об этом. — Он резко выдохнул через нос. — О той ночи. О том, что произошло. С нами.
А-а-а. Дальнейших разъяснений не требуется. Я вглядывалась в его лицо, мое сердце билось как сумасшедшее.
— Ты ясно дал понять, что это будет разовый секс, — медленно сказала я. — Ты ясно дал понять, что можешь ненавидеть меня и все равно хотеть трахнуть. А я не из тех, кто продолжает добиваться того, что причиняет боль. Так что нет. Я не поднимала эту тему. Какой в этом был бы смысл? Ты бы приготовил мне чашку чая, сидел и слушал, как я пытаюсь убедить тебя, что нам может быть хорошо вместе?
Он безапелляционно фыркнул.
— Именно.
— Я не… — Было дико наблюдать, как Фишер подбирает нужные слова. — Я не испытываю к тебе ненависти, — выпалил он. Он выдохнул так, словно это признание дорого ему обошлось. — Но есть вещи, которых ты не понимаешь. Вещи, которые делают невозможным для меня…
— Слава звездам, я была права! — провозгласил хриплый голос.
Никто из нас не заметил фигуру, приближающуюся с другой стороны костра. Перед нами стояла женщина с изрезанным возрастом лицом. Трудно было разобрать, где начинается одна морщина и заканчивается другая. Она была невысокой для феи и слишком высокой для человека, но я не могла определить, кем она была. Мне показалось, что она может быть человеком, но потом она широко улыбнулась, показав пару потёртых, но всё ещё удлинённых клыков, и вопрос о её происхождении был решён. — Мне нравится наблюдать за небом, — проворчала она. — Зимородки11 в этих краях встречаются очень редко, но я знала, что однажды мне повезет, если я буду продолжать поиски.
Фишер изобразил на лице убедительную улыбку, но она не коснулась его глаз. Не до конца. Он застонал, с трудом поднимаясь на ноги, как будто не был самым знаменитым воином Ивелии в расцвете сил, и вместо этого у него болели старые кости. К моему удивлению, он обнял старую женщину и крепко прижал ее к себе.
— Добрый вечер, Венди, — сказал он.
Она крепко сжала его в ответ, а затем театрально отпихнула от себя.
— Добрый вечер, Венди? Не надо мне «Добрый вечер, Венди». Я каждый год пеку для тебя это проклятое печенье, а ты ни разу не удосужился появиться и попробовать его. Больше никто их не любит, ты, наглая дрянь. Какая пустая трата ингредиентов!
Фишер смотрел на нее очень серьезно, но искренняя улыбка, которой не хватало несколько секунд назад, наконец-то расцвела, и в глазах заплясали веселые искорки.
— Прости меня, Вен. Я был ужасно груб. Я должен перед тобой извиниться.
Она шлепнула его по руке — самой высокой точке его тела, до которой могла дотянуться.
— Ты должен мне деньги! — воскликнула она. — Ты знаешь, как дорого нынче стоит сахар?
Фишер рассмеялся. Действительно рассмеялся. Звук был насыщенным и глубоким, и что-то внутри меня затрепетало. Когда я впервые взяла в руки кувшин в Зимнем дворце и наполнила себе стакан, я подумала, что звук этой льющейся бесплатной воды будет моим любимым звуком до самой смерти. Я ошибалась. Искренний смех Фишера был большей редкостью, чем вода в Зилварене, у меня чуть слезы не навернулись на глаза, когда я услышала его.
— Я посмотрю, что можно сделать, чтобы открыть некоторые из этих торговых линий, — пообещал Фишер.
Венди что-то проворчала и скорчила такую недовольную гримасу, что я чуть не расхохоталась.
— Не беспокойся. В наши дни торговцы приносят слишком много плохих новостей со своими товарами. Мы лучше обойдемся без них. — Она обхватила Фишера за талию, сжимая так, словно рассматривала фрукт на рынке. — Где бы ты ни был, тебя все равно не кормили как следует. Пойдем. У меня есть два свободных места за столом и две большие миски тушеной говядины.
— Спасибо, Венди.
Она пригвоздила его злобным взглядом.
— Я знаю, что ты не собираешься забывать о хороших манерах и заставлять меня самой представляться твоей прелестной маленькой спутнице, Кингфишер Аджунских Врат.
Фишер побледнел, его губы приоткрылись. Он выглядел ошеломленным. Но я уже поднималась на ноги и протягивала руку Венди.
— Я Саэрис Фейн. Я…
— А, зилваренская девушка! Живые Боги! — Венди схватила меня за плечи и прижала к себе, разглядывая с ног до головы. — Я почувствовала это! Я знала, что врата снова открылись. Я чувствовала, как ты проходишь через них. В тот день в воздухе стоял гул.
— Очень приятно познакомиться, — ответила я.
Она почувствовала, как я прохожу через портал? Разве такое возможно? Ивелия была страной неожиданной магии и уникальных существ. Она взглянула на меня и сразу поняла, что я из Зилварена. Это уже само по себе впечатляло. Венди прикрыла глаза, глядя на меня сквозь щелочки опущенных век. Ее рот медленно приоткрылся, когда она вглядывалась в меня.
— Хм… — Она обнюхала меня.
— Значит, больше, чем просто спутница? — Венди хмуро посмотрела на Фишера из уголка своего затуманенного глаза.
— Она друг, — сказал Фишер без малейшего намека на чувства в голосе. — Временный. Скоро она вернется в Зилварен, к своей жизни и забудет обо всем, что здесь произошло.
Венди кивнула, все еще не раскрывая рта. Не похоже, чтобы она ему верила.
— Неужели?
— Кажется, ты что-то говорила о тушеном мясе? — С Венди он не был таким вспыльчивым, как со мной, — что-то подсказывало мне, что ему это не сошло бы с рук, — но с каждым мгновением он становился все напряженнее. Венди сжалилась над ним и оставила эту тему.
— Да, тушеное мясо! И лепешки из шелухи, и картофель, и морковь в медовой глазури! Вы двое не покинете Баллард, пока не начнете трещать по швам и не сможете проглотить больше ни кусочка. Пойдем.
Венди не шутила. Она снова и снова наполняла наши тарелки, переходя от острых блюд к сладким, когда вспоминала, что еще есть копченое мясо или десерт, который она хотела, чтобы мы попробовали.
Я выпила больше, чем следовало, учитывая количество виски, которое я уничтожила с Лорретом двумя ночами ранее, но эль
