class="p1">Княгиня взглянула на мужа, в задумчивости провела ладонью по его густым, отросшим на раэнорский манер почти до пояса волосам, тихо коснулась губами лба и неожиданно для него произнесла:
— Я провожу тебя до Озерного края.
— Это опасно, дорогая! — попытался он образумить и ее, и себя.
— Ничуть. Всего лишь до озер, Хаггар. Там мы расстанемся.
Князь благодарно поцеловал ее руку.
— Ты сняла камень с моего сердца!
Князь отвел на подготовку к отъезду два дня. Как быстро они пролетели! Будто и не было. И снова, как много лет назад, Элен и Хаггар ехали по аллее Золотого дождя. Свежий утренний ветер покачивал чашечки собранных в длинные гроздья соцветий. Ярко-желтая пыльца позолотой покрывала темные дорожные плиты. Нежный, еле слышный звон разливался в воздухе. Только на этот раз не было пышной свиты послов и придворных. Князей сопровождали только разведчики Велемира. Элен и Хаггар ехали, погруженные в грустную задумчивость. За ними следовали телохранитель княгини и утративший вдруг всю свою веселость Атни. Отдельно от всех ехал арандамарец Хьюрин, старинный приятель князя по юношеским забавам. Аллея обогнула столицу с юга и кончилась, выведя путешественников на берег Серебринки. Речка, петляя, текла меж покрытых лесами холмов. Отряд проехал вдоль реки и остановился у подножия самого высокого из них. Князь и княгиня спешились и взошли на голую вершину. Белые стены, золотые башенные шпили, реющие на ветру флаги и гордый исполин — Сторожевая башня — предстали перед ними. Волшебная столица веселого княжества, беспечный Дол-Раэн прощался со своим князем, так недолго бывшим его господином.
Тяжким усилием отогнав мрачные думы, Хаггар прошептал:
— Я вернусь. Что бы ни ждало меня впереди.
Элен закрыла лицо руками. Снова ожил древний кошмар: на прекрасный город пал огненный дождь, и плавились, как свечи, белые башни.
— Не надо, любимая. Все пройдет. После разлук и потерь мы встретимся с тобой. Обещаю.
— А если судьба будет против?
— Судьба над любовью не властна.
— Едва обретя, я вновь теряю!
— Нет. Прочь дурные мысли. В разлуке я хочу помнить тебя веселой. Разве ты забыла, что я видел полотно судеб? Чем сильнее твоя вера, тем крепче связующие нас волшебные нити. Но если ты отчаешься, если в твое сердце закрадется уныние, искрящиеся нити одна за другой порвутся. Разлука станет вечной.
— Ты шутишь? Говоришь так, чтобы меня успокоить? — Элен с робкой надеждой взглянула на мужа.
— Ничуть.
— Тогда ты больше не увидишь моих слез.
— Ты обещала. Пойдем. Нас ждут.
Чем дальше отряд удалялся от столицы, тем безлюднее становилось вокруг. Раэнорцы и раньше, в мирные времена, не жаловали эти земли за близость к Морну. Они предпочитали селиться восточнее, подальше от воинственного соседа. Вдоль дороги тянулись безлюдные поля, брошенные деревни, оставленные города. Ни одной живой души, только бродячие собаки с лаем выбегали на дорогу. Через несколько дней путешественники проехали опустевшие приграничные поселки и миновали покинутую стражами пограничную заставу. Раэнор был позади. Перед ними лежала поросшая репьями, ковылем и редким кустарником степь. Слева над безжизненной пустошью вздымались горы. За их пиками лежали владения Морна.
Велемир подъехал к князю и сказал:
— Господин, хорошо бы нам поостеречься. Может, ночами пойдем? Я эти земли хорошо знаю. Дорога хоженая, не заблудимся. Так, на всякий случай.
