Фиа, опускаясь на колени по другую сторону от меня.
— Должна, — настаивает Торн. — Я её не потеряю. Не сейчас.
Огонь в груди не утихает, он яростно пылает, пока остальные части моего тела холодеют. Где-то на задворках сознания я понимаю, что это плохой знак. Лезвие, должно быть, задело сердце, смутно осознаю я сквозь туман. Высшие фейри выносливы, но сердце источник жизни. Если оно повреждено…
— Ангел, — шепчет он. — Пожалуйста, открой глаза. Пожалуйста, не оставляй меня.
Я делаю, как он просит, сразу находя его лицо, только теперь оно искажено ужасом, пока он смотрит на меня. В его радужках не осталось ни капли голубого, их поглотили тени. Я открываю рот, чтобы сказать, что всё будет хорошо, но крови слишком много. Моё тело дёргается в его руках. Кажется, будто сама завеса тянется к моей душе, пытаясь вырвать её из тела. Она чувствует, насколько я близка к смерти?
Слёзы падают на мои щёки, и мне требуется несколько мгновений, чтобы понять, что они не мои.
— Останься со мной, Ангел, — умоляет он, его нежные пальцы стирают влагу с моего лица.
Я снова пытаюсь дать ему понять, что никуда не уйду, но слова не складываются.
Несмотря ни на что, я продолжаю смотреть ему в глаза.
Даже когда моё сердце перестаёт биться.
Глава 46.
Я — ничто.
По крайней мере, думаю, именно это я и есть. Остальной мир осязаем и плотен, а я нечто иное. Нечто бесплотное. Призрак на ветру. Даже притяжение не считает меня достойной, чтобы удержать. Вместо этого я плыву сквозь эфир, оторванная от всего.
Это неправда, шепчет голос. Ты привязана.
Я не знаю, что это значит, но, полагаю, это не имеет значения. Странно, но в том, чтобы быть ничем, есть что-то знакомое.
Это потому, что ты уже делала это раньше, снова говорит голос. Однажды очень давно и ещё совсем недавно.
Не имея возможности узнать, правда ли это, я принимаю слова голоса на веру. Может быть, я уже была здесь раньше, но не думаю, что остальные да. Они плывут вокруг меня, всех нас тянет в одном направлении. Но есть и те, кто не плывёт. Вместо этого Тёмные стоят в тени, отслеживая наши движения.
Не подходи к ним, резко говорит голос. Они больше не такие, как ты. Им не место здесь.
Остальные начинают беспокоиться, когда мы приближаемся к каменной арке. Мы все чувствуем её неправильность. Один за другим их втягивает сквозь завесу, и они исчезают в неизвестности. Огромная зияющая пасть поглощает их целиком, не оставляя ничего, кроме отголосков их криков. Что бы ни находилось по ту сторону, оно не мирное.
Воздух между столбами дрожит в предвкушении и втягивает меня ближе. Я почти достигаю её, когда внезапно меня резко останавливает. Остальные продолжают своё движение, исчезая в завесе без помех.
Что со мной происходит?
Ты привязана, повторяет голос.
Мгновение спустя что-то тянет меня назад, прочь от завесы. Мир проносится мимо меня размытым пятном. Раньше я медленно плыла, но теперь мчусь сквозь воздух. Глубоко внутри этой пустоты я ощущаю, как что-то растёт. Какая-то связь. Что бы это ни было, думаю, именно из-за этого я не прошла сквозь неё.
Это то, что происходило со мной, когда я плыла раньше?
Я жду, но голос молчит, не давая никаких объяснений. Полагаю, скоро я всё узнаю.
Возможно, тогда я перестану быть ничем.
Когда мои глаза открываются, вокруг лишь тьма.
Я моргаю несколько раз, и мир начинает раздвигаться вокруг меня, принимая очертания незнакомой спальни. По крайней мере, мне кажется, что незнакомой. Сейчас мой разум слишком дезориентирован, чтобы быть уверенной. Кровать, на которой я лежу, мягкая, но спина ноет. Кожа там болезненная и зудит. Я выворачиваю руку, чтобы почесать её, морщась, когда ногти задевают чувствительную кожу. Я попала в какую-то аварию?
Мне требуется несколько мгновений, чтобы понять: тьма, которую я видела, была всего лишь чёрным пологом балдахина надо мной. Спина протестует, когда я сажусь и вытягиваю шею. Единственный источник света исходит от камина, его пламя отбрасывает тёплое сияние на бордовые стены. Я закатываю глаза, понимая, что весь интерьер выдержан в тёмных, мрачных тонах. Тот, кто здесь живёт, должно быть, очень драматичен.
По мере того как мысли начинают проясняться, внутри поднимается паника, пробирающая до костей.
Где я? Кто меня сюда принёс? Я опускаю взгляд на себя и с облегчением вздыхаю, узнавая на себе свою одежду. По крайней мере, меня никто не переодевал, пока я была без сознания.
Облегчение быстро исчезает, когда с другой стороны стены доносится звук хлопнувшей двери и повышенные голоса. Соседняя комната, понимаю я.
— Вы двое так и будете сидеть молча? — требует мужской голос, и его слова сразу же сопровождаются звуком предмета, разбивающегося о пол.
— А чего ты ожидал, Клайд? — отвечает другой мужчина. — Они поддержат его любой ценой. Всегда так делают.
— Скажи ему, чтобы успокоился! — настаивает первый, Клайд. — Скажи ему, что он не может мстить.
Решив, что пора действовать, я максимально тихо сползаю с кровати, игнорируя стянутость в спине. Подойдя к большому комоду, я осторожно начинаю искать хоть какое-то оружие против тех, кто находится за стеной. Меня охватывает раздражение, когда, выдвигая ящики, я нахожу лишь аккуратно сложенную мужскую одежду.
— Эй! — кричит Клайд, когда очередной грохот разносится по комнате. — Тебе нужно решить, что мы будем делать дальше, теперь когда у него есть алм…
Его слова обрываются, когда что-то тяжёлое с силой ударяется о
