опустела. А уж об окраинах княжества и говорить не приходилось. Все стремились на новые земли, ободряемые рассказами о неожиданно быстро налаживавшейся там жизни, соблазненные историями о несметных сокровищах, таившихся в горах Хьорланда. Даже в коренных раэнорцах просыпался дух авантюризма, и они торопились занять места в обозе. Лекарь Гельмир тоже уехал с Торном, и для заносчивой столичной знати настали нелегкие времена. Оставшиеся гримы догоняли своих, ушедших еще с Диором и Арафантом. Сразу же после возвращения в Дол-Раэн Элен представила князя четырем советникам.
— Дела наши плохи, — начал Хаггар. — Страна пустеет, и, зная об этом, наши соседи так и рвутся сюда. Если мы будем сидеть сложа руки и наблюдать, они в конце концов одолеют Стену. Дверги не железные. Насколько я понял, оружием в этой стране владеют только они?
— Да, — отозвался Ворондил.
— Значит, прорвав их оборону, враги пройдут по стране без сопротивления. И это для них не секрет. Мы не можем больше рассчитывать только на силу двергов. Честно сказать, мне непонятен и неприятен этот обычай. Почему только один народ Раэнора жертвует собой? И это всех устраивает, я вижу.
— Дверги созданы для войны, — пояснил Балтар.
— Чушь. Никто для нее не создан. Но я не о двергах. Мы должны собрать ополчение и дать Степи отпор, которого она не ждет.
— Это невозможно! — Советник Амтар в смятении оглядел собравшихся. — Сейчас середина сентября. В октябре уйдет еще один обоз во главе с Аманором. В пути им потребуется защита. Поэтому все, кто хоть немного умеет владеть оружием, пойдут с ними.
— Для войны нужны бойцы, — поддержал его Ворондил. — У нас их нет. До сих пор войны Раэнору не угрожали. Зачем было содержать бесполезную армию?
— Но мы говорим не о прошлом, — возразил Хаггар. — Ты, начальник дворцовой стражи, говоришь, что у нас нет солдат. Но большое войско нам ни к чему. Найдутся во всей стране тысяча-полторы храбрецов, готовых защитить своих родичей?
— Всего тысяча? — удивленно воскликнул Аманор. — Что можно сделать с тысячей? Степь развеет их, как песчинки по ветру.
— Согласен, если выступить против дикарей сейчас. Мы же пойдем в поход весной. У нас есть в запасе несколько месяцев, чтобы собрать бойцов и научить их сражаться.
— Я помогу созвать ополчение, — неожиданно оживился Балтар. — Многие переселенцы еще не забыли, как владеть мечом.
— Прекрасно, — улыбнулся князь.
— Но войску нужны командиры, — заметил Ворондил.
— Вот ты и будешь одним из них.
— Хорошо. Только, господин мой, учти, что для меня война — всего лишь слово.
— Зато для меня — нет. Моего опыта на всех хватит. Я поведу вас в поход.
Советники переглянулись. Оглядываясь на остальных, Амтар решительно произнес:
— Так нельзя.
— Это почему?
— Потому что жизнь князя бесценна. В походе же может случиться всякое.
Хаггар расхохотался — такие взволнованные лица были у советников. Отсмеявшись, он немного подождал и ответил:
— Когда меня венчали на княжество, я принес клятву защищать вашу страну. А защищать — не значит отсиживаться за чужими спинами. Мы все умрем, советники, раньше или позже. Помните об этом.
С этого дня жизнь во дворце стала меняться. Опустевшие коридоры, залы, переходы вновь наполнились людьми. Но это были не изнеженные придворные, а крепкие, загорелые воины.
— Ты заполнил мой дворец мужланами, — дразнила мужа Элен. — Мои девушки боятся выходить из своих покоев!
— Дорогая, — в тон ей отвечал Хаггар, — твои девушки наконец-то увидели настоящих мужчин. Теперь, боюсь, останешься ты без служанок! Еще до весны они повыскакивают замуж за моих молодцов!
Первое время Элен еще старалась вникать в дела мужа. Она сопровождала его в разъездах, когда вместе с Балтаром они собирали ополчение. Но вскоре поняла, что стесняет князя больше, чем помогает ему, и стала оставаться в столице.
Дождливым ноябрьским вечером княгиня и Дию сидели в креслах у горящего камина и отхлебывали из глиняных чашек горячее вино. Элен, кутаясь в меховую накидку, задумчиво пробормотала:
— Ну вот. Снова все, как раньше. Ты, старый лис, сидишь рядом со мной, и мы болтаем о разных пустяках.
Дию искоса взглянул на нее и проворчал:
— А ты, конечно, хочешь, чтобы вместо меня здесь сидел твой непоседа супруг. Вот она, женская дружба!
— Ах, Дию, — Элен грустно покачала головой, — непоседу супруга я видела в последний раз неделю назад, когда он со своими головорезами собирался в Западный гарнизон к Дарку.
— Значит, он примирился с существованием двергов?
— Примирился? Милый мой, они ему дороже родственников! Я постоянно слышу обо всех этих Крэях, Угардах и прочих.
— Ты злишься? — Дию захихикал. — Да ты ревнуешь, Элен!
— Отстань! — Она улыбнулась сквозь выступившие слезы. — Просто я скучаю.
— Будет! — Старик нежно погладил ее по руке. — Твой муженек не из домоседов. Ты же всегда это знала!
— Да, глупо было бы надеяться, что он будет довольствоваться только ролью супруга.
— Это точно. Да тебе и самой наскучила бы такая жизнь. Он мужчина. Радуйся этому. И знаешь, весьма неглупый! Как ему удалось примирить меж собой наших спесивых вельмож, советников, Велемира и пограничников?
— Сама удивляюсь. Дию, ты, помнится, говорил, что побывал на учениях?
— Да. Твой муж меня пригласил. Так и сказал, мол, благородный Дию, соизволь обратить свой всезнающий взор на наши нестройные игрища и дай нам свои драгоценные советы.
— Ну-ну. Так и сказал? Дию, да ты же ничего не понимаешь в воинском деле! Советы! Старый болтун! Рассказывай, что видел.
— Ох, госпожа, ничего, кроме полуголых парней, машущих деревянными палками. Велемир их разным хитростям обучает. Они все поле изрыли. Ворондил у Серебринки на лугах с конницей работает. Очень забавно. А почему ты сама не поедешь? Посмотри, развлекись.
— Послушай, тебе, видно, кажется, что я целыми днями без дела сижу? Весь народ воевать кинулся! Чем их Хаггар пленил? Даже наши изящные юноши туда же! Обычная жизнь забыта. Пожалуй, только я еще не поддалась новой моде. Эльвира со следующим обозом уезжает, дела сдает. А в подземельях сколько работы! Итаран потихоньку перевозит туда библиотеку. Да и стены столичные надо укреплять.
— Неужели дойдет до осады?
— Пока я здесь, нет. Но ты никогда не думал о том, как будет уходить последний обоз? Страшные времена грядут. Но я счастлива, несмотря ни на что!
Они надолго замолчали, думая каждый о своем. Вечер меж тем незаметно перешел в ночь, а дождь все стучал в витражные окна и ветер выл в каминной трубе. Давно остыло вино в кружках. Служанки, подавляя зевоту, терпеливо ждали, когда же госпожа соизволит пойти почивать. Злен и Дию не замечали прихода ночи. Неспешно шло время. Старые