Хаггар одобрил его предложение. Теперь отряд ехал в темноте. Лишь с каждой ночью прибывающая луна освещала им путь, да звезды мерцали в черноте неба. Время от времени ветер доносил до путешественников тоскливый волчий вой. Мрачные силуэты гор вздымались все выше. В воздухе запахло гарью. Не доезжая нескольких лиг до ворот Мрака, разведчики свернули с древней дороги. Теперь впереди ехал Велемир. Он указывал путь в заболоченной долине. Несколько дней гнус висел над ними плотным облаком, донимая и людей, и лошадей. Когда же зловонная болотистая низина осталась позади, горы отступили, и путешественники оказались в лесу.
— Тинтаур, Серебряная чаща! — Хаггар с наслаждением вдыхал теплый травяной воздух. — Дивный край! Элен, ты помнишь легенду о Деве Озера? Она улыбнулась:
— Что, была такая?
Сейчас можно было ехать и днем. Князь возглавил отряд. На второй день путешествия по лесам Тинтаура Элен, провожая взглядом садившееся за густые древесные купы солнце, проговорила:
— Время течет так быстро! Уже лето в разгаре.
— Госпожа, а не сегодня ночь Великого Полнолуния? — спросил ехавший рядом Велемир.
— Да. — Княгиня заметила тревожный взгляд, брошенный на нее князем.
Всадники остановились на ночлег, когда уже совсем стемнело. Дорвелю, Эгиру и Атни предстояло провести эту ночь в дозоре. Остальные поужинали и разошлись по палаткам. Дозорные удобно устроились на мягкой подстилке из веток и, подбрасывая в костерок сушняк, принялись потихоньку развлекать себя разными байками. Через некоторое время к ним, зевая и зябко кутаясь в плащ, вышел Нир.
— Что, не спится? — шепотом спросил Эгир.
Какой сон! — Нир уселся рядом. — Вы что, не слышали, что капитан говорил?
— Он много чего говорит, наш добрый капитан, — пожал плечами Дорвель.
— Сегодня же ночь Великого Полнолуния! Глядите, какая луна! — Нир поднял восхищенные глаза к огромному темно-желтому диску, тяжело нависшему над черной кромкой леса.
— Фантазер ты, приятель. — Эгир похлопал Нира по плечу. — Правильно княгиня предсказала быть тебе сказочником.
— Я не против.
— А что это за ночь такая особенная? — заинтересовался Атни.
— О, и этот туда же! — потягиваясь, ухмыльнулся Дорвель. — Давай, приятель, ври, она, ночь-то, длинная.
— Ты понимаешь, эти места волшебные. Мне прадед рассказывал, что где-то здесь есть озеро.
— Ага, да здесь на каждом шагу озера! — не отставал Дорвель.
— Если не замолчишь, не буду рассказывать, — обиделся Нир.
— Правда, Дорвель, дай послушать! — поддержал соседа Атни.
— Молчу, молчу. Прости. Давай дальше.
— Так вот. Озеро непростое. Вода там черная и тяжелая, как свинец. И ничего не отражает. Только один раз в году, в ночь Великого Полнолуния, такая вот луна заглядывает в темноту его вод и будит свое отражение, до поры спрятанное в озерных глубинах.
— Здорово! — У Атни глаза загорелись: — А ты знаешь, где оно, это озеро?
— Оно же запретное! Не всякому открывается. Ну, да главное — не озеро.
— А что?
— Там девки голые купаются! — хохотнул Дорвель.
— Надоел! — Нир в гневе вскочил и занес было руку для удара, но Эгир его остановил:
— Что ты внимание обращаешь на дурня? Сядь, успокойся. А ты уймись в самом деле!
Дорвель шутовски поклонился и отвернулся от них.
— В такую ночь на озере танцует колдунья.
Нир замолчал, ожидая очередной издевательской реплики, но задира молчал. Нир продолжил:
— Она такая красивая, что с ума может свести. Легкая, как лунный свет. Танцует
