стул, флакон разобьется об пол. Он выпустит содержащийся внутри запах, который довольно едкий. Он также имеет свойство упорно приставать к одежде и волосам.
Астерия боролась с улыбкой, выползавшей на ее лицо, прижимая пальцы к губам, опуская голову. Она повернулась к книжному шкафу рядом с собой, улыбка прорвалась, пока она прочищала горло.
— Очень хорошо. Повлияет ли это на других, находящихся поблизости?
— Нет, мэм, — пробормотал Изадор, и она повернула голову через плечо, обнаружив, что он тоже сдерживает улыбку. Ему не удалось, когда он сказал: — Он останется у его стола.
— Что ж, тебе стоит надеяться, что Эрика не будет сидеть на его столе в момент, когда склянка разобьется… — Астерия встрепенулась, услышав голоса Одо Геспера, Эрики и еще кого-то незнакомого, доносящиеся из коридора. Она знала, что Изадор еще не слышит их, поэтому протянула к нему руку. — Твой противник направляется сюда, пока мы говорим. Если хочешь, я могу переместить тебя порталом в другое место в школе, чтобы ты не испортил свою игру.
Изадор не колебался.
Он поспешно шагнул к ней, и его гладкая ладонь скользнула в руку Астерии как раз в тот момент, когда она взмахом открыла портал у себя за спиной. Дымчатые оттенки красного, золотого и оранжевого закрутились в его воронке, но по ту сторону завесы виднелся внутренний двор.
Без лишних слов она подмигнула Изадору, швырнув его сквозь портал. Он взвизгнул и исчез с тихим хлопком как раз перед тем, как Одо вошел в комнату.
Астерия повернулась на каблуках, полуулыбаясь, встретившись с ним взглядом. Он и Эрика резко остановились, хмурясь, пока спутник врезался в спину Одо с ворчанием.
— Ты разговаривала с кем-то? — спросил Одо, прищурившись.
Астерия с особым тщанием оглядела комнату, даже заглянув в узкое пространство между собой и книжным шкафом, прежде чем повернуться к троим и пожать плечами.
— Возможно. Я открыла портал.
Одо дважды моргнул, затем тяжело вздохнул, прежде чем махнуть рукой через плечо на того, кого Астерия теперь узнала, мужчину позади него.
— Не уверен, что вы двое как следует знакомы, но есть вероятность, учитывая, что ты учился в Академии и являешься принцем. Если нет, Уэллс, позволь мне формально представить тебя Богине Астерии. Астерия, это Принц Оруэлл Каррафим из Эльдамайна.
— Одо, — пожурила Астерия за представление, в тот же момент, когда этот Принц Оруэлл — или Уэллс — сказал: — Я видел вас мельком, когда учился в Академии, но мы еще не были формально представлены.
Пока Одо и Эрика пробирались к столу, Астерия совсем забыла о флаконе.
Мужчина стоял посреди кабинета, лицом к Астерии. Он был всего на несколько дюймов выше ее, что было средним ростом для Сирианцев-мужчин. Как чистокровная Лиранка, она была около шести футов ростом, но для нее это никогда не имело значения.
Все остальное в Оруэлле было создано, чтобы заманить ее, проверить ее стойкость против мужчин.
Нависшие веки и густые ресницы отбрасывали тень на красивые, светлые карие глаза, которые казались более бежевыми, когда она склоняла голову набок. Вьющиеся темно-каштановые волосы ниспадали на лоб и уши, намек на щетину обрамлял его выразительные скулы и сильную линию подбородка.
Несмотря на более темные, затененные аспекты его внешности, были качества, которые делали его молодым и живым, как веснушки, рассыпанные по носу и щекам, и постоянная усмешка, дергающая уголки его розовых губ.
— Астерия, — сказала Эрика, отвлекая Астерию от разглядывания. Она боролась со смертным румянцем, грозившим нагреть ее щеки, пока легкая усмешка на лице мужчины выросла до досадно очаровательной степени.
— Мои извинения, — пробормотала Астерия, ее глаза расширились от хрипоты в голосе. Она стиснула челюсть и выдавила сжатую улыбку. — Я довольно удивлена, что мы еще не встречались.
— Это потому, что это лицо нельзя забыть? — сказал принц, его дерзость поразила.
Тем не менее, ее живот отозвался трепетным волнением.
— Я встречалась с Каррафимами много раз с тех пор, как они правят Эльдамайном, — объяснила Астерия, ни подтверждая, ни опровергая его заявление. — Совсем недавно я встречалась с Королем Орвином, который, я полагаю, ваш отец, и, кажется, я припоминаю Принца Пирса?
— Это был бы мой старший, но не самый старший, — поправил принц, кладя руку на свою широкую грудь. — Я самый младший, а мой старший брат — наследный Принц Квинтин.
Астерия промычала, подняв голову, смотря на него сверху вниз.
К сожалению, это, казалось, позабавило его. Его глаза зажглись изнутри, хотя она ощущала в нем течение Эфира.
— И вам не нравится, когда вас называют Леди Астерия, верно? — Он сделал один шаг ближе.
По какой-то причине она обнаружила, что повторяет движение, копируя его позу, сложив руки за спиной.
— Единственное требование, которое я когда-либо предъявляю Сирианцам, — это чтобы вы называли меня Астерией, — сказала она, бросая ему вызов еще одним шагом ближе, на что он ответил тем же. Ее сердце колотилось в груди, такая смертная реакция на простого Сирианца-мужчину. — А ты, кажется, не очень жалуешь ‘Принца Оруэлла’?
— Боги, нет. — Он усмехнулся, пока они продолжали сближаться. Она была прикована к нему, как их мир вокруг солнца. — Можешь звать меня Уэллс.
Они стояли почти нос к носу, всего лишь фут пространства разделял их. Она с удовольствием отметила, что ей не приходится задирать голову, чтобы смотреть на него. Было приятно лишь слегка откинуть голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом.
На таком расстоянии она заметила темно-синее кольцо вокруг его радужек.
Затем либо Одо, либо Эрика откашлялся, и Астерия с Уэллсом одновременно резко повернули головы к столу.
Одо приподнял бровь с интересом, а Эрика казалась совершенно озадаченной.
Этих двух выражений было достаточно, чтобы вытащить Астерию из странного транса — и того, что казалось вызовом — между ней и Уэллсом. Она повернулась на каблуках и направилась к своему любимому окну, чтобы дистанцироваться.
— Ты что-то хотела, Астерия? — спросил Одо, облокотившись бедром о край своего стола и скрестив руки на груди. Эрика и Уэллс устроились в двух креслах перед ним. Уэллс оглянулся на нее, опускаясь в кресло.
Она покачала головой с поджатыми губами, села за чайный столик у окна и отмахнулась от них рукой. На мгновение воцарилась тишина, прежде чем они трое погрузились в разговор. Астерия разрывалась между тем, чтобы смотреть в окно и украдкой поглядывать на мужчину, который так основательно всколыхнул ее, едва сказав слово.
Она не была уверена, откуда Одо знал младшего принца Эльдамайна. Она, хоть убей, не могла вспомнить, откуда был родом сам Одо до того, как прибыл в Селестию, и где
